Чтение онлайн

Днём раньше. 4.08.1941 сеанс связи с Центром

Место выхода на связь, по всем писаным и неписаным правилам ведения радиообмена, всегда должно находиться на расстоянии от базового лагеря. И желательно на большом. Это минимизирует вероятность обнаружения и пеленгации. Но тут необходимо уточнить, что это справедливо только в том случае если для каждого последующего сеанса выбирается другое место. Тогда даже при наличии пеленгаторов служба радиоразведки противника получает только вероятный район размещения. Именно поэтому небольшая группа людей в составе Иванова, штатного радиста группы и двух бойцов прикрытия уверенным шагом удалялась на запад от места стоянки и столь поразившего гостей подземелья. Да если бы только подземелья, мерно и механически передвигая ногами, умудряясь при этом не издавать практически никаких звуков, Иванов медленно, по полочкам раскладывал в своей голове те самые ни с чем не вяжущиеся факты, факты существование которых медленно разрушало уже практически созданную на основании предоставленных центром материалов картину. Игра-многоходовка вражеской разведки? Или дружественной, если брать во внимание лимонников?

Ага — щазз! Вот тебе бабушка и юрьев день… очень уж странные вещи падают в бездонную копилку фактов. Огни — странные ни на что не похожие огни, отлично видимые с высоты и мгновенно потухшие при приземлении. И само приземление, не похожее ни на одну из проведенных до этого высадок — странное поведение ветра, игравшего куполами, как куклами и подобно заботливым женским ладоням опустившего их точно в нужное место.

Аккуратно отодвигая стволом автомата мелкий подлесок, раз за разом норовящий ударить колючими еловыми лапами или хлестнуть длинной упругой веткой орешника, Иванов продолжал взвешивать на эфирных весах своего разума увиденные им события и пытался найти им объяснение — любое другое объяснение кроме той стойкой мысли все ярче разгорающейся в его голове. А какое еще может быть объяснение? Гипноз? Допустим…

Допустим, что этот странный старичок и самое главное то чудовище которое он так небрежно угостил подзатыльником. Да-да — та самая «киса», воспоминания о встрече с которой весь день заставляли бойцов кидать настороженные взгляды в сторону окружившего поляну леса. Киса, получившая в упор очередь на полдиска и даже не отшатнувшаяся от этого. Все это гипноз? Впрочем, за это предположение говорило то состояние в котором по коридору, составленному внезапно зашевелившимися деревьями, отряд вышел на поляну где их и встречал этот классово чуждый элемент. Уж очень ощущения похожи были на медикаментозное воздействие некоторых интересных препаратов, что правдоподобнее. Или на мощное мессмерическое воздействие, во что верилось ну с очень большим трудом. Только вот опрос устроенный бойцам отряда показал что видения — если это видения были у всех одинаковые и не отличались даже в мелких деталях. Ну да и чорт с ним, не об этом сейчас печаль.

— Факты, эти бога в душу факты. Ну вот какое можно сделать заключение и какими логическими выкладками объяснить наличие в болотистом леске сухого заглубленного подземелья с освещением, вентиляцией и полным набором явно нечеловеческой мебели и кухонной утвари? Да и хрен с этими странными блюдами — в Китае например и не такое есть приходилось. Освещение — вот что больше всего поразило в процессе приветственных мероприятий и дальнейшего застолья, плавно переросшего в пьянку. Два огненных шара, так «неприметно» висевших под потолком центрального зала, освещая ровные, как будто оплавленные стеклянистые стены, закрытые ниспадающими полотнищами странного черного шелка. Светильнички… явно знакомые и уже не вызывающие удивления у подчиняющихся объекту окруженцев, причем, судя по реакции старшины, явно побывавших в немецком плену. Тем более эта чертова магия… Сперва чуть не доведшая приданного химика до ступора, а после заставившая его полностью отключиться от окружающего мира, обдумывая открывшиеся перспективы. А факт непринужденного полета котелка? Этот беловолосый даже не вспотел и даже не отвлекся от разговора, как будто выполнял уже давно разученное, не связанное с сознанием действие…

Факты и предположения, разбегающаяся паутина которых заставляла морщиться от подступающей головной боли. Вот и сейчас — отчет Центру. Отчет, в котором необходимо быть объективным и сообщить только достоверные сведения. Двигаясь по все более темнеющему лесу, иногда проваливаясь по щиколотку в наполненный влагой, несмотря на сухое лето, мох, небольшой отряд все брел и брел на запад, перебираясь сквозь бурелом и обходя затянутые ряской болотные бочажки, раздвигая стебли осоки больше похожие в своей остроте на миниатюрные лезвия. И с каждым шагом в голове Иванова все ярче и ярче всплывали кусочки, подробности поведения, моторики, физиологии и психологии объекта. И каждая эта песчинка знаний подобно многотонной глыбе своим падением разрушала бронированный панцирь восприятия окружающего мира. И заставляла по новому выстраивать уже полученные факты.

