Чтение онлайн

Глава3

Сэр Бриджист

Самюэль Бриджист вел дела с размахом. Он работал сразу с несколькими партнерами. Бизнес ведь был специфический, нужный товар не всегда был на складе. Иногда покупатель пропадал, чаще в прямом и переносном смысле, мало ли какие ситуации возникали в их рисковом деле. Надежней, когда у тебя покупателей больше чем товара. Ему приходилось часто уезжать из дома, бывать в таких местах, о которых лучше умолчать и встречаться с разными людьми. Поэтому у Самюэля недостатка в информаторах не было. Он разузнал, что еще троим его коллегам тоже пришли похожие письма. Самюэль созвонился с приятелями и назначил встречу в японском ресторане. Ему надо было разобраться в этом деле и выработать совместное решение, не позволяющее всяким писакам мешать нормальному бизнесу. Приятели чуть запоздали, но это было извинительно в их случае – это же не любовное свидание, а дела есть у каждого и вполне возможно, что неотложные. Продавцы оружия как будто штамповались. Джек, Нортоп, Михаил были под стать Сэмуэлю, рослые, светловолосые с немного вытянутыми лицами. Но глаза у них были разные: у Джека коричневые, у Нортопа – серые с зеленой искрой, а у Михаила ближе к светлому цвету, чем к светло-серому. Он был недоделанный альбинос – как он иногда называл себя. Зато у Семюэля глаза были темно коричневые, а при особом угле освещения почти черные. Может поэтому приятели его слушали, даже немного побаивались. Довольно властный, он не любил когда ему перечили, и при возможности даже уничтожал тех, кто не подчинялся. Бизнес есть бизнес. Поэтому Семуэль взял на себя роль лидера и в этой встрече. Заказав по выпивке себе и приятелям Семуэль первым начал обсуждение ситуации. – Вам, как я знаю, тоже пришли письма. Давайте сравним их, может быть сможем что-нибудь узнать об адресате. Приятели достали конверты и протянули Семуэлю. Тот вынул сами письма, достал свое и разложил их на столе. Как ни странно письма и конверты отличались. У Джека конверт был более обычного, а у Михаила наоборот – меньше и он был квадратный. У Нортопа конверт был почти такой же, что и у Семюэля, только более затаскан. Текст писем также отличался. Он был набран на компьютере, но шрифты у всех были разные. Более крупный был у Нортона, самый мелкий – у Джека. Текст письма начинался одинаково «глубокоуважаемый господин… Но, потом для каждого корреспондента предлагались различные варианты выхода из бизнеса. Джеку предлагалось уехать в одну тропическую страну и помогать местному населению в организации системы связи. Нортопу напоминали о родителях в Норвегии и даже просили поддержать местную религиозную общину. Михаилу предлагали купить яхту и отправиться в кругосветное путешествие. – Вот что – сказал Семуэль, – я не допущу что бы кто- то мешал нам. Предлагаю продолжать бизнес. Я отправлял свой конверт на анализ. Бумага такая, что используется в России. Значит послания оттуда? Текст письма говорит о том, что писал мужчина. Какой мужчина из России заявит о прекращении производства оружия и знает нас настолько хорошо, что в письмах указывает на наши давние желания. – Да это конечно из разведки,– сказал Нортоп, – может скоро договорятся о разоружении. – Но какое ему дело до нас,– спросил Михаил, в жизнь не поверю, что бы русская разведка заботилась о зарубежных бизнесменах. – Я думаю тут вот что,– сказал Семюэль, – либо они хотят внести панику, либо скоро заполонят мир своим оружием. – Ну, куда больше,– ответил Михаил, – их автоматы Калашникова только в аптеках не продают. – Давайте поточнее узнаем о военных перспективах русских,– сказал Нортон,– и сразу станет ясно, почему они предлагают сменить бизнес. – Да я уже связался с одним моим клиентом, – отозвался Семуэль и вздохнул. – Ну, он сам в недоумении, но постоянно твердит о каком-то новом оружии, которое действует повсюду. Такие маленькие самолетики что ли, которые как вездесущие мухи повсюду пролезут и даже под бронежилетом могут взорваться. – Значит, нам надо побольше о них узнать, – Нортоп даже наклонился вперед, коснувшись грудью стола и едва не опрокинув бокал, – и заранее заказать для продажи, неважно кто их будет делать. Он выпрямился и с чувством выполненного долга сделал хороший глоток. – Значит так – сказал Семуэль – предлагаю торговлю не сворачивать, а я своего агента в России, есть у меня один спившийся прапорщик, попрошу подробнее узнать об их новом оружии. А кстати вы слышали речь нашего президента. Все призывает умерить аппетиты, настроится на тяжелые времена и способствовать строительству ракет для космоса. Я лично считаю, что старикан чего-то хочет от нас и готовит к очередному кризису. Ну, пусть кто хочет, тот умеряет свои аппетиты, а мы как жили, так и дальше будем жить. Предлагаю отдать должное ужину и не забивать голову всякой ерундой. Мы же деловые люди, а не крикуны какие-нибудь.– И он с приятелями стал спокойно поглощать ужин как будто проблемы, овладевавшие им, решились сами собой и все пойдет по-прежнему. Но как они ошибались! Хотя они хорошо знали о возникающих проблемах в производстве оружия, о том, что делается с ним на складах, они никак не хотели смириться с тем, что дело, которому они отдали по пятнадцать лет жизни, вдруг рухнет. Но одновременно они были хладнокровны и рассудительны, поэтому каждый втайне наметил альтернативное направление: Семуэль – торговлю грузовиками, Нортоп решил переключиться на самолеты, Джеку показалась перспективной торговля продуктами питания, а Михаил решил обратить внимание на экранопланы, которые создавал его двоюродный брат в России. Поэтому они спокойно поглощали ужин, отодвинув все проблемы на потом. Речь президента их никак не затронула, они знали цену заявлениям с экрана. Завтра все может стать наоборот. Когда призывают кого-то умерить аппетит, значит, другие будут активнее обогащаться. А ориентация на строительство ракет говорила о том, что знакомые президента скоро организуют коммерческие рейсы на орбиту и всех заочно приглашают принять в них посильное участие.

Бригадный генерал

Бригадный генерал задумчиво вертел в руках трубку телефона. Что надо этому Бриджисту – думал он – все никак не успокоится. Просит сообщить о новых видах вооружений, которые можно продать. Такому человеку все равно, что происходит, лишь бы бизнес не прекращался. Хоть для убийства собственной матери пистолет киллеру продаст. Генерал недолюбливал Бриджиста, но тот хорошо платил за информацию, да и процент от сделки никогда не мешал. Какие новые виды оружия у русских – это мы видели на выставке вооружений. Самолеты у них хорошие, но почему то падают. Они вот- вот начнут создавать невидимые штурмовики со скоростью 3500 км в час, а мы пока отстаем. Зато в космосе мы все больше набираем силы. Но такие системы африканцам не продашь. А вот зенитные ракеты с базовыми комплексами вскоре будем заменять. Вот тогда и можно ему предложить для продажи,– и мысль генерала привычно начала подсчитывать возможную прибыль, но вдруг она уперлась в стенку вопроса. Как это заменять, а чем, ведь разработки этих ракет прекращены. Да и зачем они сейчас, когда все оружие само разваливается. Давайте разоружаться, тогда не надо будет вооружаться – вдруг вспомнилась реплика одного из борцов за мир. Действительно,– вдруг осенило генерала, если все не смогут применить оружие, то зачем оно нужно. И вообще куда идти, если все сократят? Здоровья еще хватает, навыки кое какие военные остались. Но в современном мире ситуация резко изменилась. Военные становятся фактически ненужными. Что же нам делать? Если сросся с дисциплиной, порядком, умеешь четко выполнять приказы, а тут анархия, разброд и шатания. Нельзя. Нельзя миру без надзирателей, контролеров, тех, кто может следить за порядком. Иначе каждый будет тянуть на себя, пытаться отхватить лучшие куски. А вот такие как мы все держим под контролем. Но если и среди нас появится эгоист, который может воспользоваться своим положением, тогда надо очень много исправлять. Но разве мало было на Земле личностей, которые считали свое мнение самым правильным? И как быть в этом случае? История знает немало случаев, когда один сумасброд портил жизнь миллионам сограждан, а затем обвинял их во всех бедах. Но так жить, чтобы не нужен был контроль, нет, такого быть не может и не должно. И у генерала опять появилась какая -то туманная мысль, но она все ускользала и не оформлялась. Это сильно сердило генерала, но он был человек с выдержкой и решил – Раз не идет, насильничать не буду, просто подожду. Ну и сделаю запрос приятелям по продажам вооружений, может кто и подскажет дельную мысль. И генерал довольный, с чувством выполненного долга устроился в кресле, чтобы посмотреть очередное выступление комика.

Мистер Бин

Мистер Бин почти всегда преуспевал в делах, потому что учитывал очень многое. А для этого, конечно, надо немало знать. А знания чаще всего появляются от общения. Поэтому у него было немало знакомых в разных сферах, в том числе и специалисты компьютерщики. И, конечно, появлялись разные знакомые. Один из таких специалистов индиец Радж взялся разобраться с его программой. Покумекав с ней несколько дней, он пригласил мистера Бина к себе на квартиру, чтобы объяснить причины сбоя программы. Квартира Раджа не блистала чистотой, но полкомнаты были по-деловому оформлены. В этом месте квартиры стояло три стола, на которых были компьютеры, соединенные в сеть. Радж показал мистеру Бину на свободный стул, а сам сел за компьютер и заработал на клавиатуре. Затем он переехал к другому компьютеру и стал стремительно нажимать кнопки на клавиатуре. Спустя некоторое время он на кресле переехал к третьему и снова стал набирать что-то на клавиатуре. Потом он расслабился и сказал – извольте, сэр. Он приехал в Америку год с лишним назад и смешивал выражения, и диалекты как хотел. Мистер Бин подошел к столу. На экране монитора была видна какая – то сетка с цифрами и буквами, которые менялись. – Я ничего в этом не понимаю – сказал мистер Бин – поясните, пожалуйста. – Сей секунд, мистер – весело откликнулся Радж, и, посерьезнев, начал показывать на какой-то блок в правом углу. – Вот у вас управляющая часть, то, что меняется –это поисковые структуры, а вот это,– он пробежал пальцами по клавиатуре и экран окрасился в голубой цвет, цифры изменились, и стали медленно уходить вверх ряд за рядом, – это система контроля, блокирующая недопустимые операции. Теперь – и Радж переехал к другому компьютеру, – Смотрите, вот дублирующая, управляющая программа. Я запускаю поиск вирусов, пальцы опять побежали по клавиатуре,– видите, вирусов нет. То есть все у вас работает нормально. – Как нормально? – взорвался мистер Бин, – а куда же деньги уходят? – А вот тут –Радж ткнул курсором в правую фигурку, приветливо машушей рукой – приглашение перейти на другой уровень. –Таак, двигаемся куда приглашают, ииии – курсор завис над кнопкой с надписью Старт- поеххали, – щелчок мышкой и экран окрасился в черный цвет, на котором замелькали изображение загрузки каких то файлов. Через 10 секунд появилась надпись «Приглашаем на Х уровень». – Что за чертовщина – опять не выдержал мистер Бин, – где все таки деньги ? – Да я сам еще не все понимаю – отозвался Радж, – сам вот первый раз спускаюсь с вами. Давайте подождем. Ждать пришлось около тридцати секунд. Затем на экране возник рисунок дерева, только вверх ногами. На окончании ветвей были квадратики с какими то цифрами. – Вот я думаю и ответ – сказал Радж, – вам что-нибудь эти цифры говорят. – Да похоже на мою экономическую систему,– мистер Бин вглядывался в цифры. И чем больше он смотрел на них, тем отчетливее осознавал, что это и есть его программа в работе, только места перевода были ему незнакомы. Да это счета, но только не моих клиентов – наконец промолвил он. А нельзя ли их заблокировать? – А, попробуем,– Радж снова перешел к первому компьютеру и заработал на нем. Изображение дерева погасло, но через некоторое время появилась надпись – приглашаем на ХХ уровень, и снова возникло дерево. – Не получается, сэр -послышался голос Раджа, – она уходит на новый уровень при сигнале окончания операции. – То есть она неуничтожима – мистер Бин побледнел – будет сосать мои деньги. Тогда полностью убирай ее из банковской системы. – А ее там нет как таковой, – вдруг сказал Радж, – это что то комплексное, самосоздающееся. Чтобы ее уничтожить, надо полностью изъять всю операционную систему банка и загрузить по новой. О,о – застонал мистер Бин,– она же меня разорит. – Дак, нет,– голос Раджа был спокоен, ваши счета в порядке, и даже вижу небольшую прибыль. – Я советую не особенно переживать, ведь вы не банкрот. Посмотрим, что будет через некоторое время. – Ну, ладно,– смирился мистер Бин,– все равно с ней ничего не сделаешь. Я лучше еще один счет открою без них и буду сам вести бизнес. – Вполне разумное решение, сэр,– сказал Радж, – не хотите что нибудь выпить?– – Да это не помешало бы,– ответил мистер Бин,– а ведь знаете, что вы не первый, кто разбирает причину сбоя моей системы. И все говорят об одном – система вышла из-под контроля, ведет себя самостоятельно и не уничтожается. И так у многих, очень многих. Как будто очень опытный финансист ведет наши дела без нас самих. И ведет надо сказать неплохо, даже очень. Он, по-видимому, с умом вкладывает наши деньги и получает хороший процент, а мы ничего поделать не можем. Ну, бог с ним. – Мистер Бин поудобнее устроился в кресле, сделал хороший глоток коктейля, который предложил Радж и продолжил. – Я где то слышал об операционной системе, реагирующей на улучшение. Может это такая же программа. А что если по всей стране уже работает эта система. Она умеет просчитывать оптимальные варианты развития событий, и при начале улучшения состояния на каком-нибудь производстве и туда вкладываются средства. Не надо никому доказывать, что это выгодно. Просто функция денег от времени. Ты посмотри,– мистер Бин даже развеселился, – деньги всегда работают, не лежат грузом в банках. Да и банки такие уже не нужны будут. Скорость оборота денег возрастает, потери минимальны, да и не страшны они. Банкротов не будет, правда и суперприбылей тоже. Но я хочу сам рисковать, проявлять интуицию, черт возьми. Хочу ярких ощущений на бирже. – Но сэр,– сказал Радж,– ведь не обязательно рисковать большим капиталом. Играйте себе на здоровье понемногу и радуйтесь жизни. – Да, ты прав,– ответил мистер Бин,– пусть счета растут, а развлечения мы себе придумаем. Да и никакая машина не предусмотрит авантюризм человека. Вот хочу купить акции искусственного острова, хоть и рискованное это предприятие, как он устоит от шторма. Но зато сам увижу, что надо сделать, чтобы остров остался целым, и на нем можно было бы жить. Вот где моя смекалка понадобится, правда. – Истинная правда, сэр -Радж сделал еще по порции коктейлей и они еще около часа рассуждали о соотношении руководства машины и человека, о возможностях авантюризма и логики, желаний рисковать и благополучно жить и даже о том, что машины, в том числе и компьютер при всей своей мощи памяти и скорости обработки информации никогда не сравняется с человеком в выборе идеи, полете мысли, развитии фантазии и естественно в безрассудстве траты денег или создании затратных развлечений.

