Чтение онлайн

Ириваны жили намного ближе к «столичному» скоплению миров и планет.

И я просто обязан найти то, что заставило эту продвинутую расу прилететь сюда, в наше человеческое захолустье, нарушив строжайший запрет.

Слишком многое зависело от этого.

И странный сон, словно повинуясь моему желанию, вновь изменился. Я снова стоял перед шлюпом на выжженной просеке. Но вытянутая рука вместо серебристого металла упёрлась в невидимую воздушную преграду.

— Ого…

Знакомый и в то же время изменившийся голос Даггер раздался настолько неожиданно, что я даже не выругался. Лишь обернулся, чувствуя нарастающее негодование оттого, что в мои сны так нагло влезли, и в то же время испытывая странное ощущение, что всё правильно. Впрочем, негодование исчезло, стоило мне разглядеть иную Йен.

Вместо привычной блондинки приятной полноты на меня смотрела высокая девица весьма привлекательной внешности, с пшеничными, собранными в высокий хвост волосами. Светло-карие, почти золотистые глаза разглядывали меня с неприкрытым интересом. Её одежда напоминала исторические картинки: свободные штаны заправлены в облегающие высокие сапоги, молочного цвета рубаха с широкими рукавами, стянутыми на запястьях, и воротом нараспашку, и кожаная жилетка под широким поясом.

В таком виде Даггер ещё больше походила на остро отточенный клинок в бархатных ножнах, оставляя меня в лёгкой растерянности. Но незваной гостье знать это незачем.

Я сложил руки на груди. Как бы там она ни выглядела, это мой сон. К сожалению, здесь невозможно читать мысли и нам придётся разговаривать.

— Что?

Йен вдруг хихикнула. И сказала то, что я меньше всего ожидал услышать.

— Вот уж не думала, что ты блондин. Причём голубоглазый и очень даже ничего…

Твою мать… Я стоял, чувствуя себя полным дураком, не в силах проверить, правда это или нет, не в состоянии даже сердиться на такое наглое вторжение, а она весело хохотала, глядя на мою растерянность.

— Зато ты почти рыжая, — выдал я единственное, на что оказался способен. — И глаза у тебя жёлтые.

Йен резко замолчала, торопливо ощупала себя, словно что-то искала, с явным недоумением изучив свою одежду. Затем удивлённо вытянула перед собой прядь волос и некоторое время задумчиво её разглядывала. Тем временем украдкой я тоже попытался проделать нечто подобное: мне и в голову не приходило задуматься, как я выгляжу в своих снах, а зеркал у меня тут отродясь не водилось. Зато обнаружился устойчивый загар и шапка непривычно длинных волос: я мог собрать их в кулак. Одежда на мне оказалась обычной гражданской: ботинки, штаны и рубаха.

— Блондин, блондин, — Йен уже перестала изучать себя. — Поверь на слово. Извини, что я так… Честно говоря, я не ожидала, что окажусь… — она огляделась и не слишком уверенно закончила: — в твоём… э… сне?

Я только досадливо хмыкнул, пока она разглядывала серебристый бок шлюпа. На такое вторжение я тоже не рассчитывал.

Запечатлел. На свою голову.

— Так это оно? — Йен протянула руку, кончиками пальцев не достав до металла нескольких сантиметров.

— Угу, — я наблюдал, пытаясь понять, чем такой визит может для меня закончиться. Странное ощущение, что всё идёт как надо, только крепло.

— Но ведь эта тварь… он же сломал блоки… — девушка, нахмурившись, вела рукой вдоль невидимой преграды. — Почему даже сейчас мы… ты не можешь туда попасть?

Я только пожал плечами, отошёл на несколько шагов и сел на вывороченный корень. Здесь, в моём сне, возле шлюпа лежало поваленное дерево и росла густая сочно-зелёная трава по колено. В реале, насколько я помнил, вокруг была выжженная земля. Я закрыл глаза и запрокинул голову, подставляя лицо тёплым лучам моего сонного солнца.

