Чтение онлайн

Мы обменялись хитрыми взглядами и набросились на этого недотепу с трех сторон. Не ожидая такой подставы, эльф с грохотом повалился на пол и мы навалились сверху, придавив Сили. Оказалось, что великий Казанова жутко боится щекотки.

Оставшийся день и вечер прошли в поисках.

Я знала место, где все случилось. Но вот беда — не уточнила у Арта точное время. Вряд ли он мне скажет теперь. Чтобы переход удался, дата и время были просто необходимы. И мы заслали Мари в стан «врага» — в академию Оршан. А если в кабинете Арта никаких записей не обнаружится, Мари бралась проникнуть в поместье «Дубовые рощи» и порыться там.

Я же сидела и вспоминала слова проклятья, слово за словом… Вовремя записать не подумала, балда!

Когда сердце твое наполнится любовью, душа погрузиться во тьму,

Проклинаю тебя и всех мужчин рода твоего,

Пусть каждый из них вкусит горечь любовной муки.

Снимет проклятье лишь та…

К вечеру я уже выучила эту мерзость наизусть. И Мари вернулась… ни с чем.

Но неожиданно в дело вступил мой старый знакомый — Гектор Маркшоу. Зайдя в гостевую спальню, я вновь различила надпись на зеркале напротив входа. Дата и точное время, вплоть до минуты, были четко прописаны на запотевшем стекле. А внизу была приписка: «Удачи, невестка».

Ночь прошла в ожидании, я так и не сомкнула глаз. Хотя прекрасно понимала, что силы мне понадобятся. Но в голове постоянно крутились мысли, воспоминания, сомнения… Вопреки сложившемуся у ребят мнению, я не была смелой, вовсе нет. Просто мне не оставили выбора.

— Ты готова? — Саша была серьезна и собрана этим утром. Сегодня все будет по-другому. Исход этого «прыжка» может оказаться фатальным. Задуматься страшно: мне предстояло пересечь границу пространства и времени и вернуться на сто пятьдесят лет назад! Уму непостижимо!

Я молча кивнула и мы заняли свои позиции.

Сначала происходящее ничем не отличалось от вчерашнего перемещения, только было намного тяжелее пробираться сквозь временной поток. Будто вокруг меня разлили кисель и это сильно тормозило движение. Я шла утомительно долго, уже начиная выбиваться из сил. Как вдруг резкий свет полоснул по глазам, пришлось зажмуриться. И я упала куда-то… и стала леветировать в воздухе. Сразу же вспомнилась «Алиса в стране чудес» Льюиса Кэрролла — она точно так же должна была спускаться в нору, если бы не была вымышленным персонажем.

Но все когда-нибудь кончается. Вот и мое нескончаемое путешествие, наконец, подошло к концу. Я была на месте. Вот только «выкинуло» меня, разумеется, не у самого дома Маркшоу. Придется полетать еще немного.

Город N будто потерял краски и поблек. Прохожие казались размытыми тенями, слабыми отблесками себя реальных, казалось, я смотрю сквозь мутное стекло, да еще и город накрывают сумерки. Здесь было неуютно. А еще очень холодно, шел пар изо рта.

Дом я увидела издалека — над ним собиралась настоящая буря, метали молнии, гремел гром. Я ужаснулась: неужели опоздала и слова проклятья уже сказаны? Я ринулась туда и «подошла» как раз в тот момент, когда появилась ведьма и полил дождь.

Я с трудом узнала Индиру Матиас. Женщина была одета как нищенка, струи воды стекали по ее прекрасному, искаженному яростью, лицу и терялись в складках серого платья. Она была простоволосая и босая. Но в глазах Индиры застыла боль и отчаяние. И я поняла — она любила лорда Маркшоу и страдала от его предательства.

Хлопнула входная дверь и разъяренный Гектор вышел навстречу бывшей любовнице.

— Как ты смеешь приходить сюда? — прокричал он. — Убирайся и оставь, наконец, нас в покое!.. Неужели тебе самой не опостылело обивать порог этого дома?

— Ты бессовестный обманщик и предатель! Не будет тебе покоя! Знай, что я буду отравлять каждый твой день…

Как страшно было взирать на то, что стало с любовью этих двоих. Я помнила их вдвоем на портрете в камере Арта — они были такие счастливые. Почему любовь превращается в ненависть?

— Не бывать этому больше… Я официально обратился в магическое сообщество и попросил защиты. — Гектор протянул Индире какой-то документ, бумага тут же промокла насквозь, но, видимо, это не помешало ведьме ознакомиться с текстом послания. Она разорвала его и зарычала. Лорд в ответ лишь рассмеялся.

— Это всего лишь копия, безмозглая. Видишь, даже твои сестры поддержали меня!.. Если нарушишь запрет — окажешься взаперти за семью замками, тебя упрячут в монастырь, женщина!

— Вот как поступают настоящие мужчины, верно? Какое мужество, какое благородство… ты истинный, достойный представитель древнего рода Маркшоу. — Индира усмехнулась. Потом закрыла глаза, размышляя о чем-то (увы, я знала, о чем!) и хищная улыбка искривила ее губы.

— Что ж, Гектор, я подчинюсь требованиям магического трибунала. Но прежде сделаю прощальный подарок…

Сиятельный лорд попятился, но все же взял себя в руки.

— Не смей угрожать мне… Прошлое пусть остается в прошлом, Индира. Прошу, подчинись и отпусти нас…

— Просишь? А больше ты ничего мне сказать не хочешь? — она сощурилась и Гектор поежился от взгляда ведьмы.

— Верно. Где тебе знать, что такое честь и верность… Но будем надеяться, что у твоих потомком окажется не столь гнилое нутро!.. А посему я заклинаю…

Я навострила уши, начальные строчки проклятья послушно всплыли в памяти и вот я наяву слышала хорошо знакомые слова и с нетерпением ждала окончания фразы:

Когда сердце твое наполнится любовью, душа погрузиться во тьму,

Проклинаю тебя и всех мужчин рода твоего,

Пусть каждый из них вкусит горечь любовной муки.

Снимет проклятье лишь та, что полюбит всем сердцем и душой,

И чья любовь будет взаимна и жертвенна! Да будет так!

Что, и это все? Я почувствовала не меньшую ярость, нежели старый лорд и его ведьма, так как осознала, что понятия не имею, что все это значит!..

И тут мое Настоящее стало притягивать меня назад, в Будущее, разрывая связи с Прошлым, насильно вытаскивая меня из этого дня.

Молния, ставшая смертельной для Маркшоу, и серебряная подвеска на шее у Индиры были последним, что я увидела, перед финальным «прыжком».

Я возвращалась с болью в душе и в физическом теле. Перемещение во времени продержало меня в бреду всю следующую неделю — меня страшно лихорадило. Саша и Сили неотступно сидели у моей постели. Мари, как мне сообщили позже, сильно ослабела и, не в силах спорить с разгневанным женихом, была вынуждена уступить и оказалась под «домашним арестом».

А я, немного придя в себя, горько расплакалась. Столько сил, смертельный риск, тяжелый переход — и все зря! То, что я узнала, не могло помочь обернуть проклятье вспять. Это была скорее какая-то жуткая издевка. Может быть Арт был прав и ведьма всего лишь посмеялась над его родом?