Джим

Прошло около четырех месяцев с того времени, когда рядовой Джим лежал в оцеплении возле воинской базы, ожидая атаки невидимого противника. Тогда примчалась банда каких- то молодчиков на мотоциклах и джипах, человек 50-60. Сначала они хотели разгромить лагерь пацифистов, решив, что это они мутят воду и дестабилизируют систему вооружений. Но, увидя, что лагерь свернулся и никого нет, они вознамерились вооружиться, и «задать жару этим кускам, лезущим к основам цивилизации», то есть эммигрантам. Но, на подходе к базе их ожидал сюрприз. Оружие им никто давать не собирался, и помогать в их сумасбродной идее тоже. К ним вышел тот же репортер с оператором, и, проведя с ними минут 10 убедил их уехать по домам и заняться созидательной деятельностью, так как это более важно, чем катание и желание почесать кулаки, причем об беззащитных. Вскоре после этого рядовой Джим перестал быть рядовым Джимом, а стал как ни странно студентом необычного колледжа. На его электронный адрес пришло приглашение посетить курсы по повышению своего ай кью, умственного потенциала. Джим немного играл в компьютерные игры, и всегда ему чуть недоставало то ли сообразительности, то ли скорости в достижении победы его команды. Поэтому он с удовольствием пошел на курсы. В помещении, куда он пришел, а это был действительно колледж, было человек 5 разного возраста, и, по видимому социального положения и рода деятельности. Когда пришедшие уселись, появился преподаватель. – Здравствуйте,– сказал он,– я не представляюсь и не прошу называть себя. Скоро вы узнаете почему. Мы с вами займемся развитием остальных 85% головного мозга, который пока спит. Когда вы разбудите 10% этого своего агрегата, мы с вами уже не сможем общаться, так как это произойдет через месяц, но с вами и со мной ничего плохого не случиться, просто вы перейдете в другую группу. Прошу написать самое заветное желание, самый нелюбимый в школе предмет и сумму денег, которую бы вы безвозмездно отдали нуждающемуся. Так, теперь подпишитесь внизу только разборчиво и запечатайте листки в конверт. Ничего не подписывайте и дайте конверты мне. Благодарю, а теперь начнем с языка на котором будем потом общаться-. Странное и интересное было это занятие. Как будто все попали на необитаемую планету, но все из разных миров, не зная языка друг друга. И надо было научиться говорить. Вроде у всех развитие тела одинаковое, то есть звуки могут издавать подобные, а слов схожих нет. Каждый называет предмет по своему, а надо обозначить универсально. Поэтому совместными усилиями вместе с преподавателем решили максимально упростить язык, оставив наиболее выразительные звуки, но разработать общий алфавит. Учеба увлекла Джима, он начал понимать алгоритм создания языка. Он предложил универсальные звукосочетания, обозначающие сразу несколько действий одним «словом». Ведь это так удобно, удивился Джим, почему мы до сих пор это не делали. А мы многое рационально не делали – возникла в голове мысль, сколько еще лишнего, мешающего нормально жить вокруг. Но теперь начнем нормализовывать обстановку, решил Джим. Сначала сделаем универсальный язык, чтобы все могли понимать друг друга. А потом? А потом как то не вырисовывалось. Ладно – подумал он – закончим с этим, и потом ясно станет. Прошло несколько дней и новый язык стал понемногу оформляться. Члены группы уже сносно разговаривали на этом новом языке, даже начали записывать основные идеи и мысли. Получалось, что раньше они отделялись языковым барьером от остального мира, но одновременно они ощущали, что мир расширяется, появляются новые грани, играют свежие краски и они начинают понимать все языки. Так продолжалось почти месяц. А на следующий день Джим с группой увидели на месте преподавателя девушку. – Здравствуйте.– сказала она,– меня зовут Кетрин и я буду преподавать вам теорию и алгоритм решения задач широкого профиля. Вы продолжите изучение языка и одновременно будете изучать мой предмет. Вы уже знаете, что сложные ситуации, предметы можно разложить на составляющие, и выявить последовательность. Вот этим и займемся на нашем первом занятии. И работа началась. С каждым днем количество времени, отведенного на занятия увеличивалось, но усталости почему то не было. Еще через неделю количество предметов возросло до четырех, а общее время занятий достигло восьми часов. Но из-за несхожести, и практически повседневного использования, занятия как нагрузка не ощущались. Тем более что было интересно использовать алгоритм решения жизненных задач на практике. Надо было найти так называемые конфликтные пары, выбрать узловой момент, определить точку пересечения интересов и подобрать вариант разрешения противоречий. Тогда практически любая задача, даже самая сложная и неразрешимая будет решена. Все это вдохновляло Джима и его группу на дальнейшее развитие своих способностей. Поэтому он продолжал с энтузиастом заниматься и уже понемногу понимал конечную цель. Но она пока оставалась далекой и малодосягаемой, и Джим подсознательно ощущал трудности на этом пути. Было такое впечатление, что он вошел в трубу и ощупью пробирается, и надо найти выключатель, а лучше сразу несколько, а у него пока есть только спички, которыми можно кратковременно осветить небольшую часть пространства. Поэтому Джим продолжил поиск выключателя. В целом надо было добиться такого состояния, чтобы работа выполнялась, а подручных механизмов было минимально. В случае с выключателем идеально было бы щелкнуть пальцами, и чтобы свет в воображаемой трубе загорелся. А может свет и выключатели не нужны? Ведь что мешает увидеть предметы, стенки – рассуждал Джим – это недостаток света, который мы воспринимаем. А если обойтись без света, то есть воспринимать предметы другим способом или другими органами чувств. Значит надо развивать в себе другие способности. А ведь это и есть пробуждение 10% процентов головного мозга – понял Джим. Если я буду воспринимать мир дополнительными системами, которыми пока не пользуюсь, хотя бы инфракрасным зрением всего тела, вот тогда буду знать и размеры и направление и даже расположение этой самой пресловутой трубы. Да я даже пойму что этой трубы и нет и смогу запросто ориентироваться в пространстве – подумал Джим и от этого предчувствия сладко заныло где то в солнечном сплетении. Но пока надо одолеть первую ступень – окончательно решил Джим и стал упорно повторять пройденный материал.

