Чтение онлайн

— Я ведь велел вам дождаться пропусков, червяки вы бессмысленные. Что вам в голову взбрело?

Подмастерья сглотнули и неуверенно обернулись на стражников.

— Просим… прощенья, милорд, — отвечал быстрый на язык Гэри охрипшим голосом. — Мы забыли.

Джером только глаза таращил, как сова, губы его дрожали от пережитого потрясения.

«Ну, держись, — думала Винтер. — Парень, держись, пожалуйста».

— Забыли? Ах, значит, забыли! — рявкнул Лоркан так, что все подпрыгнули. Самый маленький подмастерье снова заплакал, но Винтер могла бы поклясться, что уголки губ Паскаля Хьюэтта дрогнули в улыбке. — А вот посмотрим, как вы это забудете, когда я с вас дневное жалованье вычту, недоумки ленивые! — Лоркан сделал два широких шага в комнату и указал на гвардейцев, которые, криво ухмылялись, глядели на красных как раки мальчишек. — Думаете, этим бравым воинам делать нечего — только вас, крысенышей, ловить? А ну извинитесь!

Гэри сразу же неловко, будто у него все тело онемело, повернулся к солдатам. Лицо его перекосилось от напряжения, но он все же проговорил:

— Простите, добрые господа. Мы не хотели потратить ваше время.

Гвардейцы обратили суровые лица к Джерому, которого все еще держали за руки. Его горло напряглось, как будто он пытался вытолкнуть из себя слова, но от страха изо рта вырвался только невнятный писк. Солдаты расхохотались, и один из них встряхнул мальчика:

— А ну извинись, пискун!

— Разойдись! — холодно скомандовал Лоркан, этот приказ пресек веселье стражников, как топор мясника. Стражники поняли, что превысили свои полномочия. Перед ними были подчиненные лорда-протектора, ругать и наказывать их — его дело. Они выпустили Джерома, который отступил на дрожащих ногах, и отдали честь, сохраняя бесстрастное выражение лиц.

— В следующий раз, как увидите моих парней, — сказал Лоркан. — документы у них будут, и вам не придется бросать свой пост, чтобы преследовать честных членов гильдии.

Он резко махнул рукой гвардейцам, и они ушли, отдав честь и тихо закрыв дверь библиотеки.

В зале повисла тишина. Несколько секунд Лоркан стоял с неподвижным лицом, глядя на дверь. Винтер подошла к нему ближе. Его глаза затуманились — казалось, он вот-вот упадет в обморок.

В своей тревоге она услышала тихий голос Паскаля Хьюэтта:

— Принеси лорду-протектору кресло, Гэри… Гэри! А ну принеси кресло лорду-протектору.

Винтер услышала шорох и тихие шаги: Гэри с подмастерьем третьего года подтащили одно из кресел для чтения и тихо поставили его за спиной у Лоркана. Они отступили к своему мастеру, глядя на то, как Винтер положила руку на грудь отцу и тихо проговорила, подняв голову:

— Милорд, подмастерья покорнейше просят вас присесть.

Взгляд Лоркана сосредоточился на ее лице, затем переместился на круг лиц, неуверенно разглядывающих его с другой стороны зала.

— Вот недоумки, — сказал он без тени шутливости или приязни. — Почему вы не подождали, как вам сказала моя ученица?

Ряд любопытных глаз обратился к Винтер. Она увидела в них смущение с примесью стыда и подозрительности. Гэри и подмастерье третьего года опустили глаза, малыши глазели раскрыв рот. Джером даже не оторвал глаз от пола; он, казалось, готов был упасть. Паскаль смотрел на Лоркана.

— Не соблаговолите ли вы присесть, милорд? — Голос старика был мягким, но без какой-либо жалости.

