Чтение онлайн

– Я… я не знаю, – до парня дошло, что всё это время он даже не поинтересовался, какое имя у пострадавшей. – В больнице договор заполняла медсестра по её документам, я не читая подписал и оплатил, ведь торопился на запись.

– А документ, который она сегодня подписала? Разве там не указаны её данные? – удивился Пёнсон.

– Там были оставлены пустые места, которые она сама заполняла, а я посмотрел только на наличие заполненных данных и подписи, но не читал.

– Ты же ездил забирать её вещи у арендодателя, неужели она ни разу не упомянула её имя? – в шоке смотрел на парня Юнсок.

– Нет.

– То есть ты уже пару дней общаешься с девушкой, которую буквально скинул с лестницы, которой подарил цветы, на которые у неё аллергия, и которая помогла вернуться тебе к деятельности группы просто потому, что видела, насколько для тебя это важно, но до сих пор не знаешь, как её зовут? – подытожил Ходже.

– Выходит, что так.

Повисло немое молчание.

– Теперь мы точно обязаны к ней сходить, – заключил Юнсок.

Девушка сидела, слушала музыку в наушниках и, погружённая в сюжет своей истории, не замечала ничего вокруг. До ужина ещё было время, из-за чего она не думала, что её кто-то потревожит. По этой причине медленно, покачивая головой в такт музыке и увлечённо набирая текст правой рукой, она не услышала стука в дверь. Но, когда боковым зрением писательница заметила какое-то движение у входа в палату, ей пришлось оторваться от экрана ноутбука.

Когда она увидела всю эту делегацию, что выстроилась в её палате, сказать, что девушка была в шоке – ничего не сказать. С удивлённым лицом пациентка сняла наушники и убрала их в кейс, после чего спросила:

– Нужно ещё что-то подписать?

Инициативу взял на себя Пёнсон:

– Эм… Привет. Думаю, ты знаешь, кто мы такие.

Девушка кивнула в знак согласия.

– Но мы не знаем, как зовут такую прекрасную девушку, не подскажешь нам? – очаровательно улыбнулся Ходже, вгоняя её в краску.

– Можете звать меня Рина, – смущённо ответила она с лёгкой улыбкой.

– Дело в том, Рина, что мы хотели извиниться за произошедшее и поблагодарить, что ты оставила всё как есть и не стала никуда обращаться, – продолжил Пёнсон.

– Не стоит, я ничего такого не сделала, да и он, – показала она головой в сторону Хосына, – не виноват, с кем не бывает? Хотя в следующий раз пусть будет внимательнее.

– Мы тут тебе еды купили, куда её можно положить? – спросил Юнсок, поднимая пакеты в руках повыше.

Девушка указала головой на тумбочку рядом с кроватью, и парень подошёл, начиная выкладывать всё из пакетов на полки.

– Ого, что это ты такое пишешь? – его взгляд устремился на экран ноутбука. – Какой это язык? Напоминает русский.

– Да, это русский, а пишу я книгу. Я писатель, и это моя работа, а в связи с последними событиями делаю её я раза в два медленнее, поэтому стараюсь нагнать упущенное.

Все удивлённо загудели, и со всех сторон посыпались вопросы:

– О чём ты пишешь?

– Какой жанр?

– Сколько книг уже написала?

– Есть ли их перевод на другие языки?

Последний вопрос прозвучал от Ходже:

– Какое возрастное ограничение?

Все посмотрели на парня с немым вопросом.

– Что? Возрастное ограничение может сузить круг возможных жанров, – нисколько не смущаясь, сказал в свою защиту парень.

Девушка рассмеялась.

– Мне нравится твоя логика, пожалуй, я отвечу на этот вопрос. Большинство моих книг для читателей старше восемнадцати лет.

Раздалось ещё больше удивлённых возгласов.

– А на остальные вопросы не ответишь? – обиженно спросил Юнсок.

– Пусть это останется моей маленькой тайной, – загадочно улыбнулась Рина.

Всё это время Хосын стоял в стороне и думал о происходящем. Перед ним как будто был совсем другой человек: весёлый и жизнерадостный. Его друзьям она легко улыбается и рассказывает что-то о своей жизни, в то время как его словно не переваривает. Может, проблема в нём?

– Хосын, ты идёшь? – Пёнсон легонько толкнул парня. Ребята уже собирались уходить, а он задумался и не заметил этого.

– А? Да, конечно.

– Поправляйся скорее! – хором сказали парни, улыбаясь и маша руками девушке.

– Спасибо, что пришли, – радостно сказала Рина, улыбнулась в ответ и тоже слегка помахала рукой. Лёгкий румянец всё ещё оставался на её щеках, когда парни покинули палату. Ей действительно было приятно с кем-то поговорить и просто посмеяться, пусть и сквозь боль. Такая тёплая атмосфера как бальзам на душу согревала девушку изнутри.

– А она милая, – подметил Ходже, когда парни спускались к выходу.

– Почему ты не говорил, что у неё настолько много переломов? Она же вся в гипсе, бинтах и фиксаторах. Ты её буквально целиком сломал. Удивительно, что после такого она вообще подписала ту бумагу, что не имеет претензий, – удивлялся Юнсок, а остальные согласно кивали и поддакивали его словам.

– Какое теперь это имеет значение? – ответил Хосын.

Следующим утром Хосын проснулся от телефонного звонка. Подняв трубку, он услышал голос друга:

– Эй! Ты ещё спишь, что ли?! Давай вставай, и поехали вместе со мной в торговый центр. Мой друг сказал, что там вышла новая линия мягких пижам, и мы обязаны их посмотреть!

– Ходже, ты, вообще, видел время?! Сегодня же выходной, дай поспать! – возмутился Хосын.

– Всё равно ты уже не спишь, так что вставай и собирайся, заеду за тобой через полчаса, – ответил Ходже и сбросил трубку.

Парню не осталось ничего, кроме как встать и начать собираться. После всех водных процедур он оделся и, рассчитывая, что зайдёт с другом перекусить в кафе, не стал завтракать. Буквально через пять минут после укладки волос в его дверь постучали.

– По тебе часы можно сверять, – недовольно пробурчал себе под нос Хосын, открывая дверь и надевая кроссовки.

– И тебе доброе утро, – счастливо улыбаясь, ответил Ходже.

Парни прошли к машине и сели, после чего Ходже завёл её, и они поехали в неизвестном Хосыну направлении.

Айдол думал, что друг привезёт его к очередному торговому центру, но вместо этого машина остановилась около больницы. Парень вопросительно посмотрел на друга.

– Мне кажется, я забыл вчера у Рины свои наушники. Не мог бы ты подняться и забрать их? – сделал невинное лицо Ходже. – А я тебя здесь подожду, и потом поедем дальше.