Чтение онлайн

— Пошли пить. — позвал Ричбич.

Белые кроссовки ступили на белые квадраты, и под его ногами они стали чёрными. Дело в том, что дорожка оказалась такой же как на танцполе. От входа вела до середины бара, дальше разветвлялась: уходила налево к стойке и направо к туалетам. Ник пошёл за Ричбичем.

— Ола, Амиго! — поприветствовал бармена Антоха. А Нику шепнул: — это испанский.

— Здоров! — тоже поприветствовал бармена Никита.

— Буэнос ночес, амигос! — развёл руки в стороны бармен и улыбнулся. — Что будем пить?

— Два «Харакири» и чего-нить закусить, поесть охота!

На стойку звонко приземлились два стакана с красной жидкостью.

— Бахнем, браза! — толкнул стакан Нику Антоха. — За хромированные колпаки!

— За крепкие нервы! — поддержал Ник.

И понеслась. «Харакири», затем ещё одна порция и ещё. Ник чувствовал малиновый вкус во рту и опьянение. Бармен предложил разнообразить вкусы и выставил двенадцать коктейлей, дал игральные кости и сказал Нику кидать. Какие числа выпадали, такой номер коктейля бармен наливал. Время приблизилось к полночи. Ник уже изрядно набрался и пошёл танцевать, людей приходило всё больше и больше, и на небольшом танцполе так же прибавилось народу. В мозгу вместо мыслей звучали электро и техно. Никогда до того не танцевавший Ник, разносил танцпол, по крайней мере так ему казалось. В мелькающем свете перед лицом показывались девушки, и каждый раз разные и каждый раз красивые, очень красивые. В какой-то миг мелькнула она. Никиту, как током ударило, он не успел ничего разглядеть, потому что свет мелькнул очень быстро, но ускоренный мозг от звука и напитков запомнил очертания. Ник ждал, следующую вспышку, чтобы ещё раз увидеть её. Те четверть секунды между вспышками, казались растянулись на вечность. Вспышка, и вот она опять…

«Ктооо-оо-о этооо-оо-о?..» — растянулось в голове Ника, он замедлил движение. В голове чертился образ безумной причёски, совершенно фантастический профиль головы и шеи. Третья вспышка, Ник не был к ней готов, мозг пока обрисовывал силуэт раз за разом. Теперь его прожгли ярко-розовые глаза. Вспышка, чьи-то волосы мелькнули. Вспышка. Лицо кареглазой брюнетки. Вспышка. Локоны блондинки. Вспышка. Вспышка. Вспышка. Перед глазами мелькнули сотни лиц, тысячи лиц, миллионы вспышек. Все не она. Ник совсем перестал танцевать. Поднял голову вверх на тот свет, что соткал её для него. Свет бил в глаза быстрее и быстрее, пока не слился в один поток, но перед ним всё равно стоял выжигающий розовый взгляд. Он хотел, чтобы свет унёс его в тот рай, откуда она…

— Йоу, браза! Ты в порядке?!

Перед глазами возник Антоха. Его лицо не исчезало в череде вспышек, и не уплывало в волнах танцующего моря.

— Зачем ты не дал мне полететь за ней в рай?! — недовольно выкрикнул Ник.

— Ёёёёёбаанааая жииизнь… Пойдём-отойдём, нужно привезти тебя в чувство…

Двери туалета захлопнулись, гипнотическая музыка перестала плавить мозг и стали слышны другие звуки окружающего мира. Например, протекающий бочок унитаза из первой кабинки, и чих мужика во второй с последующим: «Охбля…» от него же.

— Тоха-Тоха-Тоха-Тоха, она-она-она-она… она была… была… как, как Богиня! — тряс за шиворот Ник Антоху.

— Да-да-да. Они тут все, как богини! Отпусти мою футболку и давай умоемся, хорошо?