Хулио Аверадас

Хулио из-за непрерывной работы даже осунулся. Еще бы побывай ка в пяти местах Земли за две недели, да еще поработай по двое суток практически без сна. Точнее, счет суткам и неделям Хулио потерял. Ведь разворачивались такие события что тут и не до сна. Сначала – это сопровождение своей «любимой кометы». Ну это обыденная работа, интересного немного, и не утомительно. Но вот с момента обнаружения Апофеоза покой навсегда покинул астронома. Вот столкновение его кометы и Апофеоза. Это маловероятное событие все-таки произошло. И если Апофеоз почему то не пострадал, то комета оказалась изрядно попорчена. От нее откололся кусок и возникло два хвоста. Но комета продолжала свой путь по орбите вокруг Солнца. А Апофеоз получил непонятного спутника и несколько затормозился. При следующем наблюдении выяснилось, что эти небесные тела расходятся. То есть возникло три тела вместо двух и все они расходились. Но на следующей неделе картина стала еще интереснее. Появилось еще одно небесное тело, а основная комета уходила от Апофеоза, который был уже с двумя спутниками. Эти спутники то расходились, то вновь сходились с Апофеозом. По всей видимости у них происходили соударения, так как на трехмерном изображении появлялось все больше рассыпчатого материала. Этак к нам долетит куча камней – подумал Хулио. Данные других обсерваторий подтверждали наблюдение и укрепляли предположения Хулио. Соответственно Апофеоз от ударений вращался, подставляя обзору то одну, то другую сторону. И такое состояние дел продолжалось два месяца. Но вот вчера Апофеоз преподнес очередной сюрприз. При просмотре данных выяснилось, что свита Апофеоза куда-то улетучилась. А тут еще и регулярные заседания у начальника обсерватории да еще с нервными военными, которые хотят знать что будет через полгода. Ну что ему сказать о скорости движения, надо же сравнивать с чем-нибудь, а где ты в космосе возмешь ориентиры. А для определения скорости по отражаемому сигналу мало данных. А вот вынь ему да положь местоположение и время прибытия к нам. Это можно сказать приблизительно, ведь оно зависит от множества условий. Сказал, что через 10-12 лет Апофеоз может подойти близко к Земле, более точное предсказание можно сделать через пять лет когда он пройдет большие планеты, особенно Сатурн. А вообще крайне неблагодарное дело давать прогнозы в космосе небольших тел, особенно тех, которые умудряются сталкиваться. Но это еще полбеды. Они же требуют прогноза движения космического корабля на обычной тяге к астероиду и обратно. Тут уже мало кратких наблюдений и начальных вычислений. А сделать это надо обязательно, иначе Земле грозит большая опасность. – Да знаю я про опасность – заявил Хулио – и хочу максимально помочь, но некоторые вещи я сделать не в силах. Как только смогу сказать что-то конкретное, тогда сразу сообщу. И то, что мы пока идентифицируем Апофеоз со спутниками, большая удача, даже мастерство, а может и талант. Вот через месяц скажу на что ориентироваться – Хулио закрыл папку и поднялся. – Надо бы сопровождение обнаружить и подготовиться к сканированию нового телескопа Аршан выведенного вчера на орбиту. – Хорошо, идите – поднялся и военный, – но мы подключим к вам еще одну службу. Да, нет, не безопасности – усмехнулся военный, увидя напряженное лицо астрономов – тут заканчивается разработка счетчиков нейтрино и реликтового излучения в Антарктиде. Будем собирать все данные. Надо знать точный прогноз. – А все таки, что планируете делать?– начальник обсерватории чуть подался вперед в своем кресле. – Да вариантов несколько. Попробуем расстрелять ваш камушек на дальних подступах. Или столкнуть его с чем-нибудь. Ну, или отодвинуть его в сторону. Но окончательного решения еще не принято. Ведем усиленное наблюдение, собираем информацию. Ну а вы продолжайте его отслеживать. Всего доброго, – и, козырнув, военный вышел. – Да, дела,– начальник обсерватории еще раз открыл папку с докладом. А где сопровождение Апофеоза? – Вот сам теряюсь в догадках –Хулио присел рядом и принялся изучать материалы – неделю назад он проходил у Нептуна, возможно там все и осталось . – Вполне, вполне – начальник обсерватории просматривал данные – включи ка предыдущие изображение. Хулио вывел данные на экран и на темном фоне появилась кучка светлых точек, из которых одна выделялась яркостью и размером. – Увеличь панораму – дал команду начальник обсерватории. Хулио поработал настройкой и вокруг светлых точек появились какие то тусклые тела. – А вот, наверное, и ответ – начальник обсерватории показал на один из объектов – вот спутник Нептуна, правда пока не могу сказать какой, он и увел наших подопечных. – Так Апофеоз же остался – воскликнул Хулио. – Да не смог он прибрать всех. А что же это получается, что его продвижение еще больше тормозится. – Вполне возможно, но узнаем об этом через год, когда он пройдет Сатурн. И как на него повлияет Юпитер тоже не угадаешь. Разгонит или остановит. Поэтому фиксируем его дальше, а выводы будем делать позднее. – На этом и порешили.

