Чтение онлайн

– Все хорошо, - притянул к себе парня, уткнулся носом в его шею,- Том, знаешь, там, в больнице, когда ты пришел ко мне, ты так смотрел на меня. С такой жалостью в глазах... Я подумал, что теперь ничего кроме жалости я в твоих глазах и не увижу.

– Поэтому решил сбежать?
– они смотрели друг другу в глаза.

– Ну, да, - кивает, - Том, мое плечо, оно... Мама, когда увидела его, ее стошнило. Я решил, что ото всех это можно будет скрыть одеждой, но только не от тебя, ведь я с тобой чаще без одежды...

– Глупый мой...
– Том трется носом о его щеку, - давай теперь я погляжу, что там такого? Тебе ведь по любому нужно перевязку сделать?

– Ты уверен?

– Уверен, идем...

– Сейчас, достану из сумки все нужное...

Том усадил любимого на стульчик в ванной комнате. Билл протянул ему перчатки.

– Вымой руки с мылом и надень перчатки, - Том старательно намылил руки, сполоснул их, надел перчатки. Билл в это время открыл флакончик с чистым медицинским спиртом, плеснул жидкости на ватный диск.
– Давай сюда руки...
– Том протянул ладони. Юноша старательно обтер их спиртом, попутно объясняя и подготавливая друга к следующим минутам.
– Доктора сказали, что все должно быть очень стерильно. Сейчас я размотаю повязку, Том, соберись и, если тебе станет плохо, я пойму.

– Все нормально, давай...

Билл стащил с себя кофту, следом майку. Повязка лежала плотно и закрывала все предплечье Каулитца. Белые ткани быстро слетали с погубленной кожи. Когда вся повязка была снята, Том закрыл нос и мгновенно отвернулся. Это было на самом деле невыносимо... Он вылетел из ванной комнаты. Ужасных видов рана красовалась на любимом теле...

Томас подлетел к раковине на кухне, еще чуть-чуть и его точно стошнит. Но он должен держаться. Он стащил с рук перчатки, включил холодную воду и начал умываться.

– Соберись, Том! Соберись!
– шептал он, обтекая холодными каплями воды. Он досчитал до десяти и, схватив перчатки, пошел назад к Биллу.

Билл сидел, не шевелясь, будто зная, что его парень вернется.

– Ладно, еще раз...
– серьезный Том даже немного рассмешил Билла.
– Щас, я помою руки, надену перчатки, протрем их спиртом, потерпи любимый!
– они повторили всё, после чего Билл начал озвучивать необходимые действия:

– Я уже приготовил все, бери первый ватный диск, на нем уже мазь, растирай ее по краю ожога, там где кожа переходит в рубцы, - Том кивнул и тут же приступил. Он старался быть аккуратным, но подавить чувство брезгливости было сложно.

– Теперь бери второй ватный диск и растирай мазь по остальной части ожога. Там где...

– Я понял, - Том сглотнул, прикрыл на секунду глаза, - если будет больно, говори...

– Хорошо, - Эртройт принялся смазывать эпицентр ожога, - врачи сказали, что все полностью заживет только через несколько месяцев. А потом на коже останутся темно-красные следы. И с ними ничего поделать нельзя будет. Точнее, можно, но это дорого, так что...

– Если ты захочешь, то я оплачу любую операцию, Билл...

– Но это очень дорого, эти рубцы удаляют лазером, а потом...

– Билл, - Том перебил парня, - любимый, - улыбнулся, - я все понял, как будет возможна эта операция, мы ее сделаем...

Спустя десять минут все манипуляции были закончены, а Том принялся забинтовывать, Билл снова начал давать указания другу:

– Начинай от...
– но Том не дал ему договорить:

– Я знаю, как накладывать повязку на область плечевого сустава, - Том уверенно использовал бинт, - нужно использовать колосовидную повязку, - говорил и делал.
– Бинт нужно вести со стороны здоровой подмышки по поверхности груди и далее на плечо. Затем, обводим плечо спереди, снаружи и сзади, дальше бинт ведем через подмышку и поднимаем косо на плечо. Далее бинт идет по задней поверхности спины к здоровой подмышке. Далее эти движения повторяются, и каждое повторение ложится выше предыдущего. Ну, вот и все...
– Том взъерошил волосы удивленного брюнета.

– Откуда? Ты тоже учился в меде?

– Нет, просто однажды Джордж хорошо подшутил надо мной, и я учил все виды перевязок на все части тела, - провел пальцами по острому подбородку.
– Вот и пригодилось, наконец-то...

– Неужели?
– брюнет поднимается со стула.

– Ага, я тогда три дня не спал, - утыкается лбом в его лоб, - но это херня, - обнял его за талию, - прошедшая неделя была хуже. Малыш, любимый, я тебе шею сверну, если ты еще раз откажешься от меня, понял?

– Ну, Том...
– хнычет он.

– Я все сказал! Сейчас я приму душ, а потом в кровать. Мне нужен твой зад...

– Том...

– Том-Том... Все, иди, я сказал!
– он выставил парня из комнаты.

Bill ©

Прохожу на кухню, сразу к раковине. Почему так больно? Болит... Ужасно болит. Нужно будет завтра с утра заехать в клинику. Ну, что же это такое? Может, мне не стоило приезжать в Нью-Йорк, врачи же предупреждали, что подобные поражения почти нереально лечить дома. Боже, как же больно...

Снова умываю лицо. Тихо, Билл...

Не стоит Тому знать о боли. Он ведь не догадывается о том, как мне больно. Смахиваю слезу со щеки. Пройдет выставка, и я вернусь в клинику. Мне очень больно. Все жжется и колется, это действует мазь. Как мне спать эту ночь?

– Билл? Ты чего тут? Идем в кровать...
– он тянет меня за руку, - сказал же, что хочу видеть тебя в кровати, почему я должен ждать?

– Иду-иду, - тащусь за ним, по пути стираю слезы.

– Иди ко мне, - мы входим в спальню, притягивает меня к себе. Целует в здоровое плечо, я впиваюсь зубами в его шею, ладонью обхватываю затылок, пальцами сжимаю дреды. А Том все-таки поймал мои губы, ласкает... А я...

Мне больно. Он взял меня за руку, а больное плечо заныло еще сильней. Я сжал его пальцы, я впился зубами в его кожу. Он шипит, но целует все так же, осторожно и нежно. А я не могу переключиться от боли на его ласки. Никак не могу. Тяну его за дреды, открываю для себя его шею, впиваюсь в нее губами, кусаю, сжимаю кожу меж зубов, до такой степени, что чувствую вкус его крови. Но Том не отталкивает меня, лишь сильнее прижимает меня к себе.