Чтение онлайн

чтобы не перестать быть собой. Да, люблю его больше жизни. Да, всё остальное перестаёт иметь

значение, когда рядом с ним. Но в этом-то и беда. Я сама тоже перестаю иметь значение для себя же.

Самым логичным и правильным с точки зрения циника, которым я всё же в немалой степени

являлась, было просто устранить из системы тот единственный элемент, который разрушал, менял

все мои принципы, взгляды на жизнь, сухие, но действенные правила, которым она подчинялась, но...

Но Нагив слышал меня. Не только слушал, но и слышал. А это уже означало, что имеет смысл не

только говорить, но и быть рядом. Что можно, можно найти другой выход! Что...

– Но, с другой стороны...
– Я осторожно накрыла ладонью его руку.
– Не могу тебя потерять. Не

представляю, как вообще смогу без тебя. Если бы знала, что не нужна тебе, справилась бы рано или

поздно. Может, я и выгляжу слабой, но это - временное явление. Я привыкла быть сильной, и я это

умею. Знаешь, я действительно очень изменилась за последние недели, но многое из того, что

произошло, в принципе обратимо. Прости, но не сказать этого я не могла, потому, что если просто

плюну на всё, рискую когда-нибудь осознать, что меня как самостоятельной мыслящей единицы

больше нет, и возненавидеть и себя, и тебя... Мне страшно, а я не люблю бояться и предпочитаю

решать проблемы, а не отмахиваться от них.

Лошадка уже плавно остановилась у высоких ворот. Нагив молча поднял и вынес из брички, чтобы

поставить на землю. Так же молча он расплатился с возницей, почему-то крепко держа меня за руку.

Интересная реакция. Поставил на ноги, но не отпустил, сжимая ладонь нежно, но крепко, ясно давая

понять, что освободить пальчики из захвата не выйдет.

Всё так же не нарушая напряжённой тишины, мы проводили бричку взглядами. Минут через десять,

когда экипаж уже превратился в тёмное пятнышко на серебристой в лунном свете дороге, даймон

потянул меня куда-то вправо от ворот. Не заходя в поместье, мы прошли вдоль стены. С каждым

шагом я всё глубже и дальше загоняла то чувство, что заставляло забывать обо всём. Наважденье...

Пусть моё, любимое, но всё же наважденье... Жизнь слишком сложная штука, чтобы так просто

поддаться ему, позабыв обо всём что знаю, обо всём чему эта самая жизнь научила. А уроки она

умеет давать. Иногда такие, что выть хочется от бессилия и безнадёжности, но именно благодаря

таким урокам учишься находить выход всегда, при любых обстоятельствах и не ломаться в процессе.

Почти уверившись в том, что это тот самый очередной урок, я спокойно шагнула в небольшую

калиточку, до того неприметную в высокой стене, что заметить её незнающему было бы невозможно.

Нагив закрыл за нами дверцу, вновь ставшую практически невидимой, и повёл по тёмному пустому

саду. Это был именно сад. Узкая тропка вилась между высокими деревьями, за стволами которых

виднелись клумбы, фонтаны, беседки, лавочки, широкие дорожки, сверкающие отражённым лунным

светом. Но мы шли по едва заметной тропинке, и выступающие корни, спрятанные в обилии опавшей

листвы, норовили уронить оземь.

Когда я в очередной раз споткнулась и чуть не упала, мужчина молча подхватил на руки и понёс,

ступая так, словно шёл по ровному асфальтированному тротуару в солнечный полдень. А я... А я

молчала. Не потому, что ком в горле мешал говорить. Потому, что сказано было достаточно. Если

Нагив не поймёт, у меня будет только одна эта ночь...

ГЛАВА 27

Когда впереди забрезжил тусклый свет, я почти не обратила на это внимания, разглядывая

напряжённый подбородок, напрягшиеся мускулы на шее, линию горла. Хотелось запомнить как можно

больше. Хотя бы для того, чтобы было что забывать. Дура я всё-таки...

– Лена, что ты видишь?
– Тихо спросил единственный, ставя на ноги перед мерцающей радужными

тусклыми искрами полупрозрачной аркой между мощными стволами.

Я огляделась. Кроны огромных деревьев смыкались высоко наверху. Между полуголыми ветками

виднелись звёзды. За спиной внушительная фигура даймона, ждущего ответа.

– Ночь.
– Тихо начала я.
– Деревья. Звёзды. Ты. Арка.

– Ты её видишь.
– Хрипло выдохнул он со слишком явной радостью, чтобы упустить этот момент.

Кивнула, выжидательно глядя на него.

– Сердце моё, прежде чем мы пройдём сквозь неё, выслушай меня.

Даймон опустился прямо на землю и сел, прислонившись спиной к шершавому стволу. Не без

сомнений я вложила пальцы в протянутую широкую ладонь и в следующее мгновение уже сидела на

его бедре, приготовившись слушать и держать "лицо".

– Лена, - вопреки худшим ожиданиям, голос единственного был серьёзен и полон горечи - подумай

вот о чём. Я не сомневаюсь в том, что ты сильная. Сложно усомниться в этом, когда знаешь, на что

ты способна. И я сейчас не о стихии, поверь. Мы слишком мало знаем о жизнях друг друга. Это так.

Но... То время, что провели рядом говорит о многом. Ты настолько сильная, данари, что иногда я сам

на твоём фоне кажусь себе слабым. Только на твоём и только рядом с тобой. Настолько, что не

уверен, что хватит сил отпустить, если ты примешь такое решение. А я ведь привык отвечать не

только за себя, но и за сотни других людей. За их безопасность, судьбы, жизни. Как думаешь, мне

легко?

Он сжал мою ладонь, но больше ни жестом не выдал волнения и продолжил тихим, но уверенным в

том, что произносит голосом.

– Ты... вот и здесь тебе принимать решение, в то время, когда я привык решать всё сам. Но как я

могу удерживать тебя, зная, что ты этого не хочешь? Будь у меня хоть тень сомнения, что ты способна