Чтение онлайн

предпочтительней равнодушия. Но я всё равно злилась и сильно.

Сама суть претензий - глупость, фарс, но то, что Нагив вот уже в который раз оказывается самым не

сдержанным и тупо прёт напролом.... Вот это обидно и очень. Интуиция подсказывала, что он не глуп,

но факты... Может, я попросту пытаюсь убедить себя в том, чего и в помине нет? Любовь любовью, но

если однажды пойму, что не могу его уважать? Что тогда? Ничто не заставит меня оставаться рядом с

тем, кого не уважаю. И даже любовь.

Задумавшись, я не заметила, как наважденье встал и одним движением отодвинул огромный

дубовый стол вместе с напитками и снедью. Когда грохот всё же привлёк моё внимание, я подняла

глаза. Нагив стоял передо мной на расстоянии вытянутой руки, а остальные мужчины напряжённо

застыли вокруг. Причём Вален сжимал, удерживая, руку Майлана с уже обнажённым мечом, а Инар

прижимал остриё рапиры к горлу эльфа.

– Ничего себе...
– Ошарашенно выдохнула я, прикипев взглядом к широкому клинку, на котором

алыми всполохами то проявлялась, то исчезала вязь непонятных символов.
– Вы совсем с ума

сошли? Отпу...

Договорить не успела, едва не прикусив язык, когда Нагив, подхватив подмышками, вздёрнул меня с

места и легко поднял до уровня лица. Сначала я попросту онемела от возмущения, потом... Потом

залюбовалась силой ярости, бившейся в аквамариновых глазах напротив. И всё-таки, не могу

сожалеть о том, что моё наваждение именно он. К добру или к худу, но только рядом с Нагивом

забываю, что я сильная, что могу всё или почти всё, только рядом с ним это перестаёт иметь

значение. Пусть даже временно, но я становлюсь просто собой...

– Ты хочешь чтобы я ушёл и оставил тебя с этим...
– Почти прохрипело моё наважденье.
– Я уйду. Но

договор, есть договор. Если ты потеряешь Дар из-за своего упрямства и глупости, то нарушишь его.

Тогда я не обязан буду придерживаться известного тебе пункта о сохранении твоей драгоценной

шкурки.
– Голос даймона сочился ядом, хотя был уже спокоен и холоден. Только в синих, лихорадочно

блестящих глазах наравне с яростью и злостью плескалась... Горечь?
– Лена, если такое произойдёт,

я тебя убью. Задушу собственными руками. Это тебе ясно?

– Как день.
– Отчеканила я и сама себе удивилась. Надо же! Я ещё могу говорить, да ещё так

нарочито небрежно?!
– Отпусти меня и отойди.

– Как скажешь, дорогая.
– Процедил даймон презрительно и поставил меня на пол.
– Но, выбирая

между, - Нагив небрежно кивнул в сторону эльфа - ...и долгом, помни...

И, заломив руки за спину, он сжал мои кисти одной ладонью, а другой крепко взял за подбородок, не

давая дёрнуться, и впился жёстким, почти болезненным поцелуем в губы. Сердце и без того

сумасшедшее, забилось так, что чуть не выпрыгнуло из груди под ноги Нагиву. Титаническим усилием

взяв в себя руки, я попыталась вырваться. Не вышло. Дёрнулась, попыталась ударить коленом в пах,

но и это не получилось. К такому повороту мой мучитель был готов и просто сделал шаг в сторону,

прижав к стене всем телом. А потом, сил сопротивляться не осталось. Ни сил, ни желания.... И я

ответила, принимая вызов, растворяясь в нём и растворяя его в себе. Страсть к страсти, воля к воле,

любовь к... к чему?

Когда странная пытка закончилась, и моё наваждение отпрянуло, я не сказала ни слова. Просто

полу-стояла, полу-висела, прижатая им к стене, и, тяжело дыша, смотрела в яркую синеву его глаз.

Почему-то там, в их яростной глубине мне почудилось болезненное непонимание, ненависть и боль.

Почему?

Но тут Нагив отпустил меня, позволив сползти по стене, как безжизненной кукле и, глядя сверху

вниз, пренебрежительно хмыкнул, а потом просто развернулся и пошёл прочь, к тому столу, где

одиноко лежали волшебные цветы, так и не ставшие подарком в полном смысле слова. Вот ведь гад!

Хоть и любимый....

Пару секунд поскрипев зубами в спину удаляющемуся мужчине, приняла невозмутимый вид,

поднялась на ноги и, одёрнув одежду, повернулась к оставшимся.

– Брейк.
– Произнесла тихо.
– Полюбовались на истерику нашего любимца с моим участием? Вот и

замечательно. Вален, поставь мебель на место. Инар, отпусти Майлана. Он будет вести себя хорошо.

Так ведь?

Эльф осторожно кивнул.

– Ну? В чём проблема?

Даймоны молча опустили руки. Инар неохотно убрал рапиру в ножны и, одарив меня

предостерегающим взглядом, направился к Нагиву.

– Лена, ты не права.
– Мягко произнёс Вален, покачав головой.

– Я? Это Я не права?!
– Угрожающе прошипела, прежде чем тот успел продолжить.
– Впрочем, думай

как знаешь. Если тебе так спокойнее - пожалуйста. Только поставь стол на место и дай поговорить с

Майланом.

Такое зло взяло, честное слово! И он туда же! Вот от кого не ожидала, так от блондина. Не знаю, что

тут у них за чехарда с проклятьями, но если интуиция подсказывает, что с этой стороны мне ничего не

угрожает, буду слушать её. В конце концов, почему-то от брюнета меня никто из даймонов защитить и

не подумал. Что? Рожей не вышла? Ну и пожалуйста. Мы и сами с усами.

– Как видишь, - обратилась я к остроухому, когда Вален, тяжело вздохнув, вернул стол на место и

ушёл - времени у нас не много. Так что давай закончим с экскурсом в историю твоей семьи и

эльфийского народа, и перейдём к главному. Почему ты меня называешь посланницей и что

конкретно тебе нужно?

– Всё, что я рассказал, нужно чтобы объяснить сложившуюся ситуацию. Мой народ... Браслеты...

– Да какое тебе до них дело? Ты - изгнанник, члены твоего Рода на протяжении веков - персоны нон