Чтение онлайн

— Ты убедил себя в этом. Мы никогда не обсуждали то, что произошло между нами. Было ли это ошибкой или подарком. Ты принял это решение сам, я просто последовала за тобой, и это был неправильный выбор. Всё что я могу дать тебе — это моё неравнодушие, уважение, нежность, благодарность и дружескую любовь. В любом случае, этого недостаточно, по сравнению с тем, что ты хочешь от меня получить.

Она услышала быстрые шаги за спиной, затем звук закрывающейся двери. Внутри появилось дикое желание побежать за ним, догнать, успокоить, сказать, что ей тоже больно, что её сердце тоже разбито. Она не сдвинулась с места, зная, что он не захочет слушать её извинения, а надежду она ему дать не сможет.

*

Мередит позвонила маме и сказала, что не приедет к ним на ужин. Родной дом, расположенный на первой линии океана, всегда встречал её нежными словами и подбадривающими улыбками со стороны мамы, и нападками и замечаниями от папы. Несмотря на это, она любила приезжать туда, но сегодня не была готова к очередной перепалке с отцом по поводу какого-нибудь пустяка.

Её собственная квартира была оформлена в стиле минимализм, что нашло своё воплощение в просторных и светлых комнатах, многофункциональной мебели и отсутствии узоров и рисунков на отделочных материалах. Порой ей не хватало буйства жизнерадостных красок в интерьере родного дома, расписанных стен с геометрическими рисунками, скопления антиквариата и комнатных растений в каждой комнате. С каждым шагом по длинному холлу, стены которого были завешаны семейными фотографиями, Мередит всё больше и больше чувствовала себя подростком, вернувшимся домой после школы. Это неизменно сказывалось на её противостоянии с отцом: Мередит теряла свой голос, не могла найти нужных слов и аргументов в поддержку своей независимости и самостоятельности, в то время как отец становился невыносимо требовательным и непреклонным. Каждый из них окунался в прошлое, вспоминая прошлые недоговорки и обиды.

Подобные вечера с ужином на террасе их дома устраивались раз в неделю. Отец, как обычно, сидел во главе стола, а мама порхала от одного конца стола к другому, подавая ему то или иное блюдо.

Всё начиналось с разговора, который неизменно повторялся между отцом и Мередит почти каждую встречу.

— Ты опоздала, — сухо начинал отец.

— Выбирала вино к ужину, — лгала Мередит.

— Тебе алкоголь важнее времени, проведённой с матерью?

— Ты знаешь, что это неправда.

— Мама сегодня целый день стояла у плиты, чтобы накрыть на стол.

— Я предлагала пойти в ресторан, чтобы не напрягать маму лишней работой.

— Могла бы позвонить и предупредить об опоздание. Это лучше, чем заставлять нас ждать тебя.

— Я не думала, что настолько задержусь.

— А в остальное время, что мешает тебе позвонить? Мама места себе не находит, волнуется о тебе.

— Я не звонила, потому что знала, что мы встретимся на этой неделе.

— Это не оправдание.

— Мартин, пожалуйста, — тихо отзывалась мама, сжав его руку. — Как дела на работе, Мередит?

После этого ничто не могло изменить накалённую атмосферу, в которой они находились. Потрясающий вид на океан и шум волн раздражали, а встреча закатов, от которых обычно замирало сердце Мередит, проходила в гробовой тишине и в ожидании новых стычек. Восхищение природой уходило на второй план.

Спустя какое-то время они с мамой могли позволить себе повседневные обсуждения последних новостей и медленно-продвигающегося ремонта. Насупившись, и приняв наиболее мрачное выражение лица, отец обычно слушал их беседу, иногда прерывая своё загадочное молчание одобрительным или осуждающим хмыканьем. Несмотря на показную злость, Мередит замечала интерес в его глазах.