Лоркан оглянулся на кресло, которое сделал когда-то собственными руками. Он поколебался, будто сознательно отказываясь от предложения, но Винтер поняла, что он рассчитывает, может ли опуститься в кресло, не потеряв равновесия. Он нахмурил брови, глядя на кучку подмастерьев, чуть пожал плечами, будто говоря: «Почему нет, если уж так просите», чуть неловко сел и принял импозантную, но не утомительную позу. Винтер встала у него за спиной, и уже оба они сурово воззрились на плотников. Те съежились под пронзительными взглядами мурхоковских зеленых глаз.

— Ну, так что же? — прорычал Лоркан. — Моя ученица от моего имени дала вам конкретные указания сидеть тихо и ждать меня. И что вы, черт вас подери, делаете? Разбегаетесь, как зайцы? Играете в салки с охраной?

Паскаль молчал, очевидно охотно позволяя Лоркану хорошенько отругать его парней или же считая, что гнев Лоркана распространяется и на него. Гэри, переминаясь с ноги на ногу, поднял глаза на Винтер и снова опустил взгляд.

— Она пошла к арабу, — прошептал он. — К арабу, а не к вам.

— Уж будь уверен, молодой человек, — прошипел Лоркан, подавшись вперед, словно змея, заметившая мышь. — В следующий раз, когда отправишься шпионить за женщиной такого звания, как леди-протектор, моли Бога, чтобы она оказалась такой же скромной, как моя дочь. Если бы леди-протектор хоть словечком упомянула о том, что видела тебя у конюшен, королевские гвардейцы схватили бы тебя, порезали на ломтики и скормили своим волкодавам.

Гэри, заморгав, снова посмотрел на Винтер, и она ответила ему холодным взглядом из-за спинки отцовского кресла.

Лоркан продолжал безжалостно:

— Так бы они и сделали, следуя приказу короля. Даже такой добрый человек, как Его Высочество кронпринц Рази, не смог бы тебя спасти. А знаешь почему?

Гэри быстро заморгал и помотал головой.

— Причина, по которой Его Высочество кронпринц Рази не смог бы тебе помочь, заключается в том, что кронпринц так же беспомощен перед лицом королевской воли, как ты или я. Понимаете, что я вам говорю? — Лоркан прошелся взглядом по задумчивым лицам подмастерьев и остановил его на Паскале. — Понимаете? — повторил он, обращаясь теперь прямо к нему. — Кронпринц подчиняется закону короля. Он подданный. Он следует королевской воле.

Джером, казалось, вдруг очнулся от кошмарного сна и вытаращил на Лоркана свои покрасневшие глаза, будто видел и слышал его в первый раз. Он громко перевел дыхание:

— Вы что, хотите сказать, что этот арабский ублюдок, этот язычник, не прыгает от радости, забравшись на трон наследного принца? Вы это хотите сказать, лорд-протектор?

Паскаль и остальные только сглотнули от дерзости Джерома, но ни один не попытался заткнуть ему рот или отмежеваться от его слов.

«О господи, — подумала Винтер. — И глубоки же эти чувства. Этот парень до смерти боится за свою жизнь. Все они понимают, насколько рискуют… и все равно не отступаются от своего».

Она глядела на ряд бледных лиц с широко раскрытыми глазами и не могла не восхититься их стойкой верностью Альберону. Поэтому же она не могла не удивиться тому, насколько они, очевидно, доверяли ее отцу, раз вели столь опасные речи в его присутствии, зная о его близости к трону.

Лоркан, оскалившись, пригвоздил Джерома к месту грозным взглядом:

— Парень, пусть это будет последний раз, когда ты порочишь человека по причине его расы, веры или обстоятельств рождения. — Он не отводил цепкого взгляда, пока Джером не опустил глаз. Лоркан снова посмотрел в лицо каждому, и его голос чуть смягчился, став уже не ледяным, а просто холодным. — Его Высочество кронпринц Рази… и запомните мои слова, мастера, так вы будете его называть — под угрозой тюрьмы — по приказу короля… Кронпринц считает свое положение на троне брата временным. Он так же честен и предан наследнику, как вы или я. Вы запомнили?