Чтение онлайн

После схватки Швайи Владимир Ильич наконец осуществил то, из-за чего чуть не опоздал на свою. Он переоделся в новенький белый спортивный костюм в раздевалке и двинулся к рядам зрителей. Зал, как бы, на три сектора сам разделился. В центре на трибунах сидели американские лётчики. Их было больше сотни человек и хоть Левин особо в званиях и родах войск американцев не разбирался, но судя по одинаковой форме и обилию людей с орлами и листьями на погонах — это были лётчики офицеры и в довольно высоких званиях.

Для себя Левин определил так — управлять стратегическим бомбардировщиком с приличным должно быть экипажем какой-нибудь капитан или лейтенант не может. Должен быть полковник или подполковник, всё же на борту ядерные бомбы или ракеты. Это — серьёзная ответственность.

С противоположной стороны трибун сидели местные, ну уж испанский язык Константин Квасин ни с каким не спутает. Среди них тоже было полно военных. И опять, как выглядят погоны офицеров в испанской армии, Левин был не в курсе, но если с нашими соотносить, то вон те в центре товарищи с большими восьмиконечными золотыми звёздами и проседью в шевелюрах могли вполне быть высокопоставленными офицерами.

На боковых трибунах сидели настоящие болельщики. Не самый статусный вид спорта самбо, но если дзюдо к нему приплюсовать, и добавить знание, что в Европе расстояние невелики по сравнению с российскими просторами, то можно заключить, что это приехали поболеть за своих болельщики из близлежащих стран. Там, кстати, были и все, ну ладно, почти все граждане СССР, находящиеся в настоящее время в Мадриде. И было их несколько десятков человек. Работники посольства, корреспонденты центральных газет, работники торговых представительств.

Не к ним направил стопы свои переодевшийся в белый адидасовский костюм Владимир Ильич. Он просочился вдоль стены за американский сектор и с тылу зашёл на позиции потенциального врага. Там, так же стараясь к себе внимания особо не привлекать, пробрался поближе к центру и плюхнулся на стул с отломанной спинкой позади группы офицеров с орлами на погонах. Стул, наверное, и был не занят из-за сломанной спинки. Американские лётчики сидели, развалясь и опирались спиной о пластмассу, видно под кем-то не выдержала.

Левин угнездился, зажевал пластинку жвачки, и делая вид, что болеет за американских борцов стал прислушиваться к разговорам летунов.

Цель была простая у этого действа. Он же собирался проклясть парочку пилотов с бомбардировщиков, чтобы они во время полёта сошли с ума и повернули штурвалы на цели, попадание в которые принесёт максимальный ущерб армии США и заодно — желанию Испании оставаться в Альянсе. Атомные подводные лодки были бы идеальным вариантом, но и президентский дворец тоже выглядел заманчиво.

Повезло. Или везёт тем, кто везёт. Он же и подкрадывался, и костюм на кольца менял. Двигался в нужном направлении. Лётчики обсуждали перелёт эскадрильи стратегических бомбардировщиков или точнее ротации крыльев B-47 Stratojet из Торрехона в Канзас с дозаправкой в воздухе. Сопровождать перелёт стратегов будет 613-я эскадрилья тактических истребителей General Dynamics Block 15 F-16A / B Fighting Falcon или проще — F-16.

Левин поразился, если честно, сидят в окружении десятков людей эти полковники и обсуждают явно секретный перелёт. Что ж, подыгрывает ему кто-то? Перелёт состоится в понедельник 18 июня. И первая дозаправка будет производиться невдалеке от Канарских островов. Владимир Ильич мысленно прорисовал линию на мысленной же карте Испании, и получилось, что в принципе, если чуть подправить полёт, то он вполне может пройти недалеко от порта Рота, где подводные лодки и эсминцы США располагаются. Это почти самый юг Пиренейского полуострова. А если сюда присовокупить, что самолёты — это не птицы и куда хочешь не летают, существуют коридоры всякие, станции управления, то с вероятностью в девяносто девять процентов можно предположить, что маршрут специально над Ротой проложат.

В принципе почти всё, что ему было нужно узнать, Владимир Ильич узнал. Осталось только выяснить, кто конкретно будет управлять стратегами. И чётко отвечая на его вопрос один из товарищей с орлами на погонах, обратился к соседу.

— Грег, я первый раз в воздухе буду дозаправляться, тебе уже приходилось, может поделишься опытом.

— Бутылка виски односолодового, и я тебе всё разложу по полочкам, Майк. Ну, и смотри на меня во время полёта, ты же за мной пойдёшь.

Событие пятьдесят девятое

Спорить с тренером по борьбе может только тренер по стрельбе.

Николай Фоменко

На перерыве Квасина Константина Олеговича от команды оторвали, и он обедал вместе с посольскими. Посол СССР в Испании — Чрезвычайный и полномочный — Дубинин проведал от Олечки, что среди приехавших на чемпионат Мира советских борцов есть сын его товарища по ремеслу и просто товарища — посла в Аргентине — Олега Константиновича Квасина, и позвал к себе за стол, пообщаться. Обедал посол не в солдатской столовой, в которой кормили всю команду… все команды, кроме американской. Американских самбистов тоже оторвали от остальных участников и повели в офицерскую столовую авиабазы. Посол, а с ним и Квасин обедал в ресторане в центре города, куда их отвёз вместе с остальными посольскими арендованный автобус. Современный с кондиционером. Приятно были наблюдать из прохладного чрева за мельтешением испанцев на улицах, чувствуя прижатую к его ноге коленку Олечки.

— Читал и сразу после написания и вчера снова перечитал, как Ольга сказала, кто приехал, твою статью в Правде про втягивание Испании в НАТО. Хорошая статья, жаль припозднилась. Её бы пару лет назад… — Юрий Владимирович Дубинин — указал Костику на место рядом с собой, турнув оттуда пузатенького мужика. Видимо, зама?

— Я же недавно корреспондентом Юности стал.

— Да, да, Олечка дала мне вчера и «Законы Кости Квасина» почитать. Остроумно. А стихи не пишешь, Константин? Вот твой отец, когда мы были студентами, помню, баловался.

Левин про отца Костика такого в памяти реципиента не обнаружил, видимо, не сильно удачными были стихи. Не гордился ими папа.

— А мне отец ничего такого не говорил. А стихи, наверное, могу, — есть же куча песен ещё ненаписанных, нет Левин их точно воровать не собирался, но перед Олечкой так и тянуло похвастаться. Распушился сам павлиний хвост. — Про что придумать?

— Весело, вот прямо так? Ага! Среди нас есть красивая девушка, давайте про неё, — видимо, раскусил его потуги Юрий Владимирович. Так заметно?

Левин попытался вспомнить песни, про Ольгу, но неожиданно в памяти всплыла шуточная песенка из «Уральских пельменей». Приезжали они в Москву с концертом, и на него Левины тогда сходили. Владимир Ильич свёл брови, окинул покрасневшую Олечку оценивающим взглядом и пафосно, протягивая к ней руку, выдал:

— Лишний вес на тебе лишь одежда,

Каждый грамм твой достоин мечты,

Твое имя звучит как надежда,

Носик твой эталон красоты.

Посольские задумались на секунду, но Дубинин прыснул, и засмеялись всем столом.