Отважные путешественники с острова Мадагаскар
Шрифт:
– Извини, мама, я самая настоящая дура! А он умница, умница, умница! – произнеся это, Аня покраснела до кончиков волос и разрыдалась, уткнувшись, матери в грудь. До неё только сейчас дошло, что она могла потерять Сергея.
– Гордись им дочка, – уже более спокойным тоном сказала Настя, обнимая и одновременно поглаживая рукой по густым волосам дочери, – Назвать твоим именем планету, на которой живут разумные существа, это одно и то же, что достать с неба звезду. А это ещё никому в жизни не удавалось сделать! Он первый! И значит ты самая счастливая девушка в мире!
– Да? А когда вернёмся на Мадагаскар, ведь никто же из моих подружек и не поверит в это!
– Нет, Анюта, об этом лучше вообще никому не стоит рассказывать. Только навредишь себе, народу племени МакакАдамов и их сородичам с другой планеты. И действительно, вряд ли тебе кто поверит!
– Ты как всегда права, мамочка! – уже серьёзным голосом ответила Аня, утирая слёзы.
За два с половиной года жизни на острове она сильно подросла, превратившись в писаную красавицу. Всё это время, она вместе с мамой продолжала учить детей из племени в островной школе. Тётя Диана, любившая с детства готовить еду, обучила её своим кулинарным премудростям. В выходные дни они, бывало, собирались на кухне и устраивали соревнования в приготовлении пищи. К примеру, на самый вкусный торт или пирог, или у кого лучше всех сварен суп. Дегустатором и судьёй в одном лице был, как правило, дедушка Бархус, который с учётом двух его замечательных помощниц: Насти и Ани перестал вести учительскую деятельность, сам себя назначил директором местной школы, а всё свободно время в своё удовольствие ловил с берега рыбу или сочинял стихи. Чистый воздух, синее бескрайнее море и небо над головой вдохновляли его. Сам же о своём новом увлечении поэзией он говорил так: «Меня сподвигла на это сильная любовь к жизни и к людям! Как иначе я смог бы выразить своё отношение ко всему прекрасному на земле? Только в стихах!» На его чудачества никто не обращал внимания. Все и так понимали, раз у человека поёт душа, значит, в ней поселились мир и покой, а прежние угрызения совести улетучились. А что может быть лучше этого?
Ещё он любил вкусно поесть. Эта привычка у него осталась с юности, когда он, выдавая себя за знатного аристократа, посещал самые дорогие рестораны различных городов и стран мира. Поэтому теперь изображая из себя знатока, он, во время дегустации, отрезал от каждого пирога по кусочку, проглатывал их один за другим, и, смакуя при этом, расхваливал всё то, что готовили Диана и Аня. Первое время постоянно лидировала Диана, но потом пальму первенства перехватила Анюта. Иногда, кроме Бархуса в чаепитиях и одновременной дегустации различной стряпни поварих принимали участие: Настя, старейшины племени, Егоза со своей дочуркой и другие односельчане. Обычно это происходило по вечерам, когда солнце уже садилось за горизонт, а с неба на землю опускалась долгожданная прохлада.
Дочь Егозы, которую в честь отца назвали – Седой, отличалась от других детей её возраста своими умственными способностями. Она всё схватывала налету. В школе, в которую её приняли год назад, Седа на уроках раньше всех начинала тянуть свою лапку с мольбой и надеждой в глазах, чтобы её вызвали к доске или спросили выученный предмет. Так же, как и её мама, Седа была избранной и поэтому, с рождения имела отличительный знак на ладони в виде открытого глаза. С годами, когда она подрастёт и отучится в школе, то тоже будет удостоена чести быть причисленной к касте правителей племени МакакАдамов. А сейчас она об этом ещё не задумывалась. Основной её задачей и обязанностью, как и для других детей племени, было: хорошо учиться в школе, иметь прилежное поведение, опрятный внешний вид, слушаться маму и старших по возрасту.
Глава № 13. «Очередная победа и успешное приземление»
Свирепый Янус не находил себе места. К смерти отца и разгрому почти всей его могучей армии прибавилось ещё уничтожение дорогостоящих нанороботов, на которых он возлагал большие надежды по укрощению строптивых обезьян. Этого он им простить не мог. Однажды поклявшись отомстить за отца, он только и ждал случая поквитаться. «Сами бы они ни за что не смогли победить! Кишка тонка! Им кто-то помогал! Но кто? Вероятно, это всё те же астронавты, которые прибыли из солнечной системы на своём допотопном космическом грузовом терминале!» – думая так, Янус строил новые планы по уничтожению людишек, – «Рано или поздно они захотят полететь обратно и вот тогда-то я их и встречу, подкараулив где-нибудь на подступах к Земле! Они расслабятся, потеряют бдительность и сами попадут в расставленные мною сети!»
Пройдя через коридор времени, космолёт начал сбавлять скорость. Весь экипаж проснулся. От небритых физиономий отца, Майкла и Тома, Сергея разобрал безудержный смех. Их лица напоминали морды обезьян, только поросшие не шерстью, а густыми волосами на подбородке и бакенбардах. Уже второй раз за космическую экспедицию он наблюдал эту картину, но никак не мог к ней привыкнуть. Ведь, казалось, ещё вчера все были начисто выбриты, а сегодня превратились в настоящих дикобразов. Джек, поняв, отчего Сергея так «колбасит», усмехнулся и с укором в голосе произнёс:
– Смейся, смейся! Мы ещё посмотрим, каким ты станешь лохматым в нашем возрасте, если не будешь бриться и стричься несколько месяцев!
– Когда это ещё будет?
– Жизнь скоротечна, сынок. Не успеешь оглянуться, а у тебя уже вески серебром покрылись и залысины появились.
– А я не буду торопиться жить, да и до ваших лет мне ещё далеко!
– Все так говорят, а у жизни свои правила и законы. Мне тоже раньше казалось, что двадцать лет это огромная уйма времени, а как в порту работать стал времечко и побежало. То встречи, то месяцы разлуки, то опять встречи после морских походов. Ты, вероятно, и сам скучал, пока меня не было дома, торопил время?
– Да, папа, ты прав. Мне тебя часто не хватало. Помню, в детстве даже плакал по ночам, так мне было плохо без тебя.
– Надеюсь, в дальнейшем больше не будешь лить слёзы? Ты ведь мужчина! И не просто мужчина, а настоящий герой! По тебе равняться все должны!
– Ну, папа, опять ты за своё? Мне до вас с дядей Томом ещё расти и расти надо!
В этот момент все услышали возглас Тома:
– Первый, первый, я второй, у нас проблема! Мой бортовой компьютер запеленговал радиомаячки, кем-то хитрым образом расставленные по всему периметру нашего курса. Явно, кто-то нас ждёт!
– И устроил на нас охоту! – добавил командир, – Я даже догадываюсь, кто это может быть!
– И кто же? – задал свой вопрос Майкл.
– Кто-то из недобитой своры пиратов! Так, всё парни, прекратить разговоры! Это не шутки! В любой момент нас могут атаковать! Приготовиться к бою! При обнаружении противника немедленно докладывать мне! Конец связи!
Одновременно с Томом на корабле свирепого Януса радарные установки также зафиксировали факт нарушения выставленной при помощи предупреждающих маячков космической «границы». Мощные локационные системы занялись поиском вероятного противника, которого и обнаружили в скором времени. Искомый корабль целенаправленно двигался в направлении планеты Земля. Злая, ехидная гримаса исказила и без того уродливую морду Януса. Потирая свои жабьи лапы он, словно волк из норы пристально следил за действиями землян. Медлить было нельзя. Противник мог опередить его, достигнув первым орбиты своей планеты, где в окружении многочисленных спутников уже не будет той маневренности, так необходимой при атаке. Немедленно отдав необходимые распоряжения своим подчинённым, свирепый Янус направил вверенный ему звездолёт наперерез другому кораблю.
Седмор от мысленного перенапряжения весь покрылся холодной испариной. Он уже давно догадался, а вскоре и визуально узнал по опознавательным световым обозначениям на своём мониторе второй по значимости корабль пиратов, принадлежавший свирепому Янусу. Этот гигант кораблестроения практически ни в чём не уступал по боевой мощи отцовскому флагману, который проглотила Гидра. На экране осциллографа схематически был виден электромагнитный маршрут движения противника и его скорость. Всё говорило о том, что Янус опередит его и не позволит им достигнуть без боя земли. Оставался один шанс из ста, что им удастся каким-то образом перехитрить и победить противника. Вскоре все члены команды могли отчётливо видеть на своих мониторах вражеский дискообразный корабль внушительных размеров, который замер на одном месте. Янус, находясь в выигрышном положении, почему-то медлил с открытием огня из своих бластерных и лазерных пушек. Это заинтересовало Майкла, и он по этому поводу задал вопрос командиру. Тот не отрывая своего взора от монитора, объяснил причину:
– По установленным не нами правилам, перед атакой противники должны дать возможность друг другу обдумать возможные последствия предстоящего поединка, взвесить, так сказать, все за и против, а лишь только потом принимать решение: сдаваться, признав поражение или участвовать в смертельной схватке.
– Дурацкие правила! – возмутился Майкл, – Лично я сдаваться в плен не намерен и по вашим правилам «играть» не желаю! Наш противник же не соблюдал никакие правила и межгалактические соглашения, когда пытался поработить все народы вселенной! Так ведь? Если будем медлить, только упустим время для атаки. А наш козырь – внезапность!