Чтение онлайн

«Прощай, сестра. Жду тебя в конце времён».

Шаналотта поморгала, но с открытыми глазами было видно не больше, чем с закрытыми. Пахло кровью и раскалённым железом. Было совершено тихо, только совсем рядом что-то капало в замедляющемся ритме.

Девушка попыталась сесть и охнула. Всё тело болело, а грудь будто бы раздавил ногой гигант. Но оков на руках и ногах больше не было.

Ощупав грудь, Шаналотта стиснула зубы: ран, казалось, не было, но платье пропиталось кровью. Судя по всему, это её кровь капала со стола.

Что произошло? Где Алдия?

Медленно приподнявшись, девушка села на столе и огляделась. Ни единого лучика света. Осторожно спустившись на пол, она вытянула вперёд руки и пошла вперёд. Наткнулась на стену, двинулась вдоль неё, спотыкаясь о скамьи и обломки неизвестно чего. Добравшись до двери, толкнула — и едва не захлебнулась воздухом и зажмурилась от света, показавшегося ей нестерпимо ярким, хотя это был всего-навсего факел на стене.

Знакомый коридор. Подземелье цитадели. Лаборатория.

Где же Алдия?..

А впрочем, где бы он ни был, пусть там и остаётся.

Шаналотта вспомнила всё. И безумный взгляд её «отца», произносящего над ней древнее заклинание Извлечения души. И невыносимую боль, когда тёмное колдовство отрывало вторую часть её сущности, которую Шаналотта привыкла считать драконом, от неё самой — от той, кто искренне считала себя человеком.

«Кто мы? Дракон в теле человека, наделённый чувствами, и человек в теле дракона, стремящийся к покою?»

«Мы — не человек и не дракон. Мы — вне законов этого мира. Наша судьба — вывести сам мир за эти пределы».

Вестник надежды.

Или пешка судьбы?

«Маджула. Нас ждут».

Шаналотта бросилась вверх по лестнице, на первый этаж, к комнатушке Петры.

Алдия. Сейчас

Мир тонул в крови. Кровь эта во всё замедляющемся ритме капала с края лабораторного стола.

Вихри багрового света под стиснутыми веками. Бешеное вращение серебряных точек на тёмно-синем. Мир скручивается, сжимается в сферу Тьмы — и взрывается всплеском драконьего пламени.

И снова перед глазами — растерзанное тело на столе. Прядь рыжих волос, обрывки пропитанной кровью ткани. Навеки остановившиеся глаза широко открыты. Золотисто-карий и фиолетовый. Смотрят прямо в душу, которой нет…

И снова — кап-кап. Кап. Кап.

Крик.

Рёв пламени.

Хлопанье исполинских крыльев.

Тишина.

Кап. Кап…

И снова — небо. Мерцание звёзд на миг заслоняет огромная серая тень.

Вспышка. Темнота.

Больше ничего не капает.

Было холодно и жёстко. Резко пахло железом. Алдия застонал и попытался приподняться, опершись руками на поверхность, на которой лежал ничком. Руки заскользили по чему-то мокрому, липкому…

Память.

— Нет! — хрипло закричал архимаг. — Лотта!..

Вцепившись в край стола, он кое-как поднялся на ноги — зажмурившись, не решаясь посмотреть на то, что лежит на столешнице. Наконец с коротким стоном он разомкнул веки — и тело словно тряхнул разряд молнии.

Стол был пуст. И абсолютно чист.

Алдия поднял трясущиеся руки — засохшая кровь на них казалась чёрной в свете догорающих факелов.

Архимаг судорожно обернулся и уставился на второй стол. На нём стоял пустой сосуд из-под души гиганта и лежал раскрытый на чистой странице лабораторный журнал. И больше ничего.

— Лотта! — закричал Алдия и побежал к выходу.

Поднявшись на первый этаж цитадели, архимаг заметался по вестибюлю, пытаясь сообразить — куда бежать, где искать… И что именно он надеется отыскать.

— Коллега! — раздался из угла заинтересованный голос. — Как успехи?

Пошатываясь, Алдия подошёл к нише, отгороженной серебристой туманной стеной, за которой виднелся сидящий на табурете Навлаан. Почему он здесь? Кто его запер? Как его выпустить? И нужно ли?..

Вспышка. Короткий удар памяти и боли.

«Отпусти её! Нет! Лотта!.. Отпусти её, чудовище! Я доберусь до тебя, слышишь?! Алдия!..»

— Ты получил Дракона? — нетерпеливо спросил Навлаан, подходя ближе к барьеру. Алдия отшатнулся — он словно глянул в зеркало. Через туманную стену на него жадно смотрели будто бы его собственные глаза — горящие азартом и страстью исследователя. Счастливые и безумные.

Голодные глаза чудовища.

Алдия попятился и начал медленно отходить от барьера. Навлаан недовольно скривился.

— Как-то странно ты выглядишь. Что-то пошло не так? Только не говори, что ты упустил подопытную. Что, и правда девчонка сбежала? Ну что молчишь? Опомнись уже, встряхнись! И выпусти меня. Вон там, напротив — рычаг. Скорее же! Я помогу тебе поймать её, и продолжим.

Алдия, развернувшись, бросился к выходу из цитадели.

— Стой! Куда ты? А ну вернись! Выпусти меня, жалкий неудачник! — бесновался за магическим барьером Навлаан.

Алдия распахнул дверь в наполненную свежестью и запахом влажной травы летнюю ночь. Занимался рассвет. Со светлеющего синего купола неба один за другим осыпались алмазные пылинки звёзд. Сад тонул в тишине. Ни ветерка, ни печального голоса ночной птицы.

И вдруг безмолвие расколол страшный грохот. Земля ударила в ноги, словно пытаясь сбросить недостойного ходить по ней архимага. Небо озарилось ослепительной оранжевой вспышкой. И всё стихло.

Над Дрангликом разливалось зарево, похожее на отсвет страшного пожара, но без дыма и треска пламени.

Небо впитывало это свечение и отливало красным.

Алдия упал на колени и заплакал.

— Прощай, брат, — прошептал он. — Прости. Я не успел…

Розовел край неба на востоке. Опускался утренний туман. Мир впитывал разлитую силу Величественных Душ и молча оплакивал короля, утратившего свою корону — и свою душу.

Четвёртого из четверых.

«Жизнь бесценна. Прекрасна. Она очаровывает нас, завораживает. Мы все куда-то стремимся, забывая, что мы — всего лишь оболочка: плоть и разум. Некогда Владыка Света изгнал Тьму и навсегда изменил жизнь людей. Люди стали быстротечными созданиями. Такова сущность нашего мира. Они — лишь актеры, играющие свои роли, и неважно, насколько хорошо они в них вживаются. Ложь остается ложью».*

«Хватит лжи. Мне нужны настоящие ответы».