Девушка почти бесшумно подошла, села рядом. Ствол слегка качнуло под новым весом.

— Джо… Тебе не кажется странным, что мы изменились? Это ведь не астрал, там мы такие же, как в обычном мире. Ты не помнишь, каким приходил сюда раньше? Может, причина в этом?

Я открыл глаза и посмотрел на девушку. Шутит, что ли?

— Не помню. Я вообще не думал, как тут выгляжу. Мне другое было нужно.

— Угу, — она с прищуром рассматривала что-то у меня на голове. — А эта штука тебе зачем?

Она протянула руки, и последнее, что я запомнил перед тем, как затылок пробороздили огненные нити боли: испуганное лицо Йен и золотой обод самой настоящей короны в её руках.

— Джо! Джо! Чёрт, Джокер, очнись! Господи… Джо!

Боже… Зачем так орать… И без того башка раскалывается… Чёрт…

— Джо… Наконец-то…

Судя по всему, моя напарница устало опустилась на край дивана, на котором я всё-таки задремал, бросив одежду в одно из кресел. Не нравилось мне спать в спальне. Неуютно.

Я с трудом открыл глаза. Затылок просто разламывало от боли, но куда хуже было ощущение каких-то порванных нитей, идущих от затылка и висков вниз. Словно я потерял что-то очень важное. Сесть удалось с трудом, преодолевая вспышки боли от каждого движения. В комнате горел нижний свет, а Йен, реальная и настоящая, виновато моргала на краю дивана.

— Прости, — она поёжилась, поплотнее запахнув мою рубаху, валявшуюся до этого на кресле. И я вдруг понял, в чём она прибежала, едва вскочив с кровати: в тоненькой полупрозрачной сорочке без всякого нижнего бель…

Йен вспыхнула, вскинула голову и сверкнула глазами.

— Джо, заткнись! И перестань на меня пялиться!

Я отвернулся, но попытка поморщиться и демонстративно сказать «тьфу» не удалась: затылок снова напомнил о себе. И ещё появилось ощущение, что с глаз исчезла некая пелена. Чёрт… Аж мороз по коже… Хотя… Чёрт! Что за…

Я огляделся в поисках внезапного источника холода. Йен же вздрогнула и изумленно уставилась на удобно расположившуюся во втором кресле гостью. Вспыхнувший до этого румянец сменился заметной бледностью. Я слышал смятение девушки и краем сознания её понимал. Наверняка при первом знакомстве с Марьей я выглядел также.

Только вот теперь я смотрел на тёмную королевну и счастливо улыбался, как самый настоящий дурак.

Марья, в закрытом антрацитово-чёрном платье, сидела в кресле, закинув ногу на ногу так, что подол платья обнажил только острые кончики туфелек, и задумчиво накручивала длинную прядку на мизинец. В слабом комнатном освещении лунный кинжал ногтя мягко переливался жёлтым, а чёрная ткань казалась бархатистой и в то же время гладкой, мягко обливая точёную фигурку. Волосы были собраны на висках и заколоты сзади на затылке, свободно падая на грудь и спину. Почему-то я был уверен, что чёрные пряди очень мягкие и шелковистые, и мне безумно хотелось провести по ним рукой. И не только по ним.

Марья… Марьюшка… Как же я по ней соскучился… И как же я рад её видеть…

От самоубийственного порыва обнять и расцеловать гостью меня удерживали только боль и присутствие Йен.

Стоило вспомнить про девушку, как краем сознания через боль я уловил тихий глубинный вздох лёгкой зависти и восхищения. Йен тоже прониклась внешностью королевны. С шоком от её появления она справилась быстро: запечатление давало себя знать.

Оставалось только надеяться, что Даггер всё же не читает все мои чувства. Мне вовсе не хотелось «откровенничать» на эту тему. А пока…