Чтение онлайн

Все засмеялись над уколом в мое прошлое, команда веселилась больше, чем мои товарищи по группе.

— Вы, ребята, занимаетесь этим уже давно… а, сексом и того дольше, не так ли?

Только на «Rock Stop» человека спрашивали, когда он сорвал свою первую вишенку.

— У меня в пятнадцать, — сказал Хейс, затем Мэй и Эйнджел сказали: — Шестнадцать.

— В день восемнадцатилетия, — вздохнув сказал я

— Лжец, — ухмыльнулась Тони. — Видела твои фотографии, когда тебе было восемнадцать, ты никак не мог быть девственником.

— Но это правда, — заверил я её. — Все на самом деле очень просто. У меня тогда были отношения и я ждал, когда девушка будет готова.

— Я слышала, как ты пару раз упоминал о таинственной подружке в интервью. — Тони подняла бровь. — Так это она первая Грешница?

— Ага.

Я почувствовал, что Мэй смотрит на меня и задумался, не слишком ли много рассказал. Всегда был избирателен, когда говорил о Фрэнки, следил за тем, чтобы она оставалась в секрете, но что-то в том, как Тони задала вопрос, сбило с толку. Ее тон был чуть надменным. Типа Фрэнки заставила меня ждать секса, пока не будет готова и будто это отстойный поступок. Вот что меня разозлило.

Эйнджел вмешался и небрежно перевел разговор на наш предстоящий альбом и мировое турне в следующем году. Мы ответили на несколько вопросов фанатов, Хейс немного рассказал о жене Саммер и о том, как она приспосабливалась к замужеству со знаменитой рок-звездой. Я немного отключился, продолжал думать о песне, которую мы начали писать по дороге сюда и это привело к мыслям о Фрэнки.

Мне не могут надоесть твои зелёные глаза, твоя нежная кожа, твоя милая улыбка.

Эти слова я написал в блокноте прошлой ночью. Еще одна песня о Фрэнки, но чувствую, эта будет отличаться от других. Каждая песня о ней была связана с потерей любви или жизнью вопреки чему-то. Даже в наших оптимистичных треках она присутствовала, но сейчас… В этой я хотел рассказать о том, что испытал за прошедшие года и что почувствовал сейчас, когда Фрэнки вернулась в мою жизнь.

Мне нужно начать писать.

Хорошо, что через полчаса интервью закончилось и все попрощались с теми, кто смотрел прямую трансляцию. Мы сняли наушники и встали, пожать руку Брайану и обнять Тони. В этот момент она наклонилась и прошептала мне на ухо:

— Хочешь покажу тебе прекрасную пустую комнату дальше по коридору?

У меня не было секса с того момента, как попал на реабилитацию; когда завязал с наркотиками и алкоголем, отказался и от секса. Предложение Тони меня даже не заинтересовало, это говорило о том, насколько глубоко я в завязке, но также и потому, что в голове всплыло лицо Фрэнки.

— Прости, Тони, — вежливо поцеловал ее в щеку. — В другой раз, хорошо? Я должен вернуться в Саутволд. Нужно написать песню.

Она надула губки, но кивнула. Когда мы вышли из здания и вернулись в машину, ребята повернулись и посмотрели на меня. Под их пристальными взглядами — я застыл. Поднёс руки к лицу, вдруг испачкался или еще что-то. Я что-то не так сделал?

— Что? — Спросил я. — Я ничего не сделал.

Я ненавидел этот свой ответ. Несмотря на все прошедшие годы свободы от Дэйзов, я всегда занимал оборонительную позицию. От этого мне еще предстояло избавиться.

— Тони хотела перепихнуться, — моргнула Мэй. — Ты ее отшил.

— Почему? — спросил Эйнджел. — Почему бы не трахнуть ее? У тебя сейчас сухой период.

Добровольное засушливое время.

