Чтение онлайн

— Расслабься. Все хорошо, — прошептал он, едва коснувшись своими губами края моих. — Что бы ты там ни увидела, это уже в прошлом.

Еще одно мимолетное касание и еще. А потом случился он. Страстный и горячий, прямо как пламя, в котором я, истошно крича, сгорала живьем.

— Тш-ш-ш. Все-все-все. Ты здесь. Ты со мной. Слышишь меня? — резко отстранившись и тихо нашептывая слова утешения мне в губы, спросил Лур.

— Да-да, — упершись руками ему в грудь, тяжело дыша и стараясь унять бешеное сердцебиение, отозвалась я.

— Вот и хорошо. Еще?

— Да, — заявила с уверенностью и тут же провалилась в очередное видение. Я все падала и падала, до адской боли, до хруста в костях ударяясь об острые выступы скалы. Где-то перед глазами, что застилали одновременно слезы и кровь, то и дело мелькал кусок оборванной веревки от страховки. Тело безбожно болело сразу в нескольких местах, а кричать уже не осталось никаких сил. Земля неизбежно приближалась. Еще пара секунд и…

— Тихо-тихо. Успокойся, — быстро прервав поцелуй и утешающе поглаживая меня по спине, не переставал повторять Лур. — Уверена, что стоит продолжать?

— Да, — прохрипела сквозь подкативший к горлу ком и тут же пожалела, стоило столкнуться с очередным видением. А точнее — мчавшимся на меня с огромной скоростью автобусом.

— А-а-а! — услышала свой собственный крик. Так и не сумев вырваться из крепких объятий, уткнулась в грудь мужчины лбом и тихо, протяжно завыла.

— Ну, все-все. Все позади. Этого больше нет. И будь я трижды проклят, если допущу, чтобы подобное ещё раз повторилось, — зло раздалось у меня над ухом.

Пока я пыталась переварить все увиденное и услышанное, Лур снова заговорил. Только теперь уже тише и менее уверенно.

— Алиса, возможно, то, что я сейчас скажу, причинит тебе ещё больше боли. Но если промолчу, ты рано или поздно сама обо всем догадаешься. И тогда точно меня возненавидишь. Ты и так возненавидишь. Но хотя бы будешь знать, что происходит и кто настоящий убийца твоего мужа. То, что ты сейчас видела — твои многочисленные смерти, после которых ты раз за разом перерождалась. И трагедия, в которой погиб Максим Шалов — скорее всего, не простая человеческая халатность, а тщательно спланированный, совсем не случайный несчастный случай. Как и не известная ни одному врачу в этом мире болезнь Дениса. Всему произошедшему как с тобой, так и с близкими тебе людьми есть причина и один-единственный виновник.

— Кор-р-ролева, — рыча и хрипя одновременно от продолжавших душить меня рыданий, выдавила из себя я.

— Прости, любимая. Если бы я только знал, что она вытворяла с тобой все эти годы, я бы давно нашел способ, как этому помешать, — прижав меня ближе к себе и продолжая неустанно поглаживать по спине, с горечью и сожалением в голосе произнес Лур.

— Ненавиж-ж-жу, — прошипела, уткнувшись теперь уже лицом в мужское плечо, прежде чем издать стон смеси отчаяния, боли и гнева, подобно дикому зверю разрывающих меня на части изнутри.

Луррел Ворти

Я не мог смотреть, как она страдает. Чувствуя ее боль, испугался, что хрупкое человеческое сердце этого просто не выдержит. И больше не колеблясь ни секунды, снова дотронулся до ее головы, чтобы усыпить сознание. Аккуратно уложив любимую рядом с собой на подушку, накрыл одеялом и устроился поверх него рядом. Убрав налипшие на мокрое от слез лицо волосы, ещё раз поцеловал свою избранницу в лоб, взял ее руку в свою и тоже закрыл глаза. Но уснуть никак не получалось. А все потому, что меня раздирали на части все те же ненависть и боль, что и Алису. С той лишь разницей, что погрузить меня в сон, как и успокоить болевшую теперь за любимую душу было уже некому. Хоть она спала. Какое-никакое, а утешение. Надеясь, что завтра все изменится к лучшему, снова закрыл глаза и вскоре почувствовал, как начал проваливаться в сон. Последней моей мыслью перед тем, как забыться, стало: «Берегись, Лайнаррия! Пока не знаю как, но я обязательно заставлю тебя поплатиться за каждую пролитую моей светлой слезу. И на сей раз даже Сэммуэль тебе не поможет».

Алиса Шалова

Первое, что мне захотелось сделать поутру ещё до того, как открыть глаза, это разогнуться из той скрюченной позы, в которой я, подтянув к груди ноги, кажется, провела всю ночь. Перевернувшись на спину, лениво потянулась и нехотя разлепила веки.

— Доброе утро, моя розочка, — раздалось рядом почти одновременно с обрушившимися на меня воспоминаниями о прошлом вечере.

— Доброе, — произнесла, правда, уже не так воодушевленно, как мой собеседник, прежде чем повернуться и уже привычно спрятать лицо на груди у мужчины. Он лежал поверх одеяла, в то время как я под ним, и эта преграда вселяла хоть сколько-то уверенности в моих смелых действиях.

— Все будет хорошо, — снова принявшись ласково поглаживать меня по спутавшимся после сна волосам, утешающе произнес Лур, тут же не преминув выдвинуть следующее требование: — Конечно, если останешься со мной.

— А если не останусь?

Не успела это произнести, как оказалась резко перевернула на спину, будучи мгновенно погребена одновременно под одеялом и нависшим надо мной мужчиной.

— Никак не пойму, ты это серьезно говоришь или специально, чтобы меня позлить, — устрашающе блеснув синими глазищами и вперив в меня свой внимательный хмурый взгляд, без тени веселья поделился своими мыслями Луррел.

— Серьезно, — выбрав из двух зол меньшее, уже не так уверенно отозвалась я.

— Тогда ты умрешь одной из тех ужасных смертей, что видела вчера, — раздалось холодно прежде, чем мужчина резко отстранился и соскочил с кровати. Остановившись у не занавешенной балконной двери, он скрестил на груди руки и замер.

— Думаешь, если останусь, ты сможешь меня защитить? — приподнявшись на локтях, снова решила полюбопытствовать я.

— Я не думаю, а знаю, — раздалось твердо в ответ.

— Тогда остаюсь, — произнесла, чуть помедлив. И, дождавшись, пока Ворти повернется ко мне лицом, добавила: — Но с одним условием.

— И каким же?

— Год назад я попросила тебя кое о чем, что ты обещал сделать только в том случае, если я тебя поцелую. Свою часть сделки я выполнила. Теперь твоя очередь.

— Хочешь увидеть мою истинную внешность? — кажется, только сейчас полностью перестав злиться, задорно поинтересовался мужчина.

— Да.

— А не испугаешься? — задал свой очередной вопрос Лур.

— Ты такой страшный? — выбравшись из-под одеяла, поинтересовалась я, а когда мужчина так и не ответил, добавила: — Что-то мне подсказывает, зрелища ужаснее вчерашнего я уже не увижу.

Ответив на этот комментарий лишь тихим хмыканьем, собеседник снова отвернулся к окну. Он по-прежнему был одет в брюки и расстегнутую, сильно помятую после сна рубашку, которую, кажется, вчера так и не удосужился снять. Именно поэтому я не сразу заметила, как он начал меняться. Только когда его волосы сделались чуть длиннее, гуще и полностью пепельно-серыми, начав отливать серебром при падающем на них солнечном свете, поняла — Лур таки снял личину.