Чтение онлайн

Мы опустились на траву, приняв положение лежа на животе, только наши головы торчали на границе со спуском и лысой горой. У костра танцевали женщины, которых было так много, что глаза разбегались. Они были в старомодных бархатных и шелковых платьях разных цветов, а на их лицах были маски.

Осмотрев присутствующих, я заметила и музыкантов. Двое были одеты в правдоподобные костюмы черных козлов. Они были небольшого роста, словно в костюме были дети лет восьми. Огромная голова с ярко выделяющимися глазами, в которых красовался черный прямоугольник, волосатый подбородок, внушительные рога, загнутые назад и двигающиеся в такт музыке уши, не менее волосатое тело и мощные ноги, которые сужались в изящные копыта. В руках, которые выглядели как человеческие, один держал волынку, а другой гитару.

Тот, что с волынкой в руках неведомым мне образом дул в трубку для подачи воздуха, а второй ловко перебирал пальцами с длинными когтями струны.

– Что здесь происходит? – прошептала я.

– Похоже на Венецианский 2 карнавал. Только вот мы не в Италии и сейчас не февраль.

Маски на лицах женщин были обворожительно красивыми и пугающими одновременно. Казалось, что под маской прячется вовсе не человек, а кто угодно. Волк, коза или неведомое чудовище, что прикидывается человеком.

– Вон та, например – шут. – Магне указал на женщину в зеленом платье с пышным декольте.

На ее лице была маска из золота с улыбающимся ртом и двумя дырками для глаз, причем под каждым из которых растекшееся пятно черного и красного цвета. А у лба торчащие в разные стороны пластины с бубенчиками на концах.

– А та? – Я указала на женщину в черном платье с маской, у которой три лица.

– Трехликая, сочетает в себе три самые яркие эмоции: печаль, ярость и гнев.

Выглядит не очень-то доброжелательно, хоть и исполнена в серебряной огранке. Самым интересным было то, что у лиц этой маски всего четыре глаза на троих. От того то она и показалась мне жуткой.

– Откуда ты это знаешь?

– В прошлом году был на карнавале в Италии.

Я указала еще на пару масок и Магне произнес их замысловатые названия: «Скарамуш», «Ньяга», «Моретта», «Коломбина» и «Баута», которые показались мне не менее пугающими, чем трехликая.

– А как насчет тех? – указала на музыкантов в костюме козлов.

– Боюсь, я не знаю, названия их костюмов, и…– Магне запнулся. – Они кажутся такими натуральными, словно настоящие козлы встали на задние копыта и исполняют музыку.

– У козлов разве бывают человеческие руки вместо копыт?!

– Я не знаю, честное слово, это какой-то сюр.

Четыре женщины скакали у костра в причудливом танце, который сложно было назвать таковым. Трое сидели на земле и, хихикая, что-то обсуждали. Несколько парочек прохаживались взад-вперед, а кто-то в мрачном одиночестве бездельно изучал небо, шепча себе что-то под нос. В одной руке каждая из женщин держала по золотому кубку, из которого то и дело выплескивалось что-то вроде красного вина.

Происходящее походило на какой-то спектакль. Только вот зрителей здесь не было, не считая нас с Магне.

Возле костра возникла старуха, которая поднятием двух морщинистых рук прекратила музыку, что издавали козлы. Ее седые волосы свисали изящными кудрями, а платье было обшито золотом и драгоценными камнями.

В воздухе витал необъяснимый шепот и аромат жженого валежника. Искры из костра так и выскакивали, намереваясь прыгнуть на траву. Одна молодая девушка, как мне показалось, сидела возле костра и махала кистью правой руки, как будто сдерживая их. Но, скорее всего, она просто притворялась. Как человек может сдерживать одну из стихий природы?!

Черноволосая женщина подвела к костру корову с колокольчиком на шее. Женщина в черном платье и маске Скарамуш, что представляла собой длинный вытянутый нос и тонкие прорези для глаз, взмахнула рукой и над коровой взмыл в воздух острый клинок.

– Какого черта?! – ахнул Магне.

– Должно быть, это какой-то трюк. – Я не поверила своим глазам.

Клинок все это время висел в воздухе, что противоречило всем физическим законам нашего мира. Наверняка где-то там есть прозрачная леска, из-за которой складывается впечатление, что он парит над землей. Присутствующие радостно ахнули, как будто ждали этого момента целый год. Будто этот кинжал был новогодним салютом, а под ним радостные жители, ожидающие зрелищ.

Женщина в маске Скарамуш взмахнула кистью и кинжал обрушился прямо на корову, возле которой уже столпились присутствующие маскарада.

– Только не это! – зажмурившись, прошептала я, а когда открыла глаза, шея коровы была рассечена.

Кровь полилась, словно из фонтана. Животное ревело от боли, а женщины только радостно кричали, вперемешку с блеянием козлов, которое мне показалось натуральным. Как только корова стихла, присутствующие накинулись на нее. Магне в это время сполз вниз и извергал из себя содержимое желудка.

Первые, оторвавшие лакомый кусок, вываливались из толпы с окровавленными руками. Снимали маски и жадно впивались в кусок мертвечины. А после скакали и гоготали у костра пуще прежнего.

В животе у меня все сжалось, желудок закрутило, а к глазам подступили слезы. Но больше всего меня поразило не это. Из толпы над коровой выбралась та самая женщина в черном платье и в маске Скарамуша. В руках она держала что-то напоминавшее сердце. Она сняла маску и жадно впилась в плоть коровы.

Этой женщиной была моя мать – Вива. Сказать, что я пребывала в тот момент в шоке – не сказать ничего.

Следом за ней вышла девушка в красном платье и маске Ньяга, которая была похожа на кошачью морду. К ней присоединились еще одна в желтом платье и маске Коломбина. В руках они держали ошметки красного мяса с кровью, а когда сняли маски, все встало на свои места.

Это были мои сестры Вендела и Анника и в тот момент я поняла, что именно мне все это время хотел показать Варди. Он знал их секрет и не мог упокоиться, пока я этого не узнала.

– Черт побери, это твоя мама и сестры? – воскликнул Магне, вытирая рот рукавом пальто.

Мы сползли по траве чуть вниз, чтобы перевести дух и обсудить произошедшее:

– Нужно убираться отсюда, – проговорила я, сдерживая тошнотворные поры внутри, поскольку никак не относила себя к мясоедам с двенадцатилетнего возраста.

– Но там твоя мама и сестры, не хочешь потребовать от них объяснений?!

– Только не здесь.

Внезапно Магне придавил меня своим телом к траве, заставив молчать и слушать. Кто-то топтался неподалеку от нас и чавкал. Не знаю, кто это был, но мне стало до мурашек страшно. Страшно, что сейчас нас раскроют и казнят, как корову.