Часто Мередит задумывалась о том, что сложилось бы иначе, если бы папа умел выражать свои эмоции и мысли без привычного нападения на собеседника. Возможно, они смогли бы подружиться. Она бы с удовольствием присоединилась к сегодняшнему ужину и рассказала родителям правду о своей работе. Окончив университет, она начала свою практику психолога. Первое время ей казалось, что она была рождена для этой профессии. В конце концов, что может быть лучше, чем помощь людям в трудные для них минуты, в поиске смысла жизни и в восстановлении увядших чувств в отношениях с партнёром? Ответ не заставил себя долго ждать: собственное психологическое и моральное здоровье. Её эмпатические способности делали из неё действительно хорошего профессионала, но одновременно становились причиной для собственного недомогания: она слишком близко принимала к сердцу чужие проблемы, зачастую забывая о своих базовых эмоциональных потребностях. Мир в её глазах теперь был лишённым ярких красок, а порой просто ужасал её своей жестокостью и склонностью к несправедливости.

Знания, которые дали ей в университете, которыми она регулярно делилась со своими пациентами, казались бесполезными. Это подтолкнуло её к мысли о том, что ей нужно взять перерыв, снова научиться восхищаться жизнью и ценить её, поэтому она решила сделать перерыв в своей карьере, не ограничивая себя во времени, то есть, не отметая тот вариант, что она не вернётся к практике.

Звонок. Мередит оторвалась от сборов и потянулась к трубке. Папа. Не утруждая себя приветствиями, она сразу приступила к делу:

— Пап, я решила провести свой отпуск в Англии с Мией. Времени нет, нужно успеть собрать вещи и закончить кое-какие дела.

— Вы помирились? — Удивление.

— Да. Она пригласила меня в поместье сестры её отца, у которой она сейчас проживает. Это неплохая возможность наладить наши отношения, поменять обстановку и отвлечься от рутины, что я кстати, не могла сделать долгое время из-за работы.

— И когда ты хотела сообщить нам об этом? — Раздражение. Одно неосторожное слово, и они окажутся на грани ссоры.

— Сегодня. Ты опередил меня. — Умиротворяющий тон. Мередит скрестила пальцы, надеясь на то, что это удержит отца от вспышки гнева.

В дверь постучали. Пришла Амелия, её коллега, хотя теперь её уже можно назвать бывшей коллегой. Когда-то они втроём с Мией учились на психологов. Затем Мия решила поменять специализацию, надеясь прославиться на поприще писательства.

Увидев, что Мередит разговаривает по телефону, Амелия подмигнула в знак приветствия и прошла на кухню, держа в руках пакеты с закусками и двумя бутылками вина. Зная, что в преддверии отъезда, подруге будет не до готовки и похода в магазин, она решила взять на себя эти обязанности, приехав к Мередит на час раньше.

— Хорошо, — сжалился отец. — Позвони завтра маме. Конечно, лучше будет, если ты соизволишь навестить её…

— Я постараюсь, — солгала Мередит.

Мама всегда чувствовала настроение дочери, а Мередит не умела ей врать. Она не хотела беспокоить её своим решением, касающимся её карьеры, поэтому твёрдо решила откладывать эту неприятную новость настолько, насколько это возможно, хотя бы до её возвращения из Англии.

*

Благодаря стараниям Амелии, когда пришли остальные подруги Мередит, стол был готов к их встрече и ломился от всевозможных закусок и салатов. Их собрание, как они называли их встречу в своём небольшом кругу, состоящим из трёх девушек, началось с обсуждения их партнёров.

Молодой человек Сары снова поднял на неё руку, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Она призналась в этом, притупив взгляд и опустошив свой бокал вина до дна, затем тихо добавила, что они снова расстались. Уже в пятый раз. Подруги обреченно переглянулись друг с другом, понимая, что это не конец. Снова будут извинения, прощение и надежда на изменения. Сара не воспринимала всерьёз слова подруг о том, что он не достоин её, и ей не стоит оплакивать свою потерю. То, что обе её подруги работали психологами, не меняло её отношение к их словам, это понимание безнадёжно уступало и проигрывало в сражении с её убеждённостью в том, что они не знают его так, как она.