Чтение онлайн

– Да, прошу извинить, я немного задержался на совещании. Пойдемте.

Каширин убрал телефон и двинулся вслед за Садовским по длинному коридору со множеством одинаковых темно-серых дверей. Он перебирал в голове вопросы, которые хотел задать, пытался переформулировать их так, чтобы получить нужную информацию.

Расследование снова зашло в тупик. Обыск в квартире Акимова, ради которого Каширин трое суток обивал пороги начальства, ничего не дал. Не удалось найти ни главную улику – халат с эмблемой «Ригорэ», – ни других доказательств причастности компании к похищению трупов. К тому же исчез и сам Акимов. В морге утверждали, что санитар взял недельный отпуск, из которого так и не вышел. Соседи не могли вспомнить, когда видели его в последний раз. Оснований объявлять его в розыск у Каширина не было – никто не заявлял о пропаже человека и за недостаточностью улик Акимов не мог считаться свидетелем или подозреваемым. Куда бы ни вела эта тонкая нить, она оборвалась раньше, чем Каширин успел зацепиться за нее. Но сдаваться не хотелось. Поэтому, вопреки мнению начальства, он все-таки поехал в «Ригорэ».

Кабинет Садовского был строг и аскетичен, но безупречные линии интерьера рождали уверенность, что видимая простота – лишь замысел дизайнера, не пожелавшего отвлекать внимание гостей от главного украшения – огромной стеклянной витрины. В ней, освещенный множеством ярких ламп, вращался логотип компании – лист на раскрытых ладонях, выполненный в виде искусного топиария из белоснежного дерева. Невольно залюбовавшись серебристым оттенком древесных листьев, Каширин сделал пару шагов вперед, чтобы получше рассмотреть инсталляцию. И вздрогнул, когда один из листов вдруг оторвался и с легким шелестом упал на дно витрины.

– Оно настоящее! – воскликнул он и смутился, поняв, что произнес это слишком громко.

– «Ригорэ» не производит искусственных растений, – с легкой улыбкой ответил Садовский. – Это дерево и ростки в вестибюле – живые.

– Но как вам удалось вырастить их? Разве растения могут существовать без хлорофилла? Я кое-что смыслю в ботанике благодаря жене – она работает в дендрарии.

– Приятно встретить сведущего человека, – вновь улыбнулся Садовский, – но, увы, ответить не смогу – коммерческая тайна. Простите, у меня мало времени. Давайте перейдем к делу. О чем вы хотели спросить?

Каширин помолчал, собираясь с мыслями.

Успех его замысла напрямую зависел от правильной постановки вопросов, и он жалел, что отвлекся на дерево.

– Сотрудники «Ригорэ» носят корпоративную одежду? – наконец спросил он и отметил, что брови Садовского удивленно поползли вверх.

– Корпоративную одежду? Что вы имеете в виду?

– Одежду, на которой стоит ваш логотип, – Каширин кивнул в сторону дерева. – Футболки, кепки… халаты?

– Так… Форму с логотипом носят торговые представители и водители. Это куртка, брюки и бейсболка. – Садовский растерянно почесал подбородок. – У остальных сотрудников свободный стиль.

– А халаты?

– Халаты носят сотрудники лаборатории. Но я не понимаю, к чему вы меня об этом спрашиваете.

– Халат с логотипом вашей компании найден на месте преступления, – Каширин внимательно следил за реакцией Садовского. Он был связан по рукам и ногам отсутствием улик и полагался только на свое чутье. И хотел представить ситуацию так, словно ему известно намного больше, заставить Садовского думать, что у полиции есть серьезные основания для обвинений. Он ждал ошибки, которую может совершить загнанный в угол человек. Но Садовский лишь равнодушно пожал плечами:

– Это невозможно. Сотрудники лаборатории переодеваются в специальных помещениях и каждый день сдают халаты для обработки дезинфицирующим газом. Мы поддерживаем стерильность.

– Значит, кто-то из них этого не сделал. Например, Иван Акимов, двадцати четырех лет…

– В «Ригорэ» нет такого сотрудника, – Садовский не дал Каширину договорить.

– У вас четырнадцать филиалов в России и шесть за рубежом. Численность сотрудников больше трех тысяч человек. Вы знаете каждого из них по имени?

– Разумеется, нет. Но доступ в лабораторию ограничен. Посторонние не могут туда попасть. А своих генетиков и химиков я знаю лично. Акимова среди них нет.

– Вы правы, – Каширин решился пойти ва-банк. – Акимов работает санитаром в отделении морга, откуда недавно пропало тело молодой девушки. Халат компании найден у него дома. Также есть видеозаписи, подтверждающие, что в ночь похищения фургон «Ригорэ» находился недалеко от морга. Как думаете, если закинуть эту информацию журналистам, как долго они будут складывать два и два?

Некоторое время Садовский молчал. Скользил взглядом по стенам, по выложенному темным паркетом полу.

Потом подошел к витрине с топиарием и заговорил:

– Это африканский самшит – одно из самых древних декоративных растений. Его густая крона идеальна для изгородей и садовых фигур. Вариегатный самшит – наш самый удачный коммерческий проект. Девяносто процентов заказов от всех производимых растений. Но то, что вы видите за стеклом, – уникальное творение, генетический шедевр. Один росток с этого дерева стоит больше, чем вы можете заработать за тридцать лет.

– Вы предлагаете мне взятку?

– Нет. Я лишь хочу, чтобы вы поняли всю нелепость ваших обвинений. «Ригорэ» – семейное дело. И я не стал бы рисковать репутацией компании моего отца и связываться с криминалом. Все необходимое сырье мы покупаем у проверенных легальных поставщиков. Похищение трупов! – Садовский покачал головой и усмехнулся. – Не думал, что меня когда-нибудь обвинят в подобном! К тому же, – продолжил он, – в человеческом организме нет ничего генетически уникального, чего нельзя было бы получить законным способом.

Садовский отошел к столу, выдвинул ящики и достал документы, Каширин же словно прирос к полу. Сердце стучало так громко, что казалось, его должно быть слышно в коридоре. Придя сюда, он рассчитывал получить косвенные доказательства, определить, в какую сторону направить расследование, а фактически получил признание. «Похищение трупов», – ясно проговорил Садовский, хотя Каширин упоминал о пропаже только одного тела.

– У вас есть еще вопросы? – голос Садовского вывел его из оцепенения. – Если нет, попрошу вас уйти. Через девять минут я встречаюсь с заказчиками.

Каширин кивнул, коротко попрощался и вышел. Поток мыслей беспорядочно метался в голове, все больше запутывая разум и плодя бесконечные вопросы. Он нашел преступника, но по-прежнему ничего не знал о его мотивах. И о способе убийства девушек. Оснований для задержания Садовского нет, да и этот разговор придется оставить в тайне. Единственная возможность убедить начальство взяться за «Ригорэ» – получить показания санитаров из других моргов. Этим Каширин собирался заняться в первую очередь, причем действовать решил так же, как в разговоре с Садовским. Он скажет санитарам, что Акимов арестован и свидетельствует против «Ригорэ». Намекнет об ответственности за дачу ложных показаний и соучастие в преступлении. Постарается напугать их и склонить к сотрудничеству. Если не получится – расскажет обо всем журналистам, и поднявшаяся шумиха вынудит следственный комитет начать расследование. Каширин вышел на улицу и подставил лицо солнечным лучам. Стоял, постепенно согреваясь, ощущая, как отступает могильный холод «Ригорэ» и вместе с теплом в его сердце проникает надежда.