Отпуская прошлое
Шрифт:
– Не смей заступаться за меня, презренный раб! – Задрав подбородок и выпятив грудь, величественно произнесла феникс, в глазах которой, все же, светилась неподдельная радость, а нижняя губа слегка дрожала от переизбытка чувств. Оторопевший Викинг застыл, начиная пыхтеть от досады, словно чайник, и все-таки взорвался:
– Ну и гадость же ты мелкая! Я ей помочь хотел, а она… – Плюнул рыжий великан и, бормоча себе под нос проклятия, вылетел из комнаты.
– Ты слишком строга с ним, не считаешь? – Нахмурившись, кивнула девушке, устав от очередных перепалок двух бессмертных. – По-моему он тебе добра желает.
– А я бы сказала, что он просто… желает… ее. – Подмигнула Марго, кивнув в сторону феникс.
– С ума сошла, ведьма?! Придержи свой гнилой язык! Он всего лишь мой слуга! – Вспылила Ирис, волосы которой вспыхнули от собственного же визга.
– Как хочешь. – Пожав плечами, равнодушно протянула Марго.
– Осторожней, милочка! Не хватало мне еще порчи имущества и пожара! Ну-ка, умерь свой пыл! – Зашипела, наблюдая очередной всплеск неконтролируемых эмоций красноглазой истерички.
Тяжело дыша, и плотно сжимая челюсти, феникс медленно успокаивалась.
– Ну что ж, разгребай этот годюшник сама, а я, пожалуй, займусь делами. – Капризно фыркнула вампирша и, издевательски подмигнув, гордо прошествовала вон из зала. Предательница.
– Как-то день не задался… - Тихо бормотала себе под нос, растянувшись в кресле напротив Ленки, и потирая виски, будто это могло принести облегчение. Наверное, пора избавляться от глупых привычек человеческой жизни.
– Я могу чем-то помочь? – Робко бросила Ирис, кусая в волнении губы и косясь на «спящую красавицу».
– Да ты уже помогла. – Саркастически бросила, ухмыляясь.
– Я же не нарочно! – Нахмурилась феникс, виновато уставившись в пол. – Может ее разбудить?
– Чтоб вызвать еще одну истерику?! Нет уж, изволь. – Фыркнула в ответ, качая головой. Вот была бы здесь Маришка, она наверняка бы успокоила девушку…
Мысль об исчезнувшей подруге болью отозвалась в глубине души. Неизвестность и страх о судьбе рыжей вампирши, так обожающей мягкие игрушки, тяжелым грузом легла на плечи. Усилием воли, я проглотила скопившийся в горле ком, стараясь гнать прочь мелькавшие перед глазами картины смерти Игоря. Слишком горестными и болезненными были воспоминания. С ужасом, я старалась избавиться от мыслей о возможном решении Маришки – последовать в вечность за своим возлюбленным.
Где она? Что с ней? И справиться ли девушка с потерей единственно любимого человека? Сейчас решение Ноа, оставить ее в покое, больше не казалось мне столь мудрым и верным. И где-то на задворках разума медленно начала тлеть мысль о возобновлении поиска подруги.
– Ну не оставлять же ее тут валяться?! – Возмутилась Ирис, тыкая тоненьким пальчиком в сопящее на диване существо, вытаскивая меня из глубин тоски и паники. – Она странная…
– Не беспокойся, скоро все образуется. – Устало протянула, стараясь не думать о грустном.
– Она не похожа на вампира… - Бормотала под нос Ирис, обращаясь, казалось, к самой себе. И робко бросила. – Майя, она что, помесь?
– Звучит, словно о зверушке толкуешь.
– Нахмурилась, с умилением глядя на подругу. Как же мне ее не хватало! – Просто она особенная.
– Как скажешь. – Притихла Ирис, настороженно переминаясь с ноги на ногу. – Так, может, я пойду?
