Чтение онлайн

Готовясь к эвакуации, колонисты обнаружили древнюю дорогу, которая вела в направлении виденных Саттом Валторном построек.

Переход оказался долгим, трудным и трагичным. Те люди, что не смогли принять произошедших с ними изменений, несколько раз нападали на колонну, к тому же в лесах обитали другие жизненные формы, настроенные не менее агрессивно по отношению к пришельцам. В итоге до защитной стены, которую мы теперь называем Рубежом, добрались немногие.

— Получается что и город, и Рубеж созданы не людьми? — Спросил Иван, проверяя свои предположения.

— Города в то время не существовало. — Ответила Флора. — Выжившие колонисты обнаружили две стены Рубежа и расположенные за ними, вырезанные в скалах исполинские террасы. Никаких признаков существования на планете разумных существ найти не удалось.

— А как образовались сатты? В чем различие между ними?

— Различия заключаются в полученных людьми изменениях. Существует пять саттов — избранные, воины, тени, метаморфы и эмгланы, хотя изменений всего три: тени получили возможность к мимикрии и восприятию энергетики живых существ, метаморфы могут видоизменять структуру своего тела, эмгланы — обрели способность к телепатии. Сатт избранных образован людьми, которые не получили видимых изменений, но живут так же долго, как измененные, оставаясь молодыми. Сатт воинов, — смешанный, в него входят и тени, и метаморфы, и эмгланы, и избранные. Основной критерий отбора в сатте воинов — нежелание его сторонников жить размеренной городской жизнью. Они — натуры ищущие, беспокойные, охрана Рубежа, можно сказать, — их единственная отдушина.

Иван слушал рассказ Флоры, пытаясь представить картины далекого прошлого.

— Флора, — спросил он, — скажи, а кто-то пытался разобраться, найти обоснование случившемуся?

— Зачем?

— Я задаю не праздные вопросы. — Таманцев встал, подошел к окну, посмотрел на залитый солнечными лучами город. — В моем мире люди редко умирают от смерти насильственной. Срок жизни на самых благополучных мирах колеблется от ста пятидесяти до двухсот лет. Дольше не выдерживает организм. Он изнашивается, понимаешь?

— Как механизмы у сервов? — Нашла наиболее понятное ей сравнение Флора.

— Да. Но те самые «старожилы», о которых ты упоминала, помнят Землю, помнят, что были смертными. Потому я и спрашиваю: неужели за все время существования колонии никто не задался закономерным вопросом, не проводил серьезных, исследований, не искал причин произошедших изменений?

— Я не слышала ни о чем подобном.

— Странно.

— Иван… — Она тоже встала, подошла к нему, и спросила: — Нам с тобой обязательно обсуждать такие темы?

— Тебе они неприятны?

— Не знаю. — Честно призналась Флора. — Но разговор держит меня в напряжении. Не могу объяснить почему.

— Ты самая красивая, милая и непредсказуемая женщина, какую я встречал.

— Льстишь?

— Даже не думаю. Твое настроение, как погода на Данасии — есть такая планета. Там все изменчиво, минуту назад сияло солнце и вдруг ливень… — Он улыбнулся.

— Наверное, твой мир тоже показался бы мне странным. — По-своему расценила его слова Флора. — И у меня была бы куча разных вопросов… Иван, а твои слова, сказанные ночью Келгану… Ты всерьез полагаешь, что город ждут потрясения, связанные с повторной колонизацией Рока?

Иван кивнул.

— До того как мне стали известны некоторые подробности покушения на Орана, я считал, что мое появление на Роке — случайность. — Ответил он. — Но все сказанное тобой заставляет задуматься: не преследовали ли меня? Или, что тоже вероятно, — не являлось ли мое бегство спровоцированной и тонко просчитанной акцией? Мне долго излагать тебе теорию гиперсферы, скажу лишь, что мой истребитель двигался вдоль линии напряженности, которая считалась искаженной, оборванной, ведущей в никуда, говоря проще — в пустоту межзвездного пространства.

— Ты полагаешь, тебя могли использовать для постановки опасного эксперимента?

— Я не исключаю такой возможности. Слишком много странных совпадений. Допустить подобный вариант можно лишь при одном условии — кто-то в Обитаемой Галактике знает о Роке гораздо больше, чем я или ты — коренная жительница планеты. Вслед за мной мог двигаться другой корабль. В городе в таком случае побывала разведывательная группа, использовавшая современную экипировку боевых подразделений.

Флора, слушая Ивана, непроизвольно покусывала губы. Она волновалась и не могла скрыть своего состояния.

— Ты предполагаешь, кто мог последовать за тобой?

— Нет. Разброс вероятностей слишком велик. Сам факт существования в реальности Рока хорошо сохранившихся древних сооружений говорит о том, что планета уже однажды подвергалась колонизации.

— Но не людьми? — Уточнила Шодан.

Иван кивнул.

— За полтора тысячелетия экспансии человечество столкнулось с четырьмя расами древнего космоса. Любая из них могла оставить следы в виде подготовленных площадок для возведения города, и Рубежа, отделяющего его от остальных территорий планеты. [12]

— Мне кажется, ты что-то не договариваешь. — Проницательно заметила Флора.

— Метаморфы. — Ответил Иван. — Наш «общий» сон — не более чем информация, имплантированная в мою память. Люди уже встречались с подобной формой жизни. Но где и когда? Данные явно неполные…

— Может быть, речь шла о Роке?

— Нет. Ты сама могла видеть — существа намного крупнее и опаснее метаморфов Рока. К тому же нет никакого намека на существование Теней или Эмгланов. Да и растительность иная. Нет, речь в закодированном послании шла о другой планете.

— Иван, ты разбиваешь вдребезги мое представление о мире… — Тихо произнесла Флора. Она выглядела подавленной, но не испуганной.

— Все не так плохо, как тебе кажется — постарался смягчить впечатление Таманцев. — Я более чем уверен, если за мной кто-то последовал, то флот и Конфедерация тут не при чем. Меня не стали бы использовать вслепую — это раз, во-вторых, слишком сложный и я бы сказал — зыбкий, ненадежный способ разведки опасной гиперсферной трассы. На подобный шаг могла пойти небольшая группировка, например черные археологи с Окраины, раскопавшие какие-то неизвестные ранее сведения, оставшиеся в наследство от древних рас, или исследователь-одиночка, действующий на свой страх и риск, но имеющий связи в кланах Ганио, или просто заплативший ганианцам деньги.

— Чем все обернется для нашей цивилизации?

— Пока затрудняюсь даже предположить. — Признался Иван. — Любая экспедиция, гражданская или военная обречена на провал. Опасность скорее грозит Обитаемой Галактике, — если произойдет экспорт жизненных форм Рока на иные миры, последствия будут тяжелейшими. Повториться трагедия, которую пережили твои предки, но в иных масштабах.

— И что нам делать?

— Пока — ничего. Ближайшие несколько дней покажут, насколько справедливы мои опасения. Если тут побывала разведгруппа и гиперсферные координаты Рока стали достоянием некоей третьей силы, последует попытка повторной высадки на планету.