Отступница
Шрифт:
Подумав, я легонько подула на призрачное видение. Солнышко полыхнул игольчатыми лучами, замерцало и начало стремительно перепутывать собственные нити энергии, пока не приняло окончательную форму — стопку старых пожелтевших листов, наскоро прошитых, чтобы не разлетались, грубой нитью. Я удивленно пригляделась к «книге». На первом из листков, очевидно заменяющем обложку, едва заметно проглядывало аккуратно выведенное чьей-то рукой, название: «Исследования Силы». Поморщившись, я коснулась уголка стопки и тут же отпрянула назад, дав себе мысленный подзатыльник — листы начали медленно, по крупинкам ссыпаться вниз. Иллюзия! К тому же отрицательная — при правильном обращении полностью копирующая все свойства источника, кроме, пожалуй, запаха. Так вот зачем учила меня обращаться с ними Нетанна…
Я опутала свои ладони простейшей иллюзией и, уже не страшась, что «книга» рассыплется, коснулась ее рукой. Листочки как листочки. Не сказала бы, что настолько старые, как показалась мне на первый взгляд, скорее зачитанные. Да и не с оригинала плелась иллюзия — с копии, кем-то аккуратно переписанной не так уж и давно, лет шестьдесят назад, не больше. Остается только один вопрос — зачем нужно было создавать черезвычайно энергоемкую проекцию, если под рукой имеется свой домашний, явно не зарегистрированный экземпляр?..
…Впрочем, ответ на этот вопрос я нашла очень скоро — буквально спустя несколько минут прочтения. Книга действительно оказалась очень занятной. До такой степени, что держать ее у себя дома было чистым самоубийством — такого рода «произведения» обычно не просто хранятся за семью замками, но и строго, вплоть до вмешательства Магического Суда, оберегаются от всяческого внимания. Поэтому копия, с которой «писалась» иллюзия, скорее всего была уничтожена, в целях собственной же безопасности, а первоисточник находился в одной из закрытых ступеней библиотеки.
Похоже, что во время «раскола» Земного мира, спровоцированного верфомагами, те подверглись тщательному и дотошному изучению со стороны магов, дабы выявить все слабые и уязвимые места. И в первую очередь для того, чтобы в последствии знать, чего ожидать от этой расы и главное — как обороняться. Параллельно так же велись всевозможные исследования, направленные на разработку и совершенствование новых боевых заклятий, создание всевозможных ритуалов и обрядов, пригодных впоследствии и для магов и для оборотней, поскольку верфомаги идеально сочетали в себе и то и другое.
Спустя пару часов чтения сего шедевра, я была просто счастлива, что мне повезло родиться спустя множество столетий после того, как произошел «перекос». Вот уж правильно говорят: «в любой ситуации можно найти что-то хорошее». В данный момент, мое положение показалась мне просто превосходным, особенно в сравнении с тем, какой участи удостаивались мои собратья в прошлом.
…Впрочем, примерно треть из описанных обрядов были весьма интересными, действенными и действительно полезными, заставив меня внимательнее вчитаться в их исполнение и результат…
— Сколько сейчас времени? — в дверях комнаты нарисовался сонно щурящийся Эммануил, заставив меня, увлеченную отнюдь не веселыми мыслями, подпрыгнуть от неожиданности.
— Можно было бы уже и не просыпаться — ночь на дворе, — усмехнувшись, ответила я.
— Да я устал что-то так… — пожаловался ангел. — В этой Пещере — как в склепе — отдохнуть невозможно! А это что? — он рассеянно кивнул на удерживаемую мной книгу, от которой тоненькой нитью тянулась к накопителю поддерживающая энергия.
— Отрицательная иллюзия, — ответила я. — Зря что ли меня Нетанна учила с ней обращаться?
— Не зна-аю, — проворчал Эммануил. — От твоей Нетанны можно ожидать всего чего угодно: мало ли что ей в голову придет. О чем там хоть написано?
— В общем и целом ничего занимательного, — отмахнулась я, разбивая стопку листов, тут же ссыпавшихся искристыми песчинками обратно в накопитель. — Потом покажу. Когда проснешься окончательно…
Ангел, словно подтверждая мои слова, отчаянно зевнул во все тридцать два зуба и досадливо тряхнул головой. Я невольно улыбнулась, глядя на заспанного взъерошенного Хранителя:
— Иди, там на кухне чай с бутербродами…
Эммануил кивнул и послушно поплелся в указанном направлении, а я, не глядя, взмахнула рукой в сторону кухни, мысленно нагревая воду в чашке Эммануила до кипятка, устало потерла лоб и, неприязненно взяв в руки «перышко», потянулась к висящей над кроватью полке. Однако убрать накопитель все-таки не успела, поскольку в этот момент послышалось негромкое шипение, резкий хлопок, звон и очень заковыристое ругательство…
— Прости меня!.. — на всякий случай заранее крикнула я, подозревая, что все произошедшее так или иначе связано со мной, бросила «перышко» на кровать и поспешила на кухню.
Ну да! Так оно и есть! Не удосужившись вспомнить, где именно стояла чашка, я кинула заклинание наугад, естественно промахнувшись. В результате, предназначенное только для воды, оно неадекватно среагировало на окружающие предметы, в частности опалив деревянный стол, вдребезги разбив тарелку с бутербродами и теперь с усердием плавящее стальной нож.
— Ох… — Обозрев последствия своей промашки, я поспешно вскинула руки, отзывая Силу из разыгравшегося заклятия. — Я не специально, честно!..
Ангел укоризненно молчал, пряча от меня обожженную руку.
— Ну, хорошо, — вздохнула я, — я задумалась и слегка не просчитала результат.
— Ага.
И снова молчание: отстраненное и по-детски обиженное.
— Ну, хочешь, я тебе что-нибудь поесть приготовлю?… — сдалась я.
— А вот хочу! — мстительно отозвался вдруг Эммануил.
В ответ у меня на лице отразилась такая буря эмоций, что ангел невольно усмехнулся. Я ведь действительно была почти уверена, что он откажется, и Эммануил прекрасно об этом знал! Что ж, сама виновата…
— Иди, я тебя позову!
Я с тяжелым вздохом полезла по шкафам в поисках хоть каких-нибудь продуктов. Едой в доме никто особо не увлекался, попросту из-за нехватки времени, да и покупал ее в основном Архип, не заморачиваясь на «разносолах» и действуя по принципу — главное есть что перекусить и ладно! И хотя у нас с Эммануилом и были деньги (мне перечисляло государство Чароны поначалу стипендию, а теперь уже и зарплату, а с третьим измерением была своя договоренность), ходить за продуктами было некогда и по большей степени лень, поэтому мы предпочитали отдавать свою долю Архипу и довольствоваться бутербродами.