Окружающий мир

А в мире продолжали происходить удивительные события. После начала сокращения армии во многих государствах, как ни странно уменьшилось количество правонарушений и преступлений. Солдаты и офицеры по целым дням просиживали в колледжах, институтах или арендованных зданиях, изучая основы какого то нового языка. Естественно, некогда стало ходить в самоволки и заниматься торговлей военным снаряжением и оборудованием. Да и прежние правонарушители после привода в пункты полиции и профилактической беседы прекращали свою преступную деятельность. Но и полиция не оставалась без работы. Ведь раньше много преступлений совершалось на бытовой почве и из -за национальной розни. Поэтому усилились рейды профилактики в места сбора неблагонадежных лиц и в общежития иностранцев. Конечно, радостей от общения с сотрудниками правопорядка у контролируемых не было, но несколько случаев предотвращения преступлений среди своих соратников сотрудниками, причем практически без вмешательства добавило им авторитета. Их переселяли с перенаселенных квартир в благоустроенные общежития, помогали с оформлением документов и пару раз пресекли бюрократическую волокиту при открытии национального ресторана. Так как иностранцы иммигрировали в страну довольно часто, то и работы полиции не убавлялось. А поток приезжих нарастал. Был сделан призыв заселять незанятые районы. Государством гарантировалось обеспечение топливом и энергией, налоговые льготы в течение первых пяти лет и бесплатная связь. Тем более что выдавалась единовременная и беспроцентная ссуда на жилье. Вот и ехали из бывших советских республик осваивать сибирские города и разрабатывать новые земли.

Пресса особенно полюбила ученых. И дня не проходило, чтобы в телепередаче не просили маститого профессора объяснить те или иные тенденции в обществе, дать оценку какому либо проекту или рассказать о достижениях современной науки. Так как профессора вскоре возроптали из-за чрезмерного отвлечения на репортажи, то вскоре переключились на кандидатов наук и других научных сотрудников. И тут открылась удивительная вещь – мнения, и сообщения молодых ученых могли в корне расходиться с мнением профессоров. Особенно это проявлялось в космогонической теории. Теорию струнного устройства вселенной заменила бифуркационная, которая уступила место стабильной нестабильности, а затем и квантовой периодичности. Параллельно обсуждались вопросы антимира и инфляционных взрывов, которые сопутствовали теориям множественности миров и пересекающихся вселенных. Естественно не забывали доказательства параллельности и повторяемости реальностей. Некоторые удивительные открытия, такие как концентрация черного вещества, находка гравитационных тоннелей, использования энергии п-мезонов в космических кораблях давали богатую пищу для выступления ученых. А тот факт, что не существовало запретных тем и закрытых работ еще больше стимулировало обсуждение. Теперь даже школьники могли обсудить возможности развития событий в свете многообразия вариантов протекания действительности. Дети постарше практически всерьез обсуждали постройку машины с петлей времени, а студенты технических ВУЗов начинали собирать в институтских мастерских детали антигравитационного двигателя. Самым важным стал вопрос создания космического флота Земли. И, хотя еще очень многие вопросы строительства звездолетов не могли быть решены, наметилась мощная тенденция в осуществлении этого гигантского проекта. В первую очередь серьезно продвинулись исследования темного вещества Вселенной – этого источника энергии для будущих звездолетов.

«Институт энергии в Швейцарии. Лаборатория синтеза звездного вещества. В ней работают двенадцать ученых, занимающихся концентрированием и управляемым исследованием звездного вещества. Люкс Шебхем руководитель проекта ведет очередное заседание лаборатории в режиме мозгового штурма. Здесь же сидит корреспондент газеты Ньюс саентист. На первый взгляд и слух ничего необычного не происходит. Ну, сидят люди, разговаривают. Но если прислушаться, то многое непонятно. Нужно сделать окно в счетчике, которое должно отвечать многим требованиям. Точнее не окно, а небольшой прибор. Он должен быть прозрачным, то есть за ним установлен индикатор счетчика. Он должен поворачиваться и фиксировать внешнюю освещенность. Это основные требования, а есть еще пара – тройка других, но они не так важны. Сотрудники лаборатории предлагают разные варианты, которые записываются независимо от смысла. Затем выступает автор предложения и обосновывает его. В конце совещания решают совместить функции измерения освещенности через передачу изображения цифр на внутреннем счетчике, а поворот «окна» заменить передающим зеркалом. Таким образом, сегодня работают подавляющее большинство лабораторий» – эту краткую заметку можно было прочитать в газете Ньюс саентист, которая благодаря новым реалиям стала ежедневной, так много было сообщений с научного фронта.

Продолжали строиться космодромы для ракет на реактивной тяге. Но конструкторы расчитали, что космодромы будут пригодны и для других классов космических кораблей. Также регулярно сообщались новости о переброске части сибирских рек в среднюю Азию, где велись полевые работы.

