Чтение онлайн

— Я никогда не буду бегать за мужчинами, — произнесла она горделиво. — Я предпочитаю, чтобы мужчины бегали за мной. Пока княжич не сделает первого шага, я даже не посмотрю в его сторону!

Она выглядела обычной, глупой, высокомерной курицей. Но что-то подсказывало мне, что она снова играет нужную роль. Правда, объяснение ситуации выглядело правдоподобным, хотя чего-то в её словах явно не хватало. Может быть, всё ещё сложнее? Может быть, Арина уже пожалела, что Алексей Яковлевич женился именно на Марте? Тогда и Авдотья может оказаться не просто одинокой мстительницей, а той, чью жестокую руку кто-то направил.

Я заставила себя мило улыбнуться Арине. Кто сказал, что к моему отравлению не причастна именно она?

Улыбка моя стала шире.

— Спасибо, сестрица, что навестила меня…

Алексей Яковлевич Разумовский…

Алексей Яковлевич уже не первый день был в отвратительном расположении духа. Он был искренне шокирован тем, что открылось на его глазах. Авдотья, служанка, которую он принял на работу чуть больше полугода назад, оказалась убийцей, решившей отравить его супругу Марту.

Конечно, он сразу же отправил ее в темничный двор столицы. Лично разговаривал с дознавателем, рассказал всё, как было. Тот пообещал, что обязательно снимет с нее показания, хотя, судя по всему, всё уже и так было ясно. Какое-то мутное дело из прошлого Марты привело к тому, что на нее обозлилась эта кровожадная крестьянка.

Алексей Яковлевич недовольно поджал губы. Вот, как оно всё! Значит, Марта всё это время притворялась? Казалась такой тихой, спокойной, ладной, послушной, а, в итоге, в тихом омуте черти водятся? В гроб загнала чужого ребенка, а теперь расплачивается? Но, с другой стороны, оправдать беззаконие служанки тоже нечем. Алексей Яковлевич постарался сделать так, чтобы дело не получило никакой огласки. К счастью, среди домашних и слуг никто так и не прознал о случившемся. Разве что та девчонка Настя из прислуги была всему свидетельницей, но ей он дал золотой и приказал молчать. Девчонка была напугана и безропотно согласилась.

Помимо этого всего, его также мучила иная мысль. Крайне неприятная мысль о том, что он всё-таки оказался неправ. Наверное, для любого человека ошибиться было бы обычным явлением, но не для Алексея Яковлевича. Он хорошо усвоил уроки своего батюшки: ошибаются только неудачники. Настоящие мужчины и истинные аристократы правы всегда. Им недопустимо ошибаться. Они не могут принимать неверных решений. Они светоч и опора этого мира!

Поэтому эта ситуация оказалась крайне болезненной для самолюбия гордого графа. Перед глазами всё время всплывал отец, говорящий строго:

— Как ты мог допустить это? У тебя под носом, в твоём доме едва не произошло убийство, а ты ничего не знал? Позор!

Да, на самом деле отец не знал об этой ситуации. Он давно жил в провинции и посещал сына не чаще одного раза в три года. А сейчас и вовсе стал слишком стар, так что вряд ли вообще ещё приедет, чему Алексей Яковлевич был, безусловно, рад. Просто наставления отца всегда были такими проникновенными, что этот голос звучал в его разуме и до сих пор. В общем, графу было из-за чего чувствовать себя не в своей тарелке.

С другой стороны, пришлось пересмотреть также своё отношение к Марте. Выходит, она не лгала и не притворялась, говоря о том, что её травят и что она больна. А учитывая разительные перемены, произошедшие с ней, так и вообще оказывалось, что он совершенно не знает, на ком женился. Честно говоря, супруга неожиданно показалась ему несколько… любопытной. Нет, по-прежнему было очевидно, насколько она несовершенна и, самое главное, ни капельки не похожа на его дорогую Лизоньку, да покоится её дух на небесах с миром!

Елизавета была кроткой, летящей, звонко смеялась, боготворила Алексея Яковлевича, пылинки с него сдувала, была очень деятельной, обожала детей. Была безмерно счастлива вести домашнее хозяйство, каждый день встречала супруга с улыбкой, прекрасно одевалась и всегда выглядела красавицей. Она являлась самим солнышком, которое освещало его жизнь.

А Марта не такая. Она угрюмая, жесткая, к детям равнодушная, к хозяйству тем более. К ней не подступишься, теперь она еще непослушная и гордая. Да, сравнение было не в пользу Марты, однако… что-то новое рождалось у Алексея Яковлевича в душе. Он бы назвал это любопытством и даже занозой, но избавиться от этого чувства ему всё не удавалось.

Наконец, он тяжело выдохнул и решил закончить на сегодня работу с документацией. Граф только что купил несколько участков земли неподалеку от поместья, на которых собрался сделать пастбище и построить лошадиную ферму. Хорошее вложение средств…

Вдруг в дверь кабинета постучали.

— Входите, — коротко произнес Алексей Яковлевич, и дверь открылась. На пороге появилась Марта, чем серьезно его удивила. Граф сразу же насупился. Супруга вызывала в нём настолько противоречивые эмоции, что он просто не знал, как себя вести. С одной стороны, он до сих пор был зол на унизительный удар и дерзкое отвержение. С другой — очень желал понять, что же ею движет всякий раз, как она показывает ему свою всё более шокирующую сторону личности. Поэтому Алексей Яковлевич набросил на лицо суровое выражение и недовольно сжал губы.

— Ты уже можешь вставать с кровати? — осведомился он ледяным тоном.

— Да, могу, — ответила Марта односложно и, не ожидая приглашения, решительно направилась к дивану. Даже эта твердая и уверенная походка вызывала у Алексея Яковлевича внутренний протест, но при этом странное волнение. Да что с ним такое творится? И как будто не нравится она ему, и лицом не красавица, и станом слишком худа, и груди особо нет, да и плечи широковаты… Но была в ней какая-то стать, отсутствующая прежде, которая отчего-то делала её похожей на… княгиню-героиню. О таких обычно слагали песни и легенды, которые кочевали в народе и развлекали крестьян долгими зимними вечерами. Сам же Алексей Яковлевич предпочитал совершенно других женщин. Они должны быть похожи на его Елизавету…

Марта бесцеремонно уселась на диван и посмотрела на Алексея Яковлевича твёрдым взглядом. Он стушевался, но не подал виду, с достоинством присел на стул, перекинул ногу на ногу, расправил плечи и посмотрел на супругу немного свысока.

— Я тебя слушаю, Марта, — произнёс он напряжённо.

Девушка едва заметно кивнула.

— Я пришла к вам с серьёзным разговором, Алексей Яковлевич, — начала она приглушённым тоном. — Спешу напомнить вам, что я… оказалась права!

Она сразу начала с жёсткого тарана, и Алексей Яковлевич напрягся ещё сильнее.

— Вы должны признать, что зря не верили мне, — продолжила Марта, и зубы графа заскрежетали. Ему пришлось призвать всё своё самообладание, потому что она отчётливо наступала на его больную мозоль, топталась по ней просто каблуками, чем вызывала лютое отторжение. Но он не собирался показывать свои слабости, поэтому молчал.

— Меня отравили, — продолжала говорить Марта. — Виновницу вы забрали. Надеюсь, она получит по заслугам. А ещё надеюсь, вы признаете, что я не лгала, и вам не в чем меня упрекнуть.