Ник ничего не ответил, впрочем, Антон и не ждал никакого ответа, сам убрал руки и подвёл друга к умывальнику…

— Ты не понимаешь… Она… Она… Она, ну, как валькирия! Понимаешь? У неё такие… такие… мм-м… — Ник тёр виски, пытаясь пригладить волосы. — Голова, как ананас! Понимаешь?

— Ахах, чего?! — засмеялся Антоха.

Но Никите было не до смеха, он по-прежнему смотрел круглыми глазами на высокого друга.

— А ты чего смеешься, Антон? Я тебя сейчас ударю, слышишь? Я ударю.

— Слышу, брат. Но давай потом, когда умоешься.

— А, давай! Я умоюсь и ударю тебя, слышишь? Ударю! А знаешь куда?

— Ну, куда? — нетерпеливо спросил Ричбич.

— А я тебя в пятку ударю! Слышишь? Как Ахиллеса! И ты умрёшь.

— Да-да, умывайся давай… Господи, что они подмешивают…

Ник плеснул в лицо ледяную воду, а затем ещё раз и ещё. Обтирал горящее лицо, испаряющее жидкость раз за разом. Наконец остановился и принялся смотреть в зеркало, затем повернулся к Антохе, тот серьёзно спросил:

— Ботинок снимать?

— Чё? Какой ботинок?

— Никакой, поехали домой, кажется нам уже пора.

— Не, не, не. Постой. Я без неё никуда не поеду. Я видел… я видел… я видееел…

Ник уставился куда-то в стену, но судя по стеклянному взгляду ковырялся в памяти.

— Никого ты не видел. Поехали…

— Да подожди… У неё… у неё такие бритые виски. Вот такие. — Ник принялся их показывать на себе. — И ещё волосы, такие, как их там? Ну эти… Дреды! И в пучок такой собраны. И глаза… розовые.

— Ясно, но идти всё равно же надо, не будем же мы стоять до утра в туалете.

— Пошли.

Никита вышел первым сделал два шага и принялся выискивать её в небольшой танцующей группе на светящемся полу.

— Брат, не твой ли ананас сидит за барной стойкой?

Ник развернул голову. Антоха оказался прав, потому что Ник сразу направился к стойке. Сел так, что между ними оказались два пустых места. За баром, кроме них двоих и подсаживающегося рядом к Нику Антохи, никого не было.

— Это она. — шепнул Ник.

— Вижу, только у неё не дреды…

Девушка с сотней тугих пепельных косичек, собранных в хвсот, пила прозрачный коктейль. Ник опёрся рукой на стойку и прикрыв лицо рукой, аккуратно пожирал её глазами. Одна маленькая и тонкая коса свисала вдоль виска, ухо проколото в нескольких местах колечками. На виске красовался вытатуированный кружок.

— Антоха! — зашипел Ник. — У неё татуха на виске, как чип, который мы крепим, когда в игру входим.

— Даа-а. Вижу.

— Антоха! Я без неё никуда не поеду! — напористо прошипел Ник.

— Без обид, брат. Но должен сказать тебе две вещи, во-первых, она пошёл тебя нахуй. А, во-вторых, не хочу тебя разочаровывать, но она разобьёт тебе сердце.

— Чё это? С чего ты взял?!

— Фриковатая девочка: бритые виски, татуха не на лице, конечно, но можно и так сказать. Пирсинг. Смотри на её рваные джинсы и ботинки до колен, курточка ещё ничего, но вот эти маленькие шипы на плечах… Неформалка, колкая цыпочка. Пошлёт тебя нахуй, как только ты скажешь ей слово.

Никита уставился на друга, пережёвывая губы, пытался подобрать нужные слова для контраргумента.

— Ты Антон-гондон! — выпалил в итоге он. — Давай подскажи чего тут выпить такого самого мощного, и я погнал к этой валькирии…

— Брат, может не стоит?

Но Никита смотрел таким взглядом, что спорить бесполезно.

— Амиго! — подозвал Антоха бармена. — Фирменного, одну «Грозовую тучу»

— Ун минуто! — отозвался тот и принялся смешивать ингредиенты.

— А почему «Грозовая туча»? — спросил Ник.