Чтение онлайн

— Я не вредный, — невнятно прошептал Алдия. Из ладошки ребенка-дракона струилось обволакивающее тепло, смывая запутавшиеся в темных вьющихся волосах архимага обрывки воспоминаний, прогоняя отголоски жутких сцен былого и уговаривая временно отступить притаившиеся под закрытыми веками кошмары. — Я просто злой. Я чудовище…

— Спи уж, чудовище, — теплая улыбка в детском голосе окончательно изгнала призраки прошлого — пусть всего на несколько часов, но за эту краткую передышку Алдия отдал бы все сокровища своей цитадели. Только вот той, что подарила ему эти несколько часов покоя, не нужны были никакие сокровища. Она просто по-детски искренне и бескорыстно любила его — королевского архимага, своего создателя. Своего отца, едва не ставшего ее убийцей.

Алдия. Давно.

Когда-то на землях, где ныне раскинулся великолепный Дранглик, существовали два не менее прекрасных королевства — Алкен и Венн. Спустя множество веков после их падения историки и картографы уже не сходились во мнениях, где именно располагалось каждое из них, когда было основано и как давно и по какой причине исчезло с лица земли. Проклятие стирает память; но и время неумолимо размывает ее, как волны прибоя, стирающие надпись на песке.

И все же часть давно унесенной во мглу забвения истории сохраняется — хотя бы в легендах. Хотя бы в историях, которые любят рассказывать люди сами себе — чтобы почувствовать, что ноги их твердо стоят на этой земле, питаются ее силой и, как корни, врастают в красноватый песок побережья.

Алдия и его младший брат Вендрик предпочитали рассказывать сами себе историю о том, что их корни восходят к знатному роду Алкена. Не к королевскому, но все же… И поэтому мысль о том, чтобы основать собственное государство на землях, где когда-то жили их предки, и привести его к процветанию с помощью силы Душ Повелителей, оказалась весьма привлекательной и была с успехом претворена в жизнь.

Алдия нашел способ частичного использования силы Душ: по крупицам собрав сведения из древних манускриптов, которые были столько раз переписаны и переведены с одного языка на другой, что за прошедшие века смысл написанного запросто мог поменяться на прямо противоположный, будущий архимаг представил брату описание древнего ритуала «одушевления» доспехов: в старинных текстах упоминалось, что именно таким способом Гвин Повелитель Света создал стражников-гигантов, охранявших Город Богов Анор Лондо.

Вендрик воспользовался этими сведениями и создал големов, которые оказались просто незаменимыми при строительстве поселения неподалеку от скалистого морского побережья. Город рос, остроконечные крыши его зданий и шпили соборов устремлялись к небу, как символ величия нового короля, которому суждено когда-нибудь сравняться с Солнцем, подарив миру новое тысячелетие Света.

Шли годы, королевство разрасталось, пополняясь пришельцами из окрестных земель, брошенных и пребывающих в разрухе и запустении. Люди и нежить стекались к стенам нового Великого Города в поисках нового смысла существования. В поисках если не настоящего покоя, то хотя бы достаточно достоверной его иллюзии.

Вендрик был коронован — а его брат искренне радовался такому положению дел. Королевство процветало, и правителю приходилось нелегко: сразу же объявилась куча претендентов на престол, якобы имеющих законные права на эту землю; дальние соседи, не имевшие земельных претензий, просто завидовали растущему богатству нового государства — и подумывали, как бы заставить новоиспеченного короля поделиться им; не привыкшие к сильной правящей руке лихие и вольные люди никак не могли уразуметь, что больше им не удастся легко и привольно жить за счет незадачливых торговцев, пересекающих страну из конца в конец. Одним словом, Вендрик был постоянно страшно занят. Почти десяток лет Алдия видел брата большей частью на официальных церемониях, да и то издалека и мельком.

