Чтение онлайн

Бросил взгляд в зеркало: «шестёрка» моргала дальним! Что, серьёзно? Именно сейчас? Помахал рукой из окна: сигнал, мол, увидел, но давай чуть позже. Марина тоже замахала рукой и продолжила моргать: надо прямо сейчас!

Остановил грузовик, двигатель не заглушил. В три прыжка добежал до «шестёрки». Из-под капота тянулась струя пара. Кипит!

— Марин, тут опасно! — торопливо заговорил я. — Прыгай в грузовик, не глуши. Сейчас посмотрю.

— Может, я помогу… — начала девушка.

— Чем ты поможешь? Беги отсюда, говорю! — направил на Марину такой раскалённый взгляд, что она наконец подчинилась.

Открыл капот, и вверх пошла уже не струя, а целый столб пара. Ох уж этот тольяттинский вейп!

Сорвало патрубок у термостата. Сам патрубок цел, можно накинуть обратно… Но его сразу же снова сорвет. Чем затянуть? Поворошил в салоне и в багажнике — запасных хомутов не нашёл. Боковым зрением все время сканировал соседние домики — вроде бы было тихо.

Вернулся к грузовику, начал искать что-то подходящее в нишах и ящиках. Марина сидела за рулем, с тревогой смотрела на меня и не задавала лишних вопросов. Хомутов не нашлось, зато попался моток проволоки. Чудесно! Вернулся к «шестерке», накинул патрубок, затянул проволокой. Интересно, на другой стороне траншеи тоже можно брать все автомобили, что душе угодно? Тогда лучше бы нам скорее сменить транспорт.

Треск кустов со стороны дачных домиков дал понять, что появились проблемы поважнее перегретого двигателя.

— Марина, трогай!

— Не смогу! — послышалось из кабины.

— Один раз смогла! Трогай! — закричал я, прыгая за руль «шестёрки». Поигрывая острыми лапами, дачник выполз на открытое пространство и уверенно двинулся к нам.

Огромный грузовик пошёл вперёд. Тварь как будто задумалась, стоит ли бежать за ним. После короткой паузы переключилась на менее крупную цель.

— Дыр-дыр-дыр, — «шестёрка» покрутила стартером дольше, чем обычно, сделав меня чуточку седым, и наконец тронулась. Тварь ударила лезвием по асфальту в сантиметрах от заднего бампера и бросилась вдогонку.

Мостоукладчик ме-е-едленно набирал скорость. Пристроился к нему в хвост. Тварь нагоняла. Этот заезд драг-рейсинга выиграю не я.

Следующий удар острой лапы пришелся прямо по крышке багажника — кинжал проткнул его насквозь и вышел со стороны пола. Мягкие кубики, которые всё ещё лежали на заднем сиденье, подскочили, вылетели сквозь разбитое заднее стекло и повисли на одном из многочисленных изломов лезвия. «Это ведь травмы от комбайна», — мелькнула мысль. Мою машину атаковал тот самый дачник, что убил беднягу Садко.

Что есть сил нажал на газ, утаскивая за собой тварь. Паучьи лапы не успевали семенить с той скоростью, с которой я надрывал «шестёрку». В итоге монстр волочился следом, стёсывая брюхо об асфальт. Я пошёл на обгон грузовика.

Дачник уловил момент и вогнал в багажник второй нож. Автомобиль встряхнуло так, что я ударился головой о потолок. Новое лезвие, как и первое, прошило багажник насквозь, но теперь задняя часть машины оказалась в воздухе. «Шестёрка» протащила существо ещё пару метров, дёрнулась в сторону и замерла поперек дороги. Зачем-то давил на газ, прекрасно понимая, что задние колёса крутятся в воздухе.

— Задний привод, в рот его полоскать! — заорал, с ужасом оглядываясь на кровожадное существо.

В ту же секунду раздался отвратительный хруст. Мостоукладчик ударил дачника всеми тоннами своего веса и отправил под колёса. «Шестёрку» начало крутить, будто она находилась на льду.

Прошло несколько долгих секунд, прежде чем я посмотрел на свои руки, сжимающие руль, и осознал, что по-прежнему жив. Медленным движением заглушил двигатель, аккуратно открыл дверь, вылез на асфальт и с недоверием по нему потоптался. Ну точно — жив!

Из крышки багажника «шестерки» торчали оторванные конечности-ножи. Чуть поодаль лежало (а скорее — растекалось) сбитое паукообразное. Проезжую часть покрывали внутренности кислотно-зелёного и фиолетового цветов. Одна из лап, торчащих в воздухе, медленно опускалась вниз.

В сотне метров бухтел заведённый грузовик. На его ступеньке повисла Марина, глаза её были закатаны — пополнялась Карма. Наконец девушка пришла в себя и с удивлением посмотрела на результат своих действий.

— Марина! Ты первая в Отражении, кто убила эту штуку! — поздравил я.

— Не уверена, что осилю вторую, — улыбнулась дредастая. — Поехали отсюда скорее!

Марина вернулась за руль мятой, истёрзанной, но все ещё живой «шестёрки». Кое-как вытащил из крышки багажника чёрные лезвия. Они были тёплыми на ощупь и, кажется, даже немного пульсировали. Пересел в грузовик.

Совсем скоро мы оказались у траншеи. Резко тормозить у самого края на этот раз не пришлось — благоразумно замедлился заранее. Подкатил мостоукладчик к краю обрыва. Длины точно хватит — разобраться бы только, как его раскладывать.

У военных эта операция занимает минут пятнадцать. Мне понадобилось несколько часов, много нервов и много мата… Солнце начало опускаться вниз, когда мы перешли по металлической конструкции до другого «берега» и с легким недоверием его коснулись. Поспешил за руль легковушки.

— Мост имени Алексея! Алексеевский мост, — смеялась Марина, прыгая на пассажирское сиденье «шестёрки».

Автомобиль преодолел переправу и покатился по шоссе. До заката оставалось совсем немного. Следовало срочно найти безопасное место. Быть может, впереди попадётся какая-то заправка или мотель? Мы мчались по дороге, оглашая окрестности скрежетом согнутого бампера.

Вокруг потянулись привычные ландшафты — заросшие сорняками поля, лесополосы, заброшенные сельскохозяйственные постройки. Мы спускались с холма, когда вдруг увидели… это. Мозг отказывался принимать реальность, но глаза настойчиво её транслировали. Ошибки быть не могло.

Траншея.

Ещё одна, столь же протяжённая — и наверняка столь же глубокая, как и первая. Тормознул, с досадой хлопнул дверью так, что ещё целое боковое стекло разбилось и осыпалось в салон.

— Не может. Быть. Не может. Быть, — твердил, подходя к краю.

— Она даже пошире, — меланхолично добавила Марина. — Тут твой мостоукладчик уже не поможет. Какой теперь план?

— План?.. — я посмотрел в глубину траншеи, вспомнил видение про серого волчка и вздрогнул. В подреберье заныла рана. — План в том, чтобы обдумать дальнейшие планы.

— Вдвоём мы продержимся ночь или даже две, — с грустью произнесла Марина. — Не слышала, что отшельники Отражения оставались в живых дольше. Значит…

— Возвращаемся в секту… — договорил я.

«Жигули» проехали по «новому миру» в обратном направлении, снова перекатились через Алексеевский мост и двинулись по хорошо знакомому маршруту. С Мариной почти не говорили. Мысли были поглощены самыми фантастическими вариантами переброски автомобиля через новую траншею.