Чтение онлайн

Вопли слились в один, и я подумывал отойти подальше, дабы окончательно не расстраивать Анжелу, но внезапно наступила тишина.

– Отец Гильом! – послышался голос Пьера. – Он просветился!

На поляне мы застали горящий костер, возле которого сидели Пьер и Ансельм. Сломанные прутья валялись в сторонке, а бесстрашный разбойник, всхлипывая, поправлял штаны.

– Говори, сын мой, – велел итальянец. – Поведай о грехах своих.

– Они… – начал де Гарай и вновь всхлипнул. – Они сказали, что трое толстопузых… то есть братьев из Сен-Дени несут с собой мешок золота. А взамен мне велели убить одного. Только одного, клянусь!

Я мельком взглянул на Анжелу. Та сжала губы и отвернулась.

– Только одного! Который самый старший!

– И кто тебе велел, сын мой? – подбодрил разбойника Ансельм.

– Н-не знаю.

Итальянец вздохнул и потянулся к пруту.

– Знаю! Знаю! Жеанар де Юр! Он – викарий епископа. Мы платим ему за помощь… Святые отцы, пожалейте!

С минуту я раздумывал. Конечно, показаний храброго защитника сирот хватит, чтобы начать следствие против викария. Но этот де Юр наверняка будет отпираться, а епископ заявит, что он ничего знать не знал.

– Пусть идет. Развяжите его, брат Ансельм!

Итальянец удивленно взглянул на меня, но повиновался. Разбойник вскочил, накинул кафтан, но уходить не спешил.

– Святые отцы, – вздохнул он, испуганно оглянувшись на темную стену леса. – Будьте добрыми до конца! Разрешите побыть с вами до утра. Клянусь, мои ребята вас больше никогда не тронут. Но не прогоняйте меня в лес!

– Ты чего, темноты боишься? – невозмутимо поинтересовался нормандец.

Вопрос был составлен абсолютно верно, но де Гарай, по-видимому, плохо знал латынь. Ансельм хмыкнул и повторил вопрос на «ланг д’ок».

– Да! Да! – разбойник внезапно рассмеялся. – Я очень боюсь темноты! И если вы не убийцы, не прогоняйте меня сейчас!

Тон его мне не понравился. Де Гарай действительно чего-то боялся – не темноты, но того, что в ней скрывалось.

Я приказал дежурить по очереди. Отважного де Гарая мы решили связать и уложить подальше. Несколько раз я пытался узнать у разбойника, что может нам грозить, но в ответ слышал лишь странный, нервный смех. Все это не настраивало на благостный лад, а кроме того, меня по-прежнему не покидало чувство опасности. Что-то здесь было не так. Разбойник не должен бояться ночного леса!

Я решил дежурить первым и присел к огню, время от времени подкидывая мелкие сухие ветки. Меч лежал под рукой, хотя я молил Творца, чтобы оружие больше не понадобилось. Этим вечером случилось страшное – брат Гильом на несколько минут исчез, а из мертвого мрака забытья воскрес граф де Ту – задира и весельчак, который просто удовольствия ради перерубил бы всех этих придурковатых увальней. Перерубил – а потом долго чистил бы меч, оскверненный кровью мужланов. Я вовремя загнал мертвеца в небытие, но он был готов вернуться…

– Святой отец! – чей-то негромкий голос вовремя оторвал меня от мрачных мыслей. – Святой отец!

Отважный защитник сирот, оказывается, не спал. Более того, он умудрился принять сидячее положение, правда, опираясь не на то место, что обычно, а на бок.

– Что тебе, сын мой? – поинтересовался я. – Желаешь исповедаться в грехах своих?

– В грехах? – разбойник неожиданно хмыкнул. – Да ладно вам, отец! Это кто еще грешник? Монахи, а девку с собой тащите!

– Все мы грешны, – согласился я. – Любопытство, особенно излишнее, тоже грех.

– А чего мне! Дело ваше… Да только хочу вам сказать, что лучше бы вы обратно оглобли поворачивали. Похоже, епископу вы поперек горла. У меня не вышло, у других получится.

Разбойник был не только наблюдателен, но и неглуп. Но я не люблю, когда меня пугают.

– Слова твои, сын мой, свидетельствуют о том, сколь ты милосерд и сострадателен. Но ежели и остальные наемники монсеньора Арно де Лоза столь же отважны, как ты, опасаться нам нечего.

– Нечего? – разбойник хихикнул. – А как ты думаешь, поп, чего это я в лес идти побоялся?

– Кто вас знает, отважных разбойников? – невозмутимо заметил я. – Может, вы и вправду боитесь темноты?

– Темноты? Да моли Бога, поп, чтобы…

Внезапно он замолчал, к чему-то прислушиваясь, затем его небритая физиономия перекосилась, губы дернулись:

– Накликал! Господи, помилуй, накликал! Спасите, святой отец!

– Спокойно! – в руках у меня уже был меч. Я встал и прислушался. Легкое потрескивание горящих веток, похрапывание Пьера, шум ветра в кронах подступивших к поляне деревьев… Я уже начал успокаиваться, как вдруг услыхал вдалеке глухой тяжелый удар, затем – еще один. Кто-то шел – мерно, неторопливо, продираясь через заросли. Шел прямо к нам.

– Он! Он! – шептал разбойник. – Развяжите меня! Развяжите!

Шаги становились все громче. Было ясно – это не человек и не зверь. Кто-то шел сюда на двух лапах – или ногах, огромный, тяжелый, сокрушающий все на своем пути…

– Братья! Проснитесь!

Ансельм вскочил мгновенно, даже не открывая глаз. Меч был в руке, вторая шарила по поясу. Пьер недоуменно раскрыл глаза, но тоже встал. Анжела приподняла голову.

– Кто-то идет. – Я старался говорить спокойно. – Большой. Возможно, не человек. Зажгите факелы.

– А-а-а… – Пьер оглянулся, схватил ветку и сунул ее в костер. Ансельм взглянул на меня и внезапно перекрестился, что случалось с ним нечасто.

– Брат Октавий, уходите! – Я кивнул в сторону, противоположную той, откуда шел ночной гость. – Быстро!

Анжела неторопливо встала и медленно покачала головой.

– Развяжите! – вновь возопил разбойник. – Это он! Он! Он никого не щадит! Никого!

Я кивнул, и Ансельм перерезал веревки. С диким визгом де Гарай скрылся в кустах. Я мысленно помянул Святого Бенедикта и повернулся туда, откуда уже слышался треск веток и тяжелое хриплое дыхание. Земля дрогнула – гость уже близко. Ветка высокого дерева на краю поляны колыхнулась.

– Святой Бенедикт! – Пьер уронил «посох» и отшатнулся. – Да что же это?

Я тоже увидел – «это» выходило на поляну. В первый миг показалось, что перед нами все-таки человек – только очень высокий. Но тут же понял – нет. Люди не бывают такого роста. У людей не увидишь подобных плеч, таких длинных, ниже колен, рук – и огромной, низко сидящей головы. И люди не покрыты шерстью.

Послышался смех – Ансельм сжал меч двумя руками и покачал головой:

– А я не верил в демонов! Отец Гильом, уходите. Он – за мной!