Чтение онлайн

— Что вы такое говорите! — закричал совсем молодой парень, сидевший в камере.

— Я говорю, что долги нужно возвращать, а за решения расплачиваться. — Пожав плечами, Респин усмехнулась. Лысый мужчина, услышавший ее голос, замер в ужасе. — Вот вы и расплачиваетесь за свои решения. Возможно, если мы соберем ваших жен и дочерей, а потом начнем сдавать их всем подряд для плотских утех, года через четыре они за вас расплатятся. Потом еще четыре года за каждого оставшегося члена семьи, и вы будете свободны.

— А! — внезапно закричал, казалось бы, только что замолчавший мужчина. — Нет! Только не моя Ева! Нет! — Оттолкнув от себя обоих незнакомцев, державших под руки, мужчина вырвался и бросился к решетке. Схватившись за нее, он просунул часть своего лица между прутьями. — Заберите меня. Луше продайте меня!

Усмехнувшись, Респин плавно развернулась и направилась прочь. Тем временем мужчина вновь в ужасе вытаращил глаза и закричал еще звонче, надрывая связки:

— Душу мою заберите! Демоны! Не смейте!

Респин намеренно шла медленно, чеканя каждый свой шаг каблуками. На губах ее играла улыбка, которую она намеренно пыталась сдержать, но получалось это с трудом.

«Переигрывает, поганец».

Вайлет стояла посреди комнаты, раскинув руки в стороны. В то же время рядом с ней на корточках сидела Квин, поправляя пышное нежно-розовое платье девушки. Это платье совсем не соответствовало платью ни горничной, ни простолюдинки. Верхняя его часть состояла из сетчатой материи и покрывала горло и плечи. Основная же часть платья начиналась с линии груди, облегала талию и волнами спускалась к щиколоткам.

— Готово, — произнесла радостно Квин и, улыбнувшись, плавно поднялась на ноги. Ее взор встретился со взором Вайлет, будто намеренно заставляя задать ее наболевший вопрос.

— Так ты знала о том, что я бывшая принцесса?

Развернувшись, Квин быстро подошла к постели, на которой лежали две раскрытые коробки. В одной из них еще недавно находилась одежда, а в другой все еще находилась обувь. Протянув руки к коробке, Квин вынула из нее пару бежевых туфель.

— Все знали.

— Тогда почему вы…

— В «Дублете», — обернувшись, Квин посмотрела на Вайлет и медленно направилась к ней, — не имеет значение твое прошлое. Раз ты стала одной из нас, значит мы равны.

Присев на корточки перед девушкой, эльф поставила перед ней туфли. Вайлет с какой-то задумчивостью посмотрела на светлую макушку Квин, но затем, все же обратив внимание на туфли, начала надевать их.

— Кстати, — Квин подняла голову, с улыбкой смотря в глаза Вайлет, — некоторые из наших же рассказали тебе свои истории? Возможно это потому, что они считали себя виноватыми перед тобой, так как они знали о твоем прошлом, а ты о их — нет.

— Значит все… — Вайлет подняла голову, иронично улыбаясь. Ей казалось, что ее прошлое было тайной, но почему-то сейчас, думая об этом, ей казалась глупой даже сама идея о том, что от «Дублета» можно было что-то утаить.

— Так, так. — Квин быстро выпрямилась и, осмотрев Вайлет, довольно кивнула. — Кажется, нам пора.

Взяв девушку под руку, эльф развернул ее к выходу и медленно направился вперед. Вайлет покорно пошла рядом, решительно смотря куда-то вдаль. Сегодня ей предстояло вновь выйти в общество в роли принцессы Софии. Это и тревожило ее, и бодрило одновременно. Ее немного пугала возможность обращения косых взглядов в ее адрес и перешептываний, но в тоже время радовало то, что своими действиями она могла помочь господину, который не просто приютил ее, но и был невероятно добор к ней.

Девушки направились в сторону комнаты, которая находилась на другом конце второго этажа. Сейчас это место казалось каким-то слишком безлюдным. Частично это было вызвано тем, что все горничные в доме были заняты подготовкой к балу, а частично и тем, что рабочих рук действительно не хватало.

Вайлет держала голову высоко. К своему удивлению она поняла, что в этом утягивающем пышном наряде она чувствовала себя также комфортно, как и в платье горничной.

Оказавшись напротив нужной двери, девушки замерли. Квин тихо постучалась и, дождавшись разрешения войти, с улыбкой отворила дверь. Вайлет вошла в комнату в одиночестве. Оказавшись внутри, она сразу обратила внимание на две знакомые фигуры. Одной из фигур был, конечно же Аларис. Парень вальяжно сидел на спинке дивана, рассуждая о чем-то со своим гостем. Второй фигурой оказался Фредерик Сарбский. При виде вошедшей девушки мужчина удивленно поднялся с кресла.

— Принцесса София, так вы и правда…

— Я больше не принцесса, — быстро оборвала Вайлет. Сейчас девушка выглядела куда увереннее, чем обычно. Ее осанка, положение рук на уровне пояса и даже решимость в глазах показывали как уверенно она чувствовала себя в этой роли. — И имя мое Вайлет. На публике можете звать меня, как и раньше, но между нами я попрошу вас называть меня новым именем.

— Хорошо, — Фредерик поклонился, — я все понял.

Довольно улыбнувшись, Аларис произнес:

— Отлично. Тогда введу вас в курс дела.

Взгляды Фредерика и Вайлет переместились на господина этого поместья. Как Вайлет и Фредерик, Аларис уже был одет в праздничную одежду: на нем можно было увидеть черную офицерскую форму, которую ему полагалось носить на всех мероприятиях, связанных с празднованием победы.

— Примерно через час начнется прием. Вайлет, — взгляд Алариса переместился на девушку, — тебя будет сопровождать Фредерик.

— А кто будет вместе с вами? — настороженно спросила Вайлет.

— Моя невеста, — радостно ответил Аларис и тут же замолчал. — Надеюсь. В любом случае вы должны появиться еще в начале приема. Я же появлюсь примерно к его середине. Думаю, к этому моменту все приготовления будут готовы.

— Какие приготовления? — недоверчиво спросил Фредерик. Невысокий желтолицый мужчина повернулся всем телом к парню, явно чувствуя подвох в его словах.

— Как какие? — Брови Алариса приподнялись. — Приготовления к публичному наказанию.

— Наказанию? — Фредерик машинально сделал несколько шагов навстречу, взмахивая руками. — Вы всерьез решились выставить все это на показ?

— А почему нет?

— Господин Хилдефонс! — Мужчина оступился. От такой беззаботности во взгляде и невинности в голосе Алариса вся эта идея вызывала еще большее количество подозрений. Фредерик замолчал на миг, будто пытаясь подобрать слова, после чего продолжил решительно: — Ладно бы, если бы виновен был один, но тут ведь целая группа дворян. Если ополчится на группу, остальные, даже не втянутые в это дело, встанут на их защиту.

— А мы и не будем наказывать всю группу. Мы накажем того из них, кто все же доберется до особняка.