Сам же он, отказавшись от короны, предпочел принять титул герцога и звание королевского архимага. За счет средств казны он наконец оборудовал себе такую лабораторию, о какой мечтал все последние десятилетия, скитаясь вместе с братом по зараженным проклятием землям. Собрал богатейшую библиотеку трудов по магии и различным наукам, восстановил утраченные было связи с Мельфийской академией магии и даже наладил шаткие дипломатические отношения с Линдельтской школой чародеев, написав тамошнему ректору преувеличенно подобострастное письмо с просьбой поделиться хотя бы крупицами накопленных знаний. Разыскал одного из своих старых наставников, Кархиллиона Фолда, и пригласил погостить в замке. Фолд, однако, отделался обещанием «когда-нибудь заглянуть, когда нечем будет заняться», что нисколько не удивило Алдию: вредный и неуживчивый характер магистра Кархиллиона был хорошо известен всем ученикам Академии и запоминался надолго.

Итак, Дранглик процветал. Вендрик правил мудро и справедливо, в меру строго и в меру милосердно. Подданные безоговорочно признали его своим правителем и почитали как наследного монарха, хотя в границах молодого королевства собрались представители совершенно разных народов. На земли, изнемогающие под гнетом Проклятия и пережившие столько бедствий, наконец, казалось, снизошло благословение.

И, конечно, такая идиллия не могла продлиться долго. Только не в этом мире.

Однажды весной, когда подсохли дороги, Алдия отправился в глубь континента, в одну из уцелевших магических школ, чтобы изучить тамошнее собрание свитков, посвященных искусству пиромантии. Библиотека так очаровала архимага (едва ли не в буквальном смысле), что вместо запланированных двух десятков дней он пробыл в городе под названием Кирмет в три раза дольше, естественно, гонцом уведомив брата о задержке. Вернувшись в Дранглик уже по зеленой траве, Алдия удивился произошедшим в городе переменам: на улицах царило ощущение тихого, но радостного праздника, и без того не унывавшие горожане казались особенно довольными, улыбались и приветствовали Алдию с такими заговорщицкими лицами, что архимаг поневоле заподозрил какой-то подвох. Поспешив в замок, он, даже не заходя в свои покои, чтобы переодеться и освежиться с дороги, отправился искать брата.

Конечно, поговорить с Вендриком сразу же ему не удалось. Пришлось переждать какой-то длиннющий прием послов, совещание с представителями судейской палаты и час подписания королем особо срочных документов. Алдия задремал прямо в королевской приемной, завернувшись в пыльный походный плащ и украдкой посмеиваясь над ошалевшими от такого не подобающего герцогу поведения камердинером и секретарем Его Величества.

Проснулся он от того, что кто-то осторожно тряс его за плечо.

— Здравствуй, брат. Не ждал тебя сегодня, — произнес Вендрик, как показалось Алдии, немного смущенно.

И очень скоро Алдия убедился — ему не показалось.

Вендрик провел его в свои личные покои, с досадой отмахнувшись от камердинера и старшего личного слуги. Рассеянно кивнул в сторону умывальной комнаты, и, пока старший брат умывался и стряхивал дорожную пыль с одежды, приказал принести графин вина и холодные закуски прямо в кабинет. Опять же властным жестом выгнав вон возмущенного камердинера, собственноручно налил вина в два кубка, пододвинул один мокрому и взъерошенному Алдии, второй взял сам, обхватив обеими руками, и уставился на покачивающийся кружок ароматной рубиновой жидкости.

— Что стряслось? — без обиняков спросил Алдия. Других объяснений такому странному поведению короля, которого архимаг знал с рождения — буквально! — просто быть не могло. Определенно за время отсутствия Алдии в городе случилось что-то нехорошее. Но тогда… Почему горожане выглядят довольными, а не огорченными или напуганными? Что тут творится, демоны всех раздери?..

— Стряслось, да, — король задумчиво покачал кубок, наблюдая за игрой солнечных бликов на поверхности вина. — Стряслось, лучше и не скажешь, — и, к ужасу Алдии, брат улыбнулся — глуповатой счастливой улыбкой, так неуместно выглядевшей на его иссеченном шрамами, выдубленном ветрами и непогодой лице. — Женился я, брат. Десять дней назад. Теперь у меня есть королева.