Во всем мире происходила переориентация от избыточной продукции к необходимому количеству. Количество автомобилей в городах уменьшалось, они заменялись такси и для не спешаших людей ставили движущиеся дорожки. Люди стали носить более функциональную одежду. Начали устанавливать модуляторы, которые могли из старой одежды по каталогу создать новую. Синтетическая пища пока не преобладала, экспериментальное земледелие развивалось. Наметился подход к получению сверхпрочного вещества нитрида и фулереновой мононити. Все эти новости на разные лады подавались в прессе, их рассматривали с многих точек зрения – политической, экономической, даже спортивной. На основе нитридов прогнозировались создания костюмов для альпинистов и спелеологов. Но главным оставалось создание космической авиации. Весь мир следил за развитием в этой области и содействовал в этом.

Скобелев

Генерал Скобелев наконец, уволился из армии. Вот это слово «наконец» услышанное от своей жены, напомнило ему давнее желание чуть – чуть отдохнуть. Теперь не будут его тревожить по ночам вестовые и адъютант, не нужно куда- то мчаться на несколько суток, которые могли затянуться до месяца. Нет у тебя подчиненных, которых нужно воспитывать. И не придется разбираться с ситуациями, которых лучше бы никогда не было – побег с убийствами или пропажа ствола в части. Теперь отдых и покой. Но через пару дней Сан Антоныч заскучал. Все же привык к ненормированному рабочему дню, к постоянной активности, а тут посиделки какие то. Поэтому когда ему на глаза попалось объявление «Требуется специалист по управлению персоналом. Оплата достойная» он сразу воодушевился и на следующий день пришел по указанному адресу. В смежной комнате было 10-11 претендентов разного возраста. Прислушавшись к разговорам Сан Антоныч уяснил, что многие пришли ради интереса, а не работы. Подобные объявления все чаще помещались в газетах. Но каждый раз требования отличались. В одном случае подразумевалась организация рабочего времени, в другом нужен был специалист по конфликтам. Какой сейчас нужен был работник не знал никто. Поэтому у присутствующих был большой интерес к вышедшей женщине: «Ну что, ну как?» посыпались вопросы. – Да просто анкету заполняла – ответила она. Очередь успокоилась. Когда очередь дошла до Сан Антоныча, он постучал в дверь, и, получив разрешение, вошел. – Здравия желаю – четко поздоровался он. В комнате сидело трое людей – двое молодых и один пожилой. – Садитесь, пожалуйста – пригласил один молодой. Бывший генерал сел, а пожилой спросил – «Где вы служили и почему уволились?» – Служил в штабе нашего округа, а ушел в связи с сокращением – просто ответил Сан Антоныч. Пожилой мужчина приподнял бровь и взглянул на молодого. Тот кивнул, а пожилой продолжил – « А чем бы хотели заняться?» – Да любой управленческой работой, дома сидеть невмоготу. – Так, а в командировки сможете ездить? – продолжил пожилой. – Естественно, я же военный, ну то есть бывший военный – поправился Сан Антоныч. – Хорошо – проговорил второй молодой, вот перечень вопросов, ответьте, пожалуйста – и протянул Сан Антонычу листок с вопросами. Вопросы касались быта, пристрастий затрагивали умение ориентироваться в экстренных ситуациях. Но некоторые были неожиданными – Вы провалились под лед. Ваши действия. Сан Антоныч про себя хмыкал при чтении таких вопросов, но добросовестно отвечал. По окончании процедуры его попросили подождать результатов опроса, а пока предложили посмотреть на видео фильм в соседней комнате. На экране группа людей строила стену. Стена была из металлических плит, блестевших синим ярким блеском. Один из работавших сваривал листы или блоки разобрать было трудно. Другие подтаскивали готовые блоки и устанавливали их. Два человека, по всей видимости, тянули коммуникации – трубы, провода. – Это строительство космического городка – услышал Сан Антоныч голос одного из молодых. – Мы поздравляем вас с принятием на работу. Компьютер дал положительное решение совместное с нашим мнением. Вам надлежит контролировать и координировать действия этих людей. Это будущие космонавты, сейчас они работают на земле, тренируются строить. Вы должны будете четко знать их обязанности и программу работ на каждый день. У них есть номера, вот смотрите в разных местах спецодежды. То же будет на скафандрах. Ваша задача четко, ясно подавать команды для их работы, чтобы соблюдалась последовательность действий, чтобы никто никого не травмировал и самое главное наблюдать за их передвижениями и за грузовыми кораблями. Перекличка каждые полчаса. Время работы 4 часа, затем следующая смена. У вас будет пульт аварийного включения ранцевых двигателей и запасной робот. У него есть один манипулятор. При конце смены чтобы все дружно убирались с рабочей площадки. Их не выгонишь, в две смены работать будут. Вот для этого и робот нужен – пошутил один из молодых. Тащите его на виду у всех. Работникам надо восстанавливаться, а не выкладываться. У вас будет сменщик, сами договоритесь о графике. Все ясно? – Конечно, а инструкции кто даст? – Да завтра на рабочем столе будут лежать. Приходите к 9-30 ознакомьтесь, почитайте. Зарплату мы сохраним прежнюю, ну еще плюс премиальные. Устроит? – Вполне – согласился Сан Антоныч.– А что с теми будет кто за дверью сидит – он махнул рукой на дверь, через которую вошел. – Да вы не волнуйтесь за них, сказал пожилой – всех трудоустроим. – Нам сейчас управленцы вот как нужны – и он махнул рукой по своему горлу. – А можно сейчас взять папку с заданиями, я бы вечером дома поразбирался – спросил Сан Антоныч. – Вот, а я что говорил – вскричал пожилой – ай молодец товарищ генерал, я так и думал, что захотите разобраться. Сейчас для вас материалы подготовят. Я бы посоветовал внимательно на строящийся объект посмотреть. Так сказать в ретроперспективе. Вам его завершать и сдавать. Ну, вот вам и материалы – и пожилой протянул папку генералу, – ждем завтра в соседнюю комнату к 9-30. Договорились? – Да, конечно, – ответил Сан Антонович, и, взяв папку, пошел домой, чтобы спокойно разобраться что строят, где строят, как строят и кто что должен делать. Следующий период жизни обещал быть очень интересным, заполненным массой событий и главное – генерал снова ощущал себя в строю, нужным человеком на своем месте, а это очень немаловажно, что бы чувствовать себя счастливым в жизни. Об этом он весь вечер разговаривал с женой, и довольный событиями отправился отдыхать.

