Чтение онлайн

Отодвинув в сторону тарелку, он подпер подбородок ладонью и закрыл глаза.

— Банк «Линднох и Джаррот» основан в 1793 году, — проворчал себе под нос Маддингем. — А я своими глазами видел, как старого Джаррота гоняли его шкипер и стюард, да так, что ему пришлось смыться на берег, чтобы выспаться. А теперь он тралит мины на своей «Корделии»! Но что сталось с тем его двухсоттонным корытом, построенным в Белфасте?

— Судно называлось «Гонерил», — подсказал Портсон. — Он передал его флоту в октябре. Его переименовали в «Кулану».

— В «Кулану», говорите? Всемогущий Боже! Я и понятия не имел! Где и как это случилось? [85]

— В том же уголке старой Ирландии, который я охранял в минувшем месяце. На «Кулане» служил мой кузен; вместе с ним был один из юных Райкизов. Там обнаружилось целое минное поле, установленное между проходами для патрульных судов.

— Боши продолжают свои грязные делишки, [86] — полушепотом заметил Маддингем.

— Мне вы об этом можете не рассказывать, — парировал Портсон. — Впрочем, мы тоже в долгу не остаемся.

— О чем это вы толкуете? — внезапно встрепенулся Тегг, который тоже начал поклевывать носом.

— О «Кулане», — закуривая, ответил Портсон.

— Да, жаль ее. Но... Чем закончилась эта история с вашим «Ньютом»?

— На следующий день я принял его от Джаррота на траверзе Маргейта, — сказал Портсон. — Джаррот спешил вернуться к любимому занятию — тралению.

— Что ж, на вкус и цвет товарищей нет, — философски заметил Маддингем. — Я лично всегда недолюбливал это дело. Но ведь вас специально отрядили присматривать за «Ньютом»?

— Наравне со всеми остальными, — признал Портсон. — Я как раз пересекал Ла-Манш, когда получил соответствующий приказ, ну и последовал за ним. Джаррота весьма заинтересовал курс, которым тот шел вдоль побережья бухты Уош. Он зафиксировал его очень тщательно и заявил, что намерен выяснить, что означают все эти изгибы и повороты. [87] Он, часом, не нарвался на мину, Тегг?

Тегг ненадолго задумался.

— Вчера в шесть пополудни с «Корделией» все было в порядке, — наконец ответил он.

— Рад слышать. Потому что я поступил в точности так же, как Уинчмор: просто пристроился в кильватер нашему приятелю.

— Вы что-нибудь ему семафорили? — оживился Тегг.

— Ни словечка. Он шел, не сбавляя хода.

— Заметили что-нибудь странное? — не унимался Тегг.

— Нет. Похоже, в Ла-Манше он никому не понадобился [88] , потом я догнал его на мелководье и отпустил на изрядное расстояние — в точности выполнив ваши ценные указания.

Тегг вновь кивнул и пробормотал какие-то невнятные извинения.

— И где вы его подцепили снова, Маддингем? — продолжал Портсон.

Маддингем фыркнул.

— К северо-западу от того места, где вы его оставили. Он шел на всех парах к Северному проливу [89] и смердел, как взбесившийся таксомотор. Позавтракать мне было нечем; мой кок свалился с приступом морской болезни, а с ним и четверо остальных матросов.

— Представляю себе эту встречу! Вы наверняка выпалили из пушки поперек его курса с требованием остановиться?

— Ничего подобного. Во всяком случае, на сей раз. Я просто подал ему сигнал «лечь в дрейф». Я даже не успел подойти к борту, а он уже держал все бумаги наготове. Понимаете, — умоляюще проговорил Маддингем, — я ведь еще новичок в этом деле. Боюсь, я был с ним не так вежлив, как следовало бы. Но надо же считаться с тем, что мне не удалось позавтракать!

— Он потом утверждал, что Маддингем подошел к нему, ругаясь как сапожник, — пояснил Тегг.

— Наглая ложь! На самом деле все было не так. — Маддингем повернулся к Портсону. — Я поинтересовался у него, куда он направляется, а он ответил, что на Антигуа. [90]

— Эй! Просыпайся, Уинчмор! Вы рискуете пропустить кое-что весьма любопытное. — Портсон локтем подтолкнул Уинчмора, который уже почти готов был сползти со стула.

— Я в порядке! Я в полном порядке! И уже проснулся, — спросонок отозвался Уинчмор. — Я слышу каждое слово.

Маддингем тем временем продолжал рассказ:

— Я сказал ему, что этим курсом он никогда не попадет на Антигуа...

— Антигуа, Антигуа! — Уинчмор протер глаза. — Жила-была юная невеста на Антигуа... [91]

— Ш-ш! Тише! — разом зашипели Портсон и Тегг.

— Почему? Эта история вполне ничего себе. Так вот, эта невеста сказала своему жениху: «Какая же ты свинья, малый!»

— Да замолчите же вы! — проворчал Маддингем и продолжал: — В общем, он заявил мне, что ему пришлось отклониться от курса из-за плохой погоды и неполадок в машине, поскольку у него новый и еще необкатанный дизельный движок. Мне показалось, он был со мной вполне откровенен.

— Как и со мной, — заметил Уинчмор. — В точности, как великосветская леди. Надеюсь, папаша вы тоже проявили себя истинным джентльменом?

— Я поинтересовался, что у него в трюмах, и он удовлетворил мое любопытство.Там оказалось около пятидесяти тысяч галлонов топлива — якобы для его новой дизельной машины, плюс сколько-то тонн угля. Он заявил, что топлива ему как раз хватит, чтобы добраться до Антигуа, а уголь он взял для балласта, поскольку рассчитывает вернуться обратно с грузом копры и пальмового масла.

Когда он покончил с объяснениями, я поинтересовался, не принимает ли он меня за круглого идиота. Он ответил: «Я еще не решил!» — и тогда я сказал, что ему придется проследовать со мной в ближайший порт, где мы и решим, что с ним делать дальше. Он заявил в ответ, что судовые документы у него в полном порядке, а полученные мной от начальства указания — обратите внимание! — заключаются главным образом в том, чтобы не осложнять международные отношения. Поскольку таких указаний я не получал, то взял на себя смелость возразить ему — исключительно вежливо, заметьте, о чем и дал показания на последующем дознании.

Шкипер этот оказался невысоким человечком с седой бородкой и в шотландском берете с лентами на затылке. Во время всего разговора он усердно орудовал зубочисткой, ковыряя в зубах. И вдруг, вообразите, он мне говорит: «В последний раз, мистер Маддингем, мы встречались с вами на пути в Карлсбад. Мы ехали в одном купе, вы жаловались на высокое давление, а потом мы с вами бросили жребий, кому достанется верхняя полка. Не кажется ли вам, что человеку вашего возраста не к лицу пиратствовать таким вот образом?» Однако мне так и не удалось вспомнить его лицо — должно быть, один из случайных попутчиков. Я ответил на этот его выпад, что занимаюсь своим делом не ради забавы, а исполняю свой долг, и приказал ему следовать в порт. Тогда он говорит: «Предположим, я откажусь, что тогда?» — А я ему: «Тогда пущу вас ко дну!» Да-а, скажи мне кто-нибудь прошлым летом, когда я получил патент на офицерский чин вместе со своей «Хиларити», что уже этой весной я буду готов без колебаний... Бог ты мой! Это же чистое безумие, верно?