Чтение онлайн

Он Настоящий. — Именно так, с большой буквы думала она, засыпая, чувствуя, что жива, и в ее жизни теперь многое измениться… к лучшему, как робко надеялась непреклонная Шодан.

Проснувшись Флора несколько минут смотрела в лазурь полуденных небес, пока легкое беспокойство не закралось в душу: она ощущала Ивана, но как-то далеко, смутно…

Не хотелось возвращаться в реальность, терять ласковый свет небес, безмятежность пробуждения, но машинальные привычки мгновенно взяли свое, она рывком села, огляделась по сторонам и только заметив Таманцева, облегченно вздохнула.

Что случилось со мной?

Почему он вдруг стал так важен, так близок? — Вопросы не на шутку встревожили обычно сдержанную, скрытную Шодан, не открывавшую своей души кому попало, и не имевшей привычки занимать значительное место в жизни других людей.

Буквально все вдруг пошло в разрез с жизненными принципами, что вырабатывались десятилетиями, под воздействием холодной эмосферы города, его жителей.

Флора не могла сказать, что вдруг, в одночасье стала другой, но внутри, несомненно, что-то изменилось, словно ее настигла вторая волна мутации, но на сей раз не физической, а моральной.

Сутки назад она испытала ужас агонии, потом — неописуемое облегчение возвращения в мир, была потрясена и одновременно — очарована теплом, открытостью души своего спасителя.

Поводов к спонтанным изменениям внутреннего мира более чем достаточно, Шодан по жизни была импульсивной натурой, но все же не настолько, чтобы стать так остро зависимой от другого человека.

А зависимость ли я ощущаю?

Флора часто задавала себе прямые внутренние вопросы и старалась максимально честно отвечать на них, но на этот раз остереглась с выводами.

Ее влекло к Ивану, влекло сильно, страстно, до холодка в груди и чувства легкого испуга, замешательства, какого-то сладкого помутнения рассудка.

Нужно взять себя в руки.

Холодный голос разума шел в разрез с порывами души, но все же она прислушалась к совету рассудка.

Сейчас они одни среди враждебных пространств, но вскоре вновь будет город с его особенным воздействием, где нужно подойти близко, встать почти вплотную, чтобы ощутить настоящую, не смешанную ни с чем ауру души другого человека. Не потеряются ли ее порывы в мешанине холодных, чуть настороженных похожих на скучную затянувшуюся игру человеческих взаимоотношений, не пожалеет ли она, если сейчас, поддавшись порыву, совершит глупость?

Смятение.

— Иван! — Позвала Флора, вставая с мягкой подстилки мха.

Он обернулся, отпуская трос, перекинутый через плечо.

Ее «Шорх», помятый и неузнаваемый, остановился вместе с ним.

— Ты что делаешь?

— Доброе утро, вернее — добрый день, Флора. — Он отряхнул ладони, ступая с дороги на поляну. — Не хотел оставлять тебя одну надолго. Вот решил притащить машину сюда.

— Тяжело ведь…

— Нормально. — Он сел рядом. — Завтракать будешь?

— Пока не хочу. Зачем ты притащил мою машину?

— Лучше плохо ехать, чем хорошо идти. До города, насколько я понимаю километров сто не меньше?

— Около того.

— Пешком далековато. Я, честно говоря, уже нагулялся. — Он улыбнулся, обращая фразу в шутку. — Прошли сутки, но за тобой никто не приехал. Почему?

— Считают, что погибла. — Сухо ответила Флора. — Никому не интересно рисковать своей жизнью, чтобы взглянуть на мой труп.

— Странное у вас общество. Ну, ладно. Я подтащил машину поближе, чтобы не возиться с двигателем вдалеке от тебя. — Пояснил Иван.

— Беспокоился за меня? — Глаза Флоры блеснули влажно и непонятно.

— Конечно. Ты ведь спала.

— А если бы нет? — Фраза сорвалась с губ сама по себе. Флора тут же пожалела о ней, но поздно…

Теперь, затаив дыхание, слушая глухие, непривычные удары своего сердца, она ждала, что он скажет в ответ.

Как наивны, злы, жестоки, бывают иззябшие души, страшась открыться навстречу теплу, не веря, что на свете бывает так: лучистый полдень, смятение мыслей, и дистанция всего лишь в шаг, который вдруг превращается в бездну, и шаткий мостик через нее, кажется, должен быть перекинут с другой стороны…

— Я бы в любом случае притащил бы машину сюда. — Ответил Иван, на миг поймав ее взгляд, задержав его, снова непроизвольно окутав Флору вуалью из уверенного, открытого, не лживого и не притворного тепла своих мыслей. — Там не на что смотреть, — он кивнул в сторону, где произошла схватка.

— Я не боюсь мертвых. — С непонятным самой себе вызовом в голосе произнесла Шодан.

— Верю. — Охотно согласился Иван. — Но все равно смотреть там не на что. К тому же ты могла испугаться, подумав, что я исчез. Расстояние приличное.

— И ты тащил машину сюда, только чтобы не испугать меня?

— Да. Я же сказал — не хотел оставлять тебя одну. Да и мне спокойнее, легче на душе когда чувствую, что ты рядом, — он произнес эти слова обыденным тоном, но для Флоры они прозвучали обжигающе…

Она потупилась, потом встряхнула головой, и, посмотрев в глаза Ивану, вдруг бодрым голосом произнесла:

— Ты всерьез рассчитываешь подчинить машину? Я могу помочь?

— Не думаю, что тебе стоит пачкаться. — Иван заметил, что с Флорой происходит что-то неладное, она как будто потерялась среди недопонятых им ощущений, исходящая от нее жизненная сила пульсировала, будто в такт неровным ударам сердца, он посмотрел на нее внимательно, другим взглядом, не как на представителя иной планетной цивилизации, а как на женщину… и его сердце так же дрогнуло.

Таманцев был чужд любым играм. Его взрастила не та эмоциональная среда, что позволила бы лгать даже в мыслях. Он прошел через сотни суровых испытаний, где любая ложь, наигранность в отношениях, в минуты критической опасности могли обернуться смертью…

Взгляд Флоры затягивал, как омут.

Он вдруг подумал, что за тридцать с лишним лет, кроме периодов кадетской влюбленности у него не нашлось времени на настоящую любовь…

Нужно ли думать сейчас об этом?

Он на иной планете, где все чуждо, неизвестно как обернется жизнь буквально через несколько минут, есть ли… — он мысленно оборвал сам себя, подумав: а кто и когда отнял у меня право быть мужчиной, смотреть на женщину, не как на боевого товарища…

Теперь смятение поселилось и в его душе, но в отличие от Флоры Таманцев знал верное средство борьбы против неопределенности чувств.

Если не в состоянии разобраться в себе, сделай паузу, поработай руками…

Шодан, словно угадав его мысли, сказала:

— Боюсь, ты зря тащил сюда машину. Ее не подчинить. Посмотри двигательный отсек весь в дырах.

Иван оценил ее тактичную, ненавязчивую помощь.

— Сейчас посмотрим. — Ответил он, поднимая искореженную крышку моторного отсека. — Водородный двигатель имеет мощную механическую защиту. Если не смогу запустить основную установку, есть ведь и альтернативная тяга. Ты давно проверяла состояние аварийных аккумуляторов?