— Я знаю почему, — усмехнулся Хейс. — Это связано с одной рыженькой в Саутволде, я прав? Той, с которой вы «просто дружите»?

Я хмуро посмотрел на них троих.

— Отсосите, все трое.

Они засмеялись и повернулись вперед на сиденьях. Мы покинули Лондон и направились обратно в Саутуолд. Посмотрев на время, невольно выругался: не успею забрать Фрэнки с работы. Пришлось отложить написание песни с ребятами, что их вполне устраивало. Мы провели в дороге больше трех часов. Парни вышли у дома Мэя и решили заказать еду на вынос, а я запрыгнув на водительское сиденье, помчался к «Мэри Уэллс». Заехал на парковку, как раз в тот момент, когда Фрэнки выходила из закусочной. Притормозив рядом с ней я опустил пассажирское стекло.

— Куда направляешься, красавица? — Спросил я с дразнящей ухмылкой. — Надеюсь, собиралась найти меня.

— Ты сказал, что заберешь с работы, поэтому я не на машине. — Она заправила прядь волос за ухо. — Я… подумала, ты забыл обо мне.

— Забыть о тебе? — Повторил я. — Вишенка, если я не смог забыть тебя в течении последних девяти лет, то восемнадцать часов точно не помогут.

Спокойствие наполнило меня, когда она улыбнулась.

— Залезай, Фродо, — усмехнулся я, — хочу кое-что сделать после того, как навестим твою маму.

Фрэнки

— Выглядишь, как будто собираешься ограбить банк.

В уголках глаз Риска появились морщинки, сказав мне, что он улыбается.

— Когда выхожу на улицу нужно скрывать лицо. Грешники есть везде, даже здесь, в Саутволде.

Я усмехнулась.

— Хорошо, что сейчас зима. Скрываясь, ты не особо выделяешься.

Он кивнул, пока мы шли по коридору хосписа к палате моей матери.

— Помни, — мягко напомнила я. — Майкл может быть немного холоден к тебе.

— Знаю, — Риск поправил пальто. — Он имеет полное право злиться на меня за то, как я с тобой обошёлся.

— Я только сказала, что ты разговаривал со мной немного свысока. Не вдавалась в детали. Если бы он знал правду, то скорее всего стал бы разговаривать с тобой, так же как ты со мной в закусочной.

Риск взглянул на меня сверху вниз, приподняв брови.

— Он так заботится о тебе?

— Он во многом ведёт себя со мной как отец, — сказала я, кивнув, — и так же сильно любит. А я люблю его.

Риск замолчал, когда мы остановились, постучали и вошли в дверь маминой комнаты. Мама, как обычно, спала, а Майкл сидел в кресле и читал газету. Он поднял глаза, когда я вошла, поправил очки, улыбнулся, но улыбка померкла, когда Риск шагнул в комнату вслед за мной, слегка пригнувшись, чтобы не удариться о верхнюю часть дверной рамы.

— Всё в порядке, — сказала я Майклу. — Он заходил ко мне вчера вечером, чтобы извиниться. Мы всё выяснили.

Майкл не выглядел убеждённым.

— Ты извинился честно и искренне? — Спросил он Риска, не мигая, глядя ему в глаза. — Потому что неуважение к ней — неуважение ко мне. Мне всё равно, кто ты, я этого не потерплю.

Риск обошёл меня, на ходу снимая шарф с лица.

— Да, сэр, извинился. Вчера сказал то, чего не должен был и плохо обошелся с Фрэнки. Она этого не заслужила, знаю. Я был огромным мудаком.

— Именно, — хмыкнул Майкл.

— Не хочу создавать проблем, доктор О'Рурк. — Риск поднял руки вверх. — Только хотел навестить миссис О'Рурк, и всё.

Майкл перевёл взгляд на меня.

— Тебя это устраивает, Фрэн?

— Да, — кивнула я. — Мы говорили об этом, прошлой ночью, когда он заходил.