Дуболом

« Все-таки надо было внимательнее смотреть за аспирантом – ругал себя начальник конструкторского бюро – вот чуть не угробили человека». И опять в голове всплыли картины недавних событий чуть не доведшие его до инфаркта. День начался как обычно в последний месяц. За полчаса до работы Дуболом уже сидел за компьютером и прорабатывал варианты защиты от очередного излучения. Природа этого излучения была известна, размерности определены. Оставалось подобрать материал, который гасил это излучение. Дуболом уже представил, что сегодня перебор вариантов закончится, и он сможет создать модель защиты. Вдруг в комнату с перекошенным от страха лицом вбежал сотрудник новой лаборатории по гравитации, Слава. Он задыхался – Там, там, там человек погибает! – Где? – Дуболом со свойственной ему резкостью выскочил из-за стола. Но Слава уже выскочил в дверь и несся по коридору. Дуболом едва увидел, как он скрылся за одной из дверей. Когда он вбежал в комнату, его глазам представилось необычное зрелище. Посредине комнаты стоял гудящий и немного светящийся ящик. А над ним под потолком висела металлическая плита размером 1х2 метра покрытая каким то золотистым материалом. Из под плиты торчали руки и ноги. На одном краю плиты висел на одной руке человек, который другой рукой держал металлический штырь, просунутый между плитой и потолком. Он действовал им как рычагом, отодвигая плиту от потолка. Услышав вошедших, он закричал: «Снижайте мощность поля, но постепенно». Дуболом метнулся к ящику и, увидя рычаг с обозначением W начал медленно вращать ручку к показателю ноль. Плита с людьми начала медленно опускаться. Когда она опустилась на уровень головы, Слава слегка подтолкнул ее в сторону подставок. Плита легла на подставки, и Дуболом уменьшил поле до нуля. Плита плавно стала на поставки, а человек, висевший на краю, обессиленно упал на пол. На плите лежал другой человек, у которого была сломана рука и по халату растеклась кровь. Он был без сознания. – Врача вызвать, быстро – скомандовал Дуболом, а сам разрезал халат выше пятна крови. Слава метнулся к селектору и вызвал медиков. Аккуратно сняв кусок халата с руки, Дуболом увидел, что перелом открытый, кость торчала из локтевого сгиба. Он скрутил из снятого куска халата жгут и ловко перетянул руку потерпевшего возле плеча. Кровь продолжала идти, но уже гораздо меньше. Лежавший на полу человек зашевелился и простонал – Кирилл, он жив. – Да жив, жив – успокоил его Дуболом – вы то как? – Да я вроде ничего – лежавший потихоньку приходил в себя,– а врача вызвали? – Сейчас придут – ответил Дуболом. Тут подошла бригада медиков, которая занялась потерпевшим. Ему ввели плазму, обезболивающее лекарство, и, положив на носилки, унесли. Когда в лаборатории был наведен порядок, оставшийся сотрудник объяснил происшедшее. Они испытывали новое покрытие, меняющее гравитацию. До этого поэтапное облучение постепенно экранировало гравитационное поле, и плита с покрытием плавно поднималась. Но даже при небольшом грузе скорость подъема резко уменьшалась. Так было и на этот раз. Но новое покрытие оказалось мощнее по характеристикам подъема, чем предыдущие варианты. Те небольшие груза, которые ставили исследователи, легко поднимались. И тогда исследователи решили использовать себя как груз. Это же 85 кг вместо 25 в эксперименте. Один из них лег животом на плиту, а второй начал увеличивать напряжение обрабатываемого поля. Но, при увеличении выше определенного значения плита вдруг стала быстро подниматься. Лежащий на ней закричал и, видимо испугал второго, потому что вместо уменьшения напряжения тот еще больше его увеличил. Плита резко подскочила вверх, и если бы лежащий на ней сотрудник не успел выставить руку, все было бы гораздо хуже. Повезло еще, что плита поднималась под вентилятором, трубка с проводами которого попала между расставленными ногами лежавшего на плите. Конечно, лопасти вентилятора согнулись, ударившись о ноги, но человек остался жив. В дальнейшем это послужило поводом для массы разных шуток, но главное – трагедии не произошло. Второй схватил попавшийся под руку уголок, вскочил на прибор и удерживал другой конец плиты. «Вы что не понимали как это опасно – спросил Дуболом сотрудника. Да просто не было соответствующей гири, и регулировка была в норме. Ведь мог погибнуть человек! Понимаю, мальчишество – сокрушенно вздохнул сотрудник,– но с детства хочется вот так полетать. Полетаете теперь надолго,– Дуболом немного успокоился,– Но соответствующую оценку происшествию я дам, не волнуйтесь, будете наказаны. А вообще надо уменьшить пошаговую мощность прибора и сделать необходимый стенд. А в первый полет на опытном образце вас и пущу, да так, чтобы в туалет три дня ходить не надо было. Дуболом вернулся к себе и стал продумывать текст приказа о повышении техники безопасности на производстве. Он ясно представил, что может произойти при испытании создаваемого двигателя на черном веществе. Надо испытания по нему выносить на орбиту, а еще лучше – на Луну – понял он, слишком могучие силы природы мы будим. Да, хорошо, что сотрудники достаточно альтруистичны, а то не дай бог подобные устройства попадут в руки ненавистников человечества, то это же убийцы номер один будут. Попробуй такого летающего орла поймать и уничтожить. А вообще побольше математического моделирования надо вводить и эту систему для разработки ракетных двигателей надо поставить – и Дуболом принялся за составление соответствующей заявки руководству. Когда заявка была сделана, Дуболом посмотрел на сообщение электронного секретаря. Так, завтра день семинара у Гельдта – вспомнил он. Но тут зазвонил селектор, и голос секретарши сообщил –Юрий Петрович, вас приглашают на завтра в Испанию на конференцию по гравитации. Но у нас же завтра заседание лаборатории у Гельдта – сокрушенно сказал Дуболом. –А вы прослушайте их сегодня, я сейчас с ними свяжусь. – А если они не готовы? А это мы сейчас мы узнаем – сказал секретарь, и через несколько минут сообщила – Ну в основном они готовы, так что ждут вас. Хорошо, через полчаса буду, – сказал Дуболом. Он решил освежить в памяти сведения об электромагнитных двигателях. Открыв электронную библиотеку, он стал просматривать все, что было известно об электромагнитных двигателях. В историю создания он вдаваться не стал, а начал с последних разработок. Оказалось, что о них он почти ничего не знал. Принцип двигателя состоял в продуцировании электромагнитных частиц, разгоне их и выбросу из сопла. Вроде все просто, это на схеме. Источником электромагнитных частиц могли служить любые компоненты, но лучше всего для этого подходили плазменные генераторы. В камере преобразования вещество превращали в плазму, затем его разгоняли в блоке разгона и выбрасывали через особое сопло с регулируемым направлением. Самое главное – не допустить контакта плазмы со стенками сопла двигателя. Для этого сконструировали системы намагничивания, причем кратковременного, которое позволяло сводить струю плазмы в тонкий хвост, который на выходе разогревался до 10000 градусов, что еще больше ускоряло вылетающие частицы. Ракет и самолетов с такими двигателями еще не существовало. Разработки велись в нескольких государствах. Юрий Петрович ознакомился с примерной схемой двигателя и его характеристиками. Они впечатляли. При массе в 1,5 тонны и запасе горючего вещества в 20 тонн такой двигатель мог проработать в непрерывном режиме около месяца и развивать тягу до 15000км\час за 40 минут. «НУ, кое-что знаю, пора идти – сказал он сам себе и отправился на заседание лаборатории Гельдта. Лаборатория помещалась в подвальном этаже корпуса. Посредине комнаты стоял макет реактивного самолета с двигателем в разрезе. Пробравшись среди приборов и частей самолета, Юрий Петрович попал в следующую комнату, где уже собрались сотрудники лаборатории. Некоторые сидели на принесенных стульях, другие укрепляли нарисованные схемы на стену. На противоположной стене висел большой плоский монитор от которого тянулись провода к небольшому пульту с клавиатурой. Юрий Петрович поздоровался с присутствующими и занял предложенное место. Заседание открыл заведующий лабораторией. Так начнем. Заведующий подошел к листу, приколотому на стене. Лаборатория разрабатывает принцип отрыва от вещества, который можно применить в самолето или ракетостроении. Работаем мы уже 11 лет. Разработали свою концепцию существования электрона отличную от общепринятой. На ее основании имеем свою точку зрения строения материи и воздействия на электронные оболочки. Мы сделали опытную модель двигателя. Теперь надо испытать. Но все по порядку. Сейчас Тигран Арсенович расскажет о концепции воздействия на электроны вещества. Прошу. Юрий Петрович пытался внимательно слушать и вникать в предмет обсуждения, но понял только в перерывах между математическими формулами, что электрон – это не простая частица. Он вообще связан с пространством- временем и вращение его происходит вследствие постоянной повторяемости временной петли, сжимания этого самого пространства-времени и создания собственного крутящегося момента при постоянном переходе в иное фазовое состояние. В общем, доказывалось, что для воздействия на эти самые электроны нужно применить кратковременное дестабилизирующее поле противоположных частиц. Самые подходящие были протоны, но закрученные в противоположную сторону. На этом первый докладчик и закончил. Следующее сообщение касалось потока медленных частиц, которые стекают, как выразился докладчик, по внутренней стенке двигателя, экранируя их от ускоренных электронов. Производство этих медленных частиц было сопряжено с какой -то химической реакцией, но при сочетании ускорительного кольца, описанного в третьем докладе, мощность такого двигателя возрастала на 20-25%. Основной задачей было своевременное отключение разгоняющего поля для выброса разогнанных частиц и включение для ускорения следующей порции. Следующий докладчик рассказал об усовершенствованной схеме ускорителя. Так как первые ускорители строились на земле в специальных тоннелях, имели большой диаметр и мощное устройство для разгона исследуемых частиц, то сначала пошли по этому пути. Предполагаемый двигатель ракеты был в диаметре около 500 м и составлял основную массу космического корабля. Для самолета хватало кольца диаметром 60-80 метров. Внешняя стенка ускорителя делалась из металла, размещенного в скальной породе. Сначала было решено делать ускоритель в виде гигантской улитки, но, оценив количество металла, от этой идеи отказались. Ведь разгоняемые электроны должны нестись не по стенкам труб, а между ними. Поэтому трубы заменили ажурной конструкцией с кольцами ускорителей. Получилось как огромное колесо обозрения, зато вес конструкции уменьшился в 10 раз. И вот такая модель с диаметром 50 м находилась внизу, в подземной части института. Источником импульса служили атомы водорода, из которых создавали плазму. Юрию Петровичу предложили посмотреть испытания, и он согласился. Все спустились на технический этаж и прошли на полигон. Взору предстало гигантское колесо обозрения, положенное на бок. На штангах находились кольца ускорителей, к которым шли кабели. В одной из стен был тоннель, в который было направлено сопло этого сооружения. Пришедшие подошли к камере наблюдения. Это была капсула с несколькими удобными креслами и пультом. Два сотрудника заняли место за пультом, остальные сели и стали за кресла для зрителей. Гельдт сел рядом с Юрием Петровичем. – Эта бронекапсула, сообщил он заведующему, – может выдержать давление до пятисот кг на квадратный сантиметр и автономна на сутки. Так что мы защищены, и кататься на своем произведении не можем – пошутил он, намекая на происшествие в лаборатории гравитации. – Начинайте – скомандовал он. Защелкали тумблеры, и возник неясный гул. – Проверяю целостность контуров. – сообщил один из сидевших за пультом,– первый, второй… По мере счета второй сидевший отвечал – Готов. Когда счет дошел до тридцати, первый оператор сообщил – даю водород. В одном из углов зала поднялось сооружение цилиндрической формы и подъехало к одной из «спиц» колеса. – Пошел заряд – сообщил второй оператор. Вибрация усилилась, и среди колец начали проскакивать молнии. – Даю разгон – сообщил первый оператор и свечение усилилось. – Пошел – громко крикнул второй оператор и вдруг тоннель в другом конце зала озарился ярким пламенем и послышался удар. – Стоп – скомандовал Гельдт и сияние померкло, гул прекратился и сидящие принялись громко поздравлять друг друга. – Это был один импульс – сказал Гельдт, повернувшись к Юрию Петровичу. – Если бы мы дали полную мощность, то могли бы не выдержать стены. Так, мы сейчас узнаем давление – Гельдт подошел к стенду управления. – Ну, вот до 25 килотонн дошли. Осталось на самолет поставить и испытать. Ну что, даете самолет? А Юрий Петрович опять не мог ничего обещать, так как до сих пор не связывался с военными. – Ладно, попробую – устало сказал он. Рабочий день подходил к концу и все отправились по домам отдыхать, чтобы на следующий день приблизится к заветной мечте – запросто путешествовать среди звезд.