Чтение онлайн

– П-ф-ф, а мне и неинтересно. На себя я могу и в зеркале полюбоваться, поэтому никаких видосов для этого мне не нужно.

Да кого я обманываю. Это видео мне капец как нужно. Мало ли, в случае того, что Ксюша мне не поверит, а я хоп и предъявлю ей доказательства. Уж лучше пусть она будет с разбитым сердцем сейчас, а не потом через несколько лет с ребенком на руках.

– По глазам вижу, врешь, – эй, что он под столом пинается? Судорога или нервничает бедный мальчишка?

Карыч, знай, это делаю лишь ради подруги и игры твои здесь абсолютно не причем!!

– Ладно, что ты хочешь? – что-то мне не нравится то, как он окинул меня с головы до низа своим взглядом.

– Для начала закрой форточку, а то в спину дует, – неестественно поморщился Ярослав.

Ага, в рабыни записать хочет? Фугушки тебе, Каркушенька! Но форточку всё же закрыла, действительно дует, у меня руки мурашками покрылись.

Или это от того, что Карыч вдруг оказался позади? А-а-а-а, окошко закрывать всё же не стоило, я уверена, что через некоторое время воздух вокруг нас бесследно раствориться.

Интересно, а воздух имеет свойство растворяться? Не спрашивайте почему я это спрашиваю. Химию в школе я благополучно проспала, потому что её постоянно ставили первым уроком.

Даже если он и не растворяется, то у нас процесс знатно пошел.

Этап 1: руки Ярослава накрывают мои плечи, а кислород в свое время уменьшается на пять процентов.

Этап 2: его руки опускаются к локтям и воздуха становиться меньше на пять в степени.

Этап 3: наглые конечности оказываются на моей талии, а противный газ испаряется наполовину.

Этап 4: идет процесс…короче я не знаю, как по умному назвать его, но проще говоря, Ярослав потихоньку разворачивает меня к себе лицом.

Но в последний момент наш «эксперимент» прерывает звонок в дверь. Ну это уже по классике. В самый неподходящий момент на эту хату заявляются гости…

Видимо не судьба.

Ярослав

– Что ты тут делаешь? – даже не прошипел, а зарычал я.

– К тебе пришла, – пискляво-тоненьким голосом пропищала Алиса, так что у меня к чертям заложило уши.

Слава богам, что Василиса убежала к себе в комнату.

– Как ты вообще нашла меня? Я адрес сменил, – господи, сделайте так, чтобы эта коза обратно вернулась в свой мухосранск, а Мелкая в это время не вышла «попить водички».

– Неважно как, главная нашла, и мы снова можем быть вместе, ведь я люблю тебя.

– Что ты несешь? Какое люблю? Ты по дороге сюда головой где-то шлепалась?

Никогда не забуду то, как эта дура, когда мы с ней встречались, изменяла мне с Максимом, и то, как потом она сделала аборт.

Да, изменила и изменила, хрен с ним, но избавилась она от МОЕГО ребенка. К слову, на тот момент у одного гаденыша Максима работала голова, и он пользовался резинками.

– Ярослав, не говори так. Я действительно тебя люблю и любила тогда, когда мы встречались.

– Добровольская, – еще чуть-чуть и я выйду из себя. – Я уже не тот двадцатилетний мальчишка, которому ты с легкостью ездила по ушам. В этот бред я во-второй раз не поверю. А теперь пошла вон и забудь сюда дорогу!

– Ярослав! – снова запищала она.

– Не ори, дура! – я еле себя сдержал в том, чтобы не ударить её, хотя очень хотелось.

Я уважаю представительниц женского пола и не терплю насилия в их сторону, но эта девка, которая сейчас стоит передо мной, не заслуживает к себе нормального обращения.

– Ярослав, я всё понимаю. Я сделала тебе больно, но прошло уже больше двух лет. Давай попробуем начать всё с начала. Я тебе обещаю, что больше такого не повторится. Я изменилась, честное слово…

– Разве твое честное слово чего-то стоит? – о чем я думал тогда, когда связывался с ней? Разве тогда на её лице не было написано «я продажная шкура, не способная для серьезных отношений»?

– Прости меня, – Алиса попыталась коснуться меня, но её рука в тот же момент была отвергнута, и мне абсолютно плевать, что она со стуком ударилась об дверной косяк.

– Пошла вон отсюда!

– Ярослав, прошу тебя, не выгоняй меня сейчас. Разреши переночевать у тебя хотя бы одну ночь, – её слезы дешевая попытка вызвать у меня жалость. Если бы на её месте сейчас была какая-нибудь другая, то я естественно пустил её. А сейчас…

– Вокзалы работают ночами напролет, если ты не в курсе.

– Я боюсь туда идти на ночь. Вдруг меня там изнасилуют?

– М-да, помниться два года назад ты бы не отказалась от такой возможности.

– Ярослав, пожалуйста. Позволь на несколько часов остаться у тебя дома, а потом я обещаю, что ты меня никогда не увидишь.

Господи, дай мне сил!

– Чтоб в семь утра тобой здесь и не пахло, поняла меня?!!!

Всё же моя человечность перевесила обиду, а так, я бы не задумываясь отправил Добровольскую на вокзал, не переживая о том, что с ней будет дальше.

Закрыв за Алисой дверь, я первым делом пошел к Василисе. Проверить спит она или нет. И да, она, не переодеваясь в домашнюю одежду, лежала на своей кровати и видела не десятый, конечно, сон, но первый досмотрела точно.

– Значит так! Спать будешь здесь, – указал я Добровольской на диван в гостиной. – И не дай бог, я тебя в семь утра тут не найду! В свое село неполноценной вернешься, поняла меня?!

И не дожидаясь её ответа, поспешил скрыться у себя в комнате.

Василиса

Так хотела проснуться с хорошим настроением, но как всегда всё идет через одно место. Всё тело отекло, из-за неудачно выбранной позы для сна ночью; сама воняю так, будто всё мусорки этого района на содержимое внутри проверила; и за окном как назло вовсю шел ливень. М-да, приближающая осень дает о себе знать.

Но плохое настроение скрасила любимая мелодия звонка на телефоне, которая звучит только тогда, когда звонит папа