Нет — Иванов был не тем человеком который не доведя до конца одну методику резко изменит стиль и принципы работы. До тех пор пока не получен результат, неважно какой, разработка должна продолжаться. Но все больше и больше фактов выстраивалось совсем другим макаром и совсем в другом направлении. Все больше и больше находилось подтверждений той мысли, что шпионами тут явно не пахнет. А если уж и пахнет — то явно не человеческими! Об этом просто кричали все факты, собранные Ивановым о Главе Дома Риллинтар Ссешесе сыне Сабраэ. Например — строение глаз. Таких глаз нет ни у кого — даже рептилии имеют четко выделенный зрачок. А тут непонятные налитые кровью — нет, не глаза — какие-то буркала. В сочетании с матово-черной кожей и белоснежными волосами объект выглядит как оживший ночной кошмар. И кожа — кожа не белеющая даже на сгибах и на ладонях. Такого вида пигментации нет ни у одной человеческой расы. А когти? Когти как будто самой природой предназначенные для самообороны и нанесения калечащих ударов в ближнем бою. Причем объект действует ими без всяких затруднений — это было видно по манипуляции им столовыми приборами во время пьянки. Пластика движений, особенно при перемещении по затемненной местности, реакция на яркий свет, описанное Кадориным в отчете ночное видение и даже эта трёхяйцевость чуть было не вогнавшая антропологов в ступор, как помнил Иванов из отчета посвященного физиологии объекта, это могла быть или опухоль или имплантированный предмет, правда для каких целей ученые не предположили — написали что-то маловразумительное про религию и обряды плодородия.

И как прикажете это проверять? Подойти и внаглую, глядя в глаза спросить — Дозволь, мол, Ссешес Риллинтар сын Сабрае яйца пощупать? Бред! Но не меньшим бредом являлось само поведение этого беловолосого. Что это за мальчишество??? На нем висит отряд, а он ведет себя так как будто находится на пикнике… Полное игнорирование всех и всяческих норм поведения во вражеском тылу… Так не ведут себя ни шпионы, ни обученные бойцы — никто так себя не ведет! Такое ощущение что он играет — играется в этой большой песочнице наполненной кровью и горем — но ведь это же бред!

Примерно через час, отойдя на достаточное расстояние от базового лагеря, отряд остановился — радист с помощью Иванова быстро закинул на дерево антенну, развернул рацию и подключил к ней батареи и ключ. И уже через несколько минут радиоэфир немецкого тыла, а Белоруссия на данный момент им и являлась, был потревожен коротким кодированным сообщением, заставившим операторов немецких пеленгаторов дружно схватиться за наушники и остро отточенные карандаши. Уже второй раз из района так сильно интересующего Абвер, а в частности оберстлейтенанта Герлица, выходит на связь другая радиостанция. Да даже не в изменении тона сигнала дело (это явно указывало, что теперь работает другой передатчик) и не в изменении частоты передачи (частоты могут меняться по графику согласованному с Москвой). Самое интересное в этих передачах было то, что изменился почерк радиста — а вот это говорило о многом.

Совершенно секретно. НКГБ СССР.

Календарь сообщений «Седьмого».

03.08.1941

Седьмой — Центру

В клуб на танцы пришли, Играют фокстрот. Седьмой.

(запятая вместо точки — проверка идет, но имеются сомнения)

04.08.1941

Седьмой — Центру

Исполнитель незнакомый, Мелодии новые. Седьмой.

(Не человек. Активное применение феномена «Магия» подтверждаю. запятая вместо точки — проверка идет, но имеются сомнения)

Взяв из пальцев радиста бумажку с шифрограммой, Иванов достал из кармана зажигалку и, заслонив огонь ладонями, уничтожил оригинал только что переданного сообщения. Тщательно прикопал растертый пепел под небольшим кусочком дерна и принялся помогать радисту сворачивать передатчик.

И уже через несколько минут отряд направился обратно в сторону лагеря. Только вот почему-то уже через полкилометра — впереди, на кронах деревьев, выделяющихся безмолвными исполинами на фоне звездного ночного неба, натренированные глаза разведчика увидели отблески костра. Конечно, моментально возникло предположение, что это чужая стоянка, но вот только чем ближе подходил небольшой настороженный отряд к этому месту, тем больше примет просто бросалось в глаза — знакомых таких примет, уже виденных сразу при выходе из лагеря. Но это ведь было почти час назад и отмахать по ночному лесу отряд успел значительное расстояние.

Скомандовав бойцам остановку, Иванов медленно и с максимальной осторожностью выдвинулся вперед. Стараясь передвигаться как можно бесшумнее, он последние несколько десятков метров перед кустами, естественной изгородью стоящими на страже небольшой лесной поляны, передвигался ползком. Подобно бесшумной и от этого не менее опасной змее, разведчик буквально просочился через густой кустарник и, стараясь его не потревожить, бросил взгляд на поляну освещенную неверным мерцающим светом костра. Первое что он увидел — это было насмешливое, можно даже сказать ехидное выражение уже знакомых, как будто заполненных кровью глаз…