Чтение онлайн

Да как, Катя? Так и будешь. Без него. От этого пока никто не умирал. Ну разве что за исключением отдельных психопатических личностей, но это не наш случай.

Еще два дня, еще один день. Завтра. Сегодня вечером…

С рекламщиками я попрощалась утром. Забыв все терки и обиды, обменялись контактами. За съемки мне должны были заплатить в течение месяца, но об этом я как-то особо и не думала. Зато попросила скинуть мне итоговые ролики. На память.

За обедом попрощалась с соседями по столу. С ними тоже обменялись телефонами, прекрасно понимая, что вряд ли станем не только писать друг другу, но даже отправлять открытки к Рождеству.

Ну и что? Пусть будут в контактах. Потом, через несколько лет, удалю.

После обеда на выходе из ресторана меня поймал Макс. В самом буквальном смысле поймал, за руку.

– Кэтрин, можно тебя на минуту?

– Макс, не стоит, - попыталась вывернуться я.

– Я хочу еще раз попросить прощения.

– Это лишнее. Я не сержусь.

Я и правда не сердилась, потому что стало абсолютно все равно. Но все же не удержалась, чтобы не загнать ему иголку под ноготь:

– Мне просто жаль. Потому что у тебя были все шансы.

– Я идиот, Кэтрин, я знаю, - вздохнул он. – Дашь мне свой домашний адрес?

– Зачем? – тут же ощетинилась я.

– Я же обещал тебе ящик шоколада.

– Ты серьезно? – я свернула щетину и рассмеялась.

– Абсолютно серьезно. Ты ведь любишь молочный, да?

– Нет, горький.

– У нас много сортов. Как раз наберется ящик.

– Ну, если не передумаешь, напиши мне в воцап. А то, может, вернешься домой и скажешь: а зачем добро зря переводить?

– Не скажу, - Макс замотал головой. – Удачи тебе!

– И тебе, - я дотянулась и поцеловала его в щеку.

Мне и правда было немного жаль, но только самую капельку. Лучшее – враг хорошего, а Макс к тому же облажался конкретно. Если бы нет, может, было бы еще жальче.

До Сингапура остался какой-то час. Мы уже собрали вещи и сидели в закутке на моей палубе, который любили за уединенность. Просто сидели рядом в шезлонгах, держась за руки. Молча. Было слишком грустно, чтобы о чем-то говорить.

– Хочешь, провожу тебя в аэропорт? – спросил Ник, когда на горизонте отчетливо проступили небоскребы.

Мой самолет улетал ночью, его – завтра днем, и он оставался в гостинице.

Я хотела, но понимала, что так будет только тяжелее. Уж лучше сразу.

– Не надо.

– Хорошо…

Мне хотелось заорать со слезами, что ничего хорошего. Что я не хочу, не хочу…

А надо было соглашаться, Катя, когда он предлагал тебе остаться в Тувалу. Может, он этого ждал – твоего согласия. Хотя бы готовности остаться. А теперь чего уж, теперь поздно.

Интересно, кто это сказал? Гудлак или Бэдлак? Или просто остатки собственного здравого смысла?

Я сгрызла губы до крови и исковыряла всю кожу вокруг ногтей. Но пыталась улыбаться. Вопрос – зачем? Ник все равно смотрел не на меня, а куда-то в параллельную вселенную. А даже если бы и на меня – какая разница? Все закончилось. Потому что всё всегда заканчивается. Может, это и хорошо. Может, я просто себя так утешаю.

Фигово получается, правда.

Лайнер начал швартоваться, и мы встали. Чтобы не получилось давки на выходе, спускаться должны были по радиокоманде, одна палуба за другой, начиная с верхних.

– Подождешь меня в терминале? – спросила я, когда мы остановились у лифтов, где уже начали собираться нетерпеливые.

– Конечно.

В каюте я еще раз проверила, не забыла ли чего-нибудь. Села на кровать, ожидая объявления. Слезы кипели на глазах, но я их не выпускала.

Все ведь хорошо, правда? Это было замечательное… приключение. Будет о чем вспомнить. Все надо заканчивать тогда, когда еще хочется продолжения, а не когда все уже осточертело – как с Димкой.

Ник ждал на выходе из терминала. Мне надо было поторопиться, чтобы занять место в автобусе. Для тех, кто сразу ехал в аэропорт, организовали трансфер.

Мы стояли, обнявшись, а мимо текли людские ручейки, вежливо огибая нас.

– Ну все, Катюш, - Ник с сожалением оторвался от моих губ. – Тебе пора.

Я кивнула и все-таки всхлипнула. Слизнула слезу.

– Все будет хорошо. Правда, - он слегка подтолкнул меня к выходу. – Иди, - и добавил, когда я взяла чемодан: - На связи.

Автобус, стоявший первым, был уже почти заполнен.

– Ждали только вас, миз, - водитель убрал чемодан в багажное отделение.

Пока я искала место, двери закрылись, и мы поехали.

Ну вот и все…

***

Я настолько погрузилась в тоску, что даже о багаже потерянном не вспомнила бы, если бы не увидела Бориса, который вышел из другого автобуса. Притормозила, подождала, пока он не скрылся в терминале, и только потом пошла сама.

До моего рейса было еще почти три часа, так что очередь страдальцев в LostFound не испугала. Так или иначе надо было убить время до начала регистрации. Отстояв хвост, я выяснила, что мне нужно вообще в другое место. Только плечами пожала и пошла туда, куда послали. По сравнению с тем, что плескалось у меня внутри, это была такая мелочь. В другом месте тоже отстояла хвост. Час долой.

Потеряшку мне выдали в целости и сохранности. Причем заставили открыть чемодан, проверить, все ли на месте, и подписать соответствующую бумажку. Теперь у меня было сразу два чемодана – и проблема перевеса. Хорошо, что остались деньги жуликов. Дождалась начала регистрации, сдала багаж, оплатила лишние килограммы и пошла на контроль.

Все, что надо, я делала словно на автопилоте, машинально. Купаясь в боли. Правда, она была не острой, до слез, до крика, а тупой, монотонной, тянущей. Как в заморозке. Потом отойдет – я даже думать не хотела о том, что будет тогда. Надеялась только на то, что это случится уже дома, где можно выть в подушку, никого не стесняясь.

С Борисом мы снова летели одним рейсом до Абу-Даби, где была длинная пересадка. Я увидела его, когда после долгого бесцельного блуждания по дьютикам добралась до нужного выхода. Не хватало только рядом в самолете оказаться. Если с Максом я попрощалась без негатива, то Борис сейчас вызывал лишь неприязнь. Почему-то я не сомневалась, что идея пари была именно его.

К счастью, он притворился, будто мы незнакомы, а в салоне снова оказался в бизнес-классе, тогда как мое место было в самом хвосте. Рядом со мной сидел какой-то дедушка, которого я, кажется, видела на лайнере, третье место осталось свободным.