Кивнув, и уставившись вслед уходящей феникс, вновь размышляла о ее будущем в мире бессмертных, как и будущем Ленки. Беспокойство вновь напомнило о себе, но кое-что заставило прервать тяжелые размышления.
В следующую секунду воздух словно наэлектризовался, и посреди зала чертыхаясь и рыча, возник Кай, мертвой хваткой вцепившийся в истерически хохочущего Мака. Дикие глаза вампира все так же сверкали сумасшедшим огнем, бегая из стороны в сторону в бешеном ритме. Знакомая настороженность осветила безумный лик, в котором изредка можно было прочесть отблески здравого смысла.
– Что, без меня никак?! – Самодовольно скалился вампир, все так же неумолимо хохоча.
– Что с ним твориться, черт возьми?! – Рявкнула, сорвавшись с места и подлетая ко все еще борющимся вампирам. – Ты обещал мне следить за каждым его движением! Ты обещал контролировать его!
– Да я и сам знаю! – Огрызнулся Кай, сжимая друга в кольце рук и рыча ему в ухо. – Этот гаденыш все время умудряется что-то выкинуть! У тебя прямо талант превращать мой досуг в черт знает что!
– Так, может, перестанешь уже бегать за мной, а? Бабы ведь засмеют. – Ухмыльнулся Мак, истерически хихикая.
– Какой же ты ушлепок! – Психанул Кай, повалив друга на пол.
– Хватит! Успокойтесь оба немедленно! – Вскрикнула, сердясь на двоих взрослых мужчин, или лучше сказать старых вампиров, что сейчас возились друг с другом подобно щенкам. Вот только повиновения явно не было в числе достоинств Мака, и приказ лишь разозлил его звериную сущность. Один дикий взгляд в мою сторону, и вспышка сумасшествия разгорелась новым огнем в душе существа, что с небывалой силой рванулось из цепких рук Кая, отправляя собственного друга в путешествие прямиком в стену. Не сложно догадаться, кто именно стал следующей целью рыжего психопата.
Искаженное злостью лицо бессмертного с невероятной скоростью приближалось ко мне, как и его яростно выброшенные когти, грозящиеся впиться мне в горло. И лишь мгновение решило исход так и не начавшейся схватки, когда мощный электрический заряд энергии коснулся своими испепеляющими щупальцами тела безумного вампира.
Словно головешка, израненный бессмертный замер, растянувшись посреди роскошного зала, дымясь и все так же хохоча. Только теперь его смех был более схож на раздирающий изнутри кашель, а попытки двигаться приносили лишь страдание.
– Ну, вот кто тебя просил кусаться, неужели надоело лаять, а? – Нахмурилась, опускаясь к окровавленному телу обезумевшего клыкастика, в глазах которого медленно гасло полыхающее дикое пламя, что невольно завораживало, не позволяя отвести взгляд. – Я ведь потратила немалый запас сил на тебя, знаешь?! Не пойму только, чего ты добивался? Моей смерти?
На мгновение черные глаза закрылись, будто останавливая ход времени.
– Свободы. – Прохрипел вампир, захлебываясь кровью и все еще ухмыляясь.
В эту минуту, собственные губы медленно растянулись в улыбке, ведь этим зверским отчаянием рыжий клыкастик все-таки заставил чувствовать уважение к своей свихнувшейся персоне. И почему-то, от мысли, что его гадкий наглый рот больше не будет оскорблять мою гордость, стало немного грустно. Ведь именно подобное лихорадочное поведение привносило в эту жизнь искорку неожиданности, и отчасти долю опасности.
Закрыв глаза, сосредоточилась на оболочке истекающего кровью вампира, и охнула, поразившись увиденному. Я упустила многое за столь короткое время. Клубок черных червей копился прямо над его головой, копошась и двигаясь, словно присосавшись к ней. И казалось, черные твари высасывали разум этой увядающей, но все так же захватывающей личности. Вся оставшаяся часть ауры оказалась чиста, хотя ее поверхность и покрывали мелкие рваные дыры – но это уж точно моих рук дело.