Чтение онлайн

– Ниночка, а не заказать ли нам еще хереса? – предложил Энгельс. – У вас наверняка был трудный день. Вам стресс нужно снять.

– Нет, спасибо, я больше не буду.

– Да бросьте вы. – И он заказал еще вина.

Его принесли быстро. Нина даже первый фужер не успела допить.

– А почему вы решили, что у меня сегодня трудный день? – полюбопытствовала она, сделав глоток хереса. В желудке потеплело. И настроение как-то сразу улучшилось.

– Он не может быть другим, если вспомнить, что вы пережили вчера вечером.

Нина помрачнела.

– Не напоминайте…

– Извините. Я больше не буду.

– Хотя… – Нина допила первый фужер, взялась за второй. – Расскажите мне о Василии. Вы ведь были знакомы?

– Не очень близко, можно сказать, шапочно, но да.

– Какой он был?

– Добрый. Это первое, что приходит на ум.

– А второе?

– Странный. Совершенно особенный человек. Не земной.

– Вы верите в его дар?

– Да.

– А я думала, что такие просвещенные люди, как вы, не верят в колдунов и ведьм.

– Ниночка, я верю в силу. А как человек, обладающий ею, называет себя, мне не важно. Колдун, шаман или маг.

– Моя прапрабабка была ведьмой, – выпалила Нина и самой себе удивилась. Зачем сказала это? О таком обычно молчат…

– Не удивлен. И подозреваю, что вы на нее очень внешне похожи.

– Меня и зовут, как ее.

– В вас есть что-то ведьмовское. Я заметил это при нашем знакомстве.

– Вот спасибо, – пробормотала Нина растерянно. Он что, считает это комплиментом?

– На самом деле в этом нет ничего страшного. Слово «ведьма», как вы, наверное, знаете, произошло от «ведать», то есть знать. Получается, что эти женщины просто владели тайным знанием. И имели представление о том, как его применять.

– Ну да. Отбирать у коров молоко, у кур яйца, у овец шерсть, а также насылать болезни на людей. Я ради интереса заглянула в Википедию.

– О, а я читал «Молот ведьм». И кучу другой литературы.

– Зачем вам это?

– Просто интересно. Я вообще крайне любознателен. Хочу знать все обо всем.

– А меня эта тема до сегодняшнего дня не интересовала.

– Я признаюсь вам кое в чем, Нина. – Энгельс прокашлялся. – Дело в том, что моя мать вот уже двадцать лет находится в психиатрической клинике. После травмы головы она повредилась умом. Сейчас ей везде видятся бесы. Будто они овладевают телами людей, в том числе ее собственным. Поэтому меня и заинтересовала тема дьявольских слуг, к коим ведьмы тоже относятся. Кстати, во времена инквизиции мою мать сожгли бы на костре, как и вашу прапрабабушку. В Древней Руси на ведьм тоже совершались гонения и частые расправы над ними. Их убивали или калечили. Считалось, если ведьму ударить изо всей силы наотмашь, ее покинет колдовская сила, и она станет безвредна. Проделать это хотели многие деревенские жители. Ведь именно она, ведьма, была виновата в падеже скота или засухе. Женщин либо забивали до смерти, либо превращали в инвалидов. Однако в Сибири, например, существовали целые «черные» деревни. Там жили сразу несколько ведьм, которые подчинялись верховному колдуну или колдунье.

Нине было интересно слушать Энгельса, но она решила сменить тему:

– Давайте поговорим о другом. О вас, например. Я ведь даже не знаю, где вы работаете и кем.

– Преподаю в университете. У нас это семейное.

– Всегда этим занимались?

– Нет. Только последние два года.

– До этого бизнесом?

– Нет, Ниночка, что вы! Какой из меня деловой человек? Я такой, знаете ли, совок. Карикатурный и неисправимый.

– Извините, конечно, но откуда в таком случае деньги? У вас машина стоит как… Как… – Нина даже не знала, с чем сравнить. Ее траты исчислялись тысячами рублей, а не десятками тысяч.

– Я выиграл в лотерею.

– Машину?

– Очень крупную сумму. Это случилось два года назад. Получив деньги, я купил машину, кое-что по мелочи, одежду, технику, мебель, съездил посмотреть Европу, сыну оплатил учебу в Англии, а остальное положил в банк.

Нина мысленно присвистнула. Это сколько же он выиграл, раз после всех трат еще остались деньги.

– Теперь живу на проценты, ведь зарплату мне платят весьма скромную. Но я обожаю свою работу и несказанно счастлив от того, что могу заниматься любимым делом.

Принесли лазанью на квадратных белых тарелках. Порция оказалась настолько большой, что Нина испугалась.

– Я не съем столько! – сказала она.

– Вы просто еще не попробовали. Поверьте, это так вкусно, что я не удивлюсь, если вы попросите добавки.

Нина наклонилась над тарелкой. Пахло обалденно! Она пару раз ела лазанью. Один раз покупала полуфабрикат и грела в микроволновке, второй – заказывала в каком-то бистро на обед. Блюдо ей не понравилось. Обычная запеканка, похожая на макаронник, только называется красиво. Когда Нина ходила в сад и училась в школе, много раз пробовала что-то похожее. Оставшиеся со вчерашнего дня макароны перемешивали либо с фаршем, либо с овощами и запекали в духовке, посыпав сверху сыром. Есть можно, но не более того. Нина, отведав первый раз лазанью, пришла к выводу, что ее готовят примерно так же. Только не смешивают макароны с начинкой, а укладывают слоями.

Эта лазанья и пахла, и выглядела иначе. Пахла растопленным сыром, томатами и мясным фаршем, хорошо приправленным перцем. А выглядела как высокая многослойная, дышащая, сочащаяся соусом… Запеканка!

Именно так, с большой буквы!

А не какой-нибудь паршивый макаронник.

Нина отрезала кусок, воткнула в него вилку и поднесла его ко рту. Лазанья оказалась очень горячей, пришлось подуть.

– Обалденно, – выдохнула Нина после того, как смогла положить кусочек в рот и прожевать.

– А теперь глоточек вина. – Энгельс подвинул к ней фужер с красным. Официант принес его вместе с лазаньей.

– Ой, я уже и так хмельная, – хихикнула Нина. – Признайтесь, вы хотите меня споить?

– Ни в коем случае. Просто я лично для себя понял – лазанья идеально идет с красным сухим вином. Сам бы с радостью выпил, да не могу.

– Сто граммов можно.

– Мне нет. Я же практически не пью, поэтому даже малые дозы на меня убойно действуют. – Он поднял свой фужер с минеральной водой и отсалютовал Нине. – Но душой я с вами!

Нина отпила вина, положила в рот еще один кусок лазаньи. Решила, что точно съест всю порцию, потому что необыкновенно вкусно! Она ела, а Энгельс смотрел на нее и улыбался.

Нине не очень это нравилось, но она старалась не замечать. На нее всегда мужчины пялились. Особенно в моменты приема пищи. Почему-то представителей сильного пола умиляло то, что она ест с аппетитом. Как-то один ухажер сказал: «Сейчас все женщины либо сидят на диете, либо делают вид, что голодают. Смотреть на то, как они едят, тоскливо. Ковыряются вилкой в еде. Но глазами сожрали бы все! Даже тарелку…»