Чтение онлайн

В гробовой тишине наш капитан поднялся:

— Я не хотел вас оскорбить. Мне, как никому другому…

— А мы и сами посмеялись всласть! — не дослушал Эндерби. — Чем еще заниматься у чудовища в брюхе? Джигу отплясывали у него в кишках!

— И все же вы сейчас здесь, с нами!

— Сэр, он с самого начала нас не переваривал! Потому как мы травили его смехом. Все нутро ему оттоптали: то поднимались, то падали, то опять поднимались, а сами дивились судьбе и уповали на случай. Наш хохот пушечными ядрами разил его в сердце!

Капитан содрогнулся.

— Хохот? Пляски? — усомнился он.

Тогда Эндерби с «Луча-1» коснулся своего правого глаза.

— Уж поверьте! Однако для начала он едва не лишил меня зрения. Вот. Чистой воды ирландское хрустальное стекло. Вставной глаз! Клянусь. Могу вынуть — сыграем с вами в камешки, хотите?

— Нет-нет. Не утруждайтесь, — вздохнул наш капитан. — Я вам верю.

— Понятное дело, верите! — ответил Эндерби. — Левиафан решил меня ослепить, но справился лишь наполовину. Будь у него хоть малейшая возможность, он бы и второго глаза меня лишил. Но мы такой бунт устроили, что Левиафана стошнило, и он изрыгнул нас обратно, к звездам!

Наш капитан стиснул руку Эндерби:

— Где это было?

— В десяти миллионах миль от самой дальней точки орбиты Сатурна.

— Слышишь, Рэдли? — подскочил наш капитан. — Враг идет строго по курсу!

— По курсу? — Капитан «Луча-1» хохотнул. — По какому еще курсу? Думаете, он соображает, что делает, куда направляется? Мыслимо ли составить график хаоса, рассчитать его движение, задать ему курс?У нас еще остался джин? Хорошо идет.

Рэдли поспешил наполнить его стакан.

— Мои расчеты выверены и точны. — Схватив Рэдли за локоть, наш капитан расплескал джин. — Я желаю встретиться с этим демоном!

— Уж не по нашему ли примеру? — изумился Эндерби. — Может, я рисую чересчур яркими красками? А зря. — Он покачал головой. — Ладно, давайте: за шутовские колпаки с бубенчиками и развеселую джигу. За вас с Левиафаном, сэр. Чтоб ему захлебнуться желчью, когда он вас изрыгнет! Да, если будет на то воля Небес, он, будем надеяться, вас изрыгнет.

— Нужно продолжать путь, и прямо сейчас, — сказал капитан, внезапно покрывшись испариной. — Аврал!

Вставая из-за стола, Эндерби спросил:

— Капитан, нельзя ли нам еще чуток погостить? Команда жаждет увидеть новые лица, завести новые знакомства, узнать, что творится на Земле. Мы выжжены и иссушены, как песок.

— Моя жажда сильнее, — бросил капитан. — Нам пора.

Эндерби осушил свой стакан и в сердцах стукнул им по столу:

— Ну и катитесь! Ищите ветра в поле, сэр, если вам приспичило.

По знаку Эндерби его команда последовала за ним. Прошагав коридорами до дверей переходного шлюза, гости надели скафандры и покинули борт.

Прошло совсем немного времени, и «Луч-1» уже скрылся из виду, унося свой экипаж обратно, в космическое безмолвие.

Глубокой искусственной ночью наш капитан расхаживал по коридору вдоль кают экипажа. Просканировав его мысли, Квелл нашептал их мне: «Притворяетесь спящими? То-то же — прикусили свои поганые языки, которые меня хаяли, когда не дал вам разгуляться. Пусть даже сам Иисус Христос явится нынче в космосе…»

И Квелл, уже своим голосом, поправил:

— Христос не Христос, а один из его заплутавших пастырей.

С утра пораньше Рэдли вызвал меня и Квелла к радиолокационной установке Смолла. Там нас ждал старый знакомый — Даунс.

— Эти переговоры записаны прошлой ночью, — сказал Рэдли, кивая Смоллу, который подрегулировал настройки на своем пульте.

Мы обратились в слух, но не различали ничего, кроме обыкновенных радиопомех и пульсации космоса, пока наконец кто-то не заговорил внятным голосом:

— Говорит космическая шхуна «Рахиль», — донеслось издалека. — Богословская шхуна «Рахиль» [26] под командованием Пия Скитальца вызывает «Сетус-семь». «Сетус-семь», как слышите? Прием.

Тут в эфир вышел наш капитан:

— «Сетус-семь» на связи.

Безрадостный голос Пия заполнил эфир:

— Не встречалась ли вам небольшая аварийная ракета в дрейфующем полете? Ее унесло космической бурей. На ней были достойнейшие священнослужители, которые настигли комету…

— Левиафан?! — вырвалось у капитана.

Капитан «Рахили» отозвался без промедления:

— Да! На борту оказался и мой сын, мой единственныйсын, доброе дитя Господа. Отважный, пытливый. «Большая Белая Невеста» — так прозвал он комету. С двумя другими добрыми людьми ушел он по следу Белой Невесты. А теперь я сам ищу его след. Вы поможете?

— Даже и сейчас я теряю время, сэр, — отрезал наш капитан.

— Время! — вскричал капитан «Рахили». — Да я потерял целую жизнь. Вы обязаны мне помочь.

Капитан заговорил опять:

— Летите! Я сам поквитаюсь за вашего сына. Бог вам в помощь, капитан.

Голос капитана «Рахили» угасал:

— Бог вам судья, командир «Сетуса-семь».

Запись окончилась. Мы только переглянулись, потрясенные услышанным. Потом я сказал:

— Получается, что «Рахиль», которая плачет о детях своих, исчезла, а мы несемся навстречу… чему? Уничтожению?

Мои товарищи отводили глаза.

Общее молчание нарушил Квелл:

— Вызывали, мистер Рэдли?

Где-то у нас над головами открылась дверь герметичного отсека, и мы скорее ощутили, нежели услышали ни на что не похожую, гипнотическую поступь капитана.

Даунс посмотрел наверх и спросил:

— Речь о нем?

— И не только, — сказал Рэдли. — Мы пренебрегли старым радиоэфиром, который взывал к нам на разных языках. Не обогрели измученных и одиноких космических скитальцев, а ведь они нам родственные души. Отказываемся спасать богословские корабли. Забросили дела…