Чтение онлайн

— Дарья, где вы там пропали? — раздражение в голосе начальника сквозит даже через помехи. — Мне срочно нужен номер подрядчика и файл с расчетами. Клиент на проводе, а у вас все на компьютере.

— Я не дома, — выдыхаю. — Машина сломалась, ноутбук там. Я не могу подключиться.

— Дарья, мне все равно, где вы. Мне нужен контакт, сейчас! Или вы не понимаете, что из-за этого срывается сделка?

— Попробую достать, — шепчу я. — Сейчас попробую.

Связь обрывается.

Я открываю список контактов, набираю Лешу.

Раз, два, три.

Пусто.

Гудки идут, но он не отвечает.

Еще попытка. И еще.

Пальцы дрожат, внутри знакомое и мерзкое чувство беспомощности.

Набираю маму, но сразу вспоминаю: она в больнице у деда и пробудет до вечера. Чувствую, как подступает паника. Если не решу проблему сегодня, завтра будет скандал. А потом, может быть, и увольнение. А мне нельзя терять работу.

Снаружи хлопает дверца машины. Я выглядываю, Роман уже за рулем, собирается тронуться.

— Подождите! — выкрикиваю я.

Выбегаю на улицу, пересекаю двор, оказываюсь на дороге, ноги скользят в разные стороны. Мир накреняется. Но я не успеваю упасть. Сильные руки подхватывают меня за талию, удерживают, прижимают к чужому горячему телу.

— Осторожно, — говорит Роман у самого уха.

Я моргаю, пытаясь поймать дыхание.

Он не отпускает сразу, лишь когда с легкостью переносит на траву.

— Что-то случилось? — спрашивает, глядя прямо в глаза.

— Да… я просто… — я судорожно сглатываю. — Мне нужно в город. Срочно. Я передумала. Можно с вами?

— Да. Прямо сейчас?

— Прямо сейчас.

Я понимаю, что совершаю ошибку. Не ту ошибку, которую осознаешь потом, а ту, что чувствуешь каждой клеткой еще до того, как сделаешь неверный шаг.

Но я все равно его делаю.

— Минуту. Мне нужно взять вещи, — выдыхаю.

Роман обходит машину, молча прислоняется плечом к стойке, ждет.

Я начинаю метаться по дому, собирая сумку: зарядку, документы, телефон. Пальцы дрожат так, что молния не застегивается. На столе папка с доверенностью.

Мелкая деталь, о которой я утром даже не думала, теперь словно тревожно мигает красным светом.

Брать или оставить?

Если Роман действительно связан с этими бумагами, я сама подставлюсь. Если нет, могу случайно потерять единственное доказательство происходящего вокруг. Я несколько раз фотографирую доверенность для верности. Потом сворачиваю лист несколько раз, до размеров ладони, и долго стою, глядя на него. Сумка? Слишком рискованно. Карманы? Вывалится. Стараясь не думать об адекватности решения, прячу документ под бюстгальтер, ощущая прохладу бумаги кожей. Подхватываю сумку, выключаю свет. Мгновение стою у двери, прислушиваясь к звукам улицы. Двигатель ожидающего меня автомобиля гудит размеренно. Роман не уехал.

Я выхожу, и с каждым шагом по спине пробегает холодок. Такое чувство возникает, когда ты осознанно идешь на риск, зная, что твои действия приведут к катастрофе.

Но всегда же есть маленький шанс на успех.

Рука тянется к серебристой ручке, но, прежде чем я успеваю сесть на пассажирское место и закрыть, Роман оказывается рядом.

— Осторожно, — говорит он, придерживая дверь, чтобы та не ударила меня по ноге.

Короткое, но ощутимое прикосновение к моей спине, когда он помогает устроиться на сиденье. Физический контакт, от которого в груди вспыхивает пожар, словно я съела что-то очень-очень острое.

Мужчина пахнет влажным лесом и чем-то первобытным. Он словно пропитан природой.

Я замираю, когда он склоняется ближе, берет ремень и, не спрашивая, пристегивает меня.

Боюсь шелохнуться и практически не дышу, когда его лицо в нескольких сантиметрах от моего. На долю секунды мне кажется, что я слышу… рычание. Низкое, утробное.

— Вы не слышали? — интересуюсь я, инстинктивно перейдя на “вы” и увеличивая дистанцию между нами.

— Что?

— Кто-то рычал?.. — спрашиваю неуверенно.

— Если только мой желудок, — хмыкает мужчина.

Я отворачиваюсь, делая вид, что заинтересовалась чем-то в противоположной стороне от Романа, и он садится за руль.

— Все в порядке? — спрашивает, не глядя.

— Да, — выдыхаю. — Очень спешу. На работе ждут документы, — поясняю, чувствуя неловкость. Я привыкла чувствовать вину. И сейчас она со мной.

Мотор взрывается, колеса хлюпают по грязи. Машину бросает из стороны в сторону, и я автоматически хватаюсь за ручку двери.

— Осторожно! — вырывается у меня, когда колеса попадают в глубокую колею.

— Извини, — спокойно говорит он. — После дождей дорога здесь такая всегда.

Следующий поворот еще хуже. Машину заносит, но Роман не теряет контроль, ловко выравнивает руль. Я, все еще вцепившись в ручку, чувствую, как внутри все сжимается от страха.

— Простите, — шепчу. — Я просто не привыкла к таким дорогам.

— Ничего, — отвечает он. — Скоро асфальт.

Грязь летит из-под колес, деревья мелькают, редкие дома тянутся вдоль дороги.

— Я заеду домой, — неожиданно говорит Роман. — Взять документы на машину. Это по пути.

— Конечно, — отвечаю я быстро, хотя внутри все протестует. Страхи начинают скручиваться в тугой клубок. Он специально забыл документы? Или это совпадение? Тут же ругаю себя. Ну что за глупость мне лезет в голову?.. Сомневаюсь, что остальные жители Лозовиц передвигаются исключительно с водительскими удостоверениями и паспортами в кармане.

Через пару минут мы въезжаем в ту самую деревню, мимо которой я проезжала, когда ехала к деду.

Машина медленно катится по ровной дороге. Роман притормаживает у современного дома, глушит двигатель.

— Буквально минуту, — предупреждает

Я провожаю его взглядом.

Двор ухоженный, выложенный плиткой, у крыльца аккуратные кусты, резные перила. Совсем не похоже на дом деревенского механика. Роман поднимается по ступенькам и открывает дверь без ключа.

Хм. Он живет не один? Не помню, чтобы дядя Паша говорил об этом.

Мотор стих, и от тишины в ушах начинает звенеть. Я сжимаю ремень безопасности, осматриваясь. Секунды тянутся вязко. Замечаю собственное отражение в стекле. Выгляжу более измотанной, чем обычно.