Чтение онлайн

Она ещё несколько раз пыталась попросить у меня прощение, но мне слишком понравилось, как она злится, видя бессмысленность своих попыток.

Единственное что я сказал ей за всё время это:

— Десять минут на сборы. Жду в машине, опоздаешь, поеду один.

Время было уже такое, что ребята собрались идти на остановку, так что как раз впритык успеем.

Кошкина успела собраться за восемь минут. Из них, она пять минут смотрелась в зеркало в ванной и что-то там поправляла в причёске…

Дверь со стороны пассажира закрылась. И в тишине, я, закрыв пультом дистанционного управления ворота гаража, выехал на дорогу.

— Ну прости… — вновь начала она.

— Простил. — ответил я ей.

— … ну не обижайся пожа… — продолжила она говорить, а потом осмыслила то, что я сказал и повернула ко мне голову от удивления.

— Что? — спросил я её пытаясь сдержать ухмылку.

После небольшой поездки, во время которой болтал c Алиной ни о чём, прибыли в школу. Я не стал заморачиваться и высаживать для конспирации Кошкину за сто метров. Хотя она и хотела этого. Ведь иначе… В общем я не понял что именно и просто проигнорировал её.

Парковка была в принципе отделена от основного потока людей, проходящих в школу, так что всё нормально. Поприветствовав вновь уже накушавшегося с утра пораньше с физруком охранника и проехав по территории школы на парковку и остановился на своём месте, которое мне выделили через две недели после устройства на работу. До этого я парковался на случайном месте.

Выйдя из машины посмотрел на соседнее место, которое сейчас пустовало. Там парковалась Хель. Ну сегодня вечером она уже приедет.

— И долго ты сидеть ещё будешь? — посмотрел я на всё ещё сидящую на пассажирском сидении Алину.

— Иду. — Сказала она с непонятной интонацией и выйдя из машины сразу направилась в школу.

До звонка было ещё минут двадцать, но сразу в кабинет не зайти. Сначала взять ключ от класса у гардеробщицы и по совместительству вахтёрши, потом сходить в учительскую и взять журнал, проверить что и как… в общем бумажная работа — неотъемлемая часть работы учителя, даже такого не настоящего как я.

Вчера забыл посмотреть кто у меня по расписанию, Хель всё отвлекала и из головы вылетело. На первом этаже было расписание на неделю. Ну и ниже располагался листок поменьше, где были выведены какие-либо изменения, отходящие от стандартного недельного.

Посмотрев сразу по небольшому расписанию, по дневному, заметил, что первым у меня будет… Ха-ха! 10 класс. Интересно, а Кошкина даже не сказала, что я у них первым уроком.

Ну да ладно.

Так, после десятого у меня будут два пятых класса, потом седьмой, и восьмой. Ну нормально.

Взяв ключ от класса, и не забыв поздороваться с Лидией Семёновной, направился в учительскую.

Если честно, я немого боялся…

Хотя нет, это слишком громко сказано.

Опасался находиться там, предпочитая пока остальные учителя отдыхали на переменах или в окнах между уроков, собираясь вместе, уединяться у себя в классе и просто ничего не делать. Всё-таки с моей профессией такой отдых редко, когда удаётся получить. И этот… "отпуск", хоть мне и не нравится полностью, но свои плоды уже приносит.

Так вот, опасался я учительскую из-за того, что большинство наших преподавателей были представительницами слабой половины этого мира. Так что и качества, свойственные их полу были характерно выражены, то есть…

Такое количество слов в секунду не может выговорить наверно даже Эминем. А вопросов, которые подстерегают бедного и беззащитного молодого Урса, то есть меня у-у-у-у… В общем страшное это дело, женский коллектив.

Не без потерь как времени, так и нервов, я смог-таки добыть журнал и даже проверить документацию, но…

В какой-то момент я поймал себя на том, что тянусь рукой к спрятанному пистолету.

Немного измученно, прошел коридор по направлению к своему классу Не забывая поздороваться с проходящими мимо учениками в ответ на их пожелания "доброго утра", "здравствуйте" и так далее…

Добрался до разделённого на две неравные между собой половинки десятого класса. Одна из них была как обычно немного заспана, немного ленива и в принципе смирившаяся с неизбежностью. И готовая внимать знания, что я буду в них вкладывать. Но вторая…

— Что убитые такие? — спросил я вместо приветствия, проходя мимо к двери, ребят, которые побывали на «вечеринке» и отделившиеся от класса как раз на вторую группу.

Вид у них был так скажем не очень. Волосы плохо уложены или просто не расчёсанные, мятая форма, мешки под глазами.

И одна только Алина выглядела в этой группе вполне обычно, и даже немного жизнерадостно. Но не злорадствовала, хотя я бы так и сделал на её месте.

И немного подумав, понял. Что мне ничто не мешает это сделать. Так что, когда я спрашивал их по прошлой теме урока, я поднимал с места и задавал вопросы только тем, кто вчера «отдыхал».

Как же было приятно смотреть на мучающихся и прямо-таки зависающих в затруднении ответить ребят. Их кислые лица после того как я называл их имя или иногда фамилию. Как было хорошо на душе, когда они пытались понять, что я только что сказал и как на это ответить… М-м-м.

Нет, я не садист и всяких наклонностей у меня нет, по крайней мере я не замечал. Но поиздеваться то хочется.

Не трогал я только старосту, ей я просто дал задание заполнить журнал как классный руководитель и не отвлекал. За что она меня молча поблагодарила глубоким кивком головы.

И вот, после пятнадцати минут, отведённых на урок, когда я уже собирался заканчивать этот цирк и переходить к следующей теме, мне поднесли отличный подарок.

Друг и сосед по парте объекта младшего, Федя, не выдержал-таки и хоть и тихо, но простонал, схватившись за голову:

— За что нас так?

Некоторые, кто его услышал и был вчера дома у Виктора, молча и с теми же кислыми лицами покивали в знак согласия.

А я.

А что я?

Я не устоял и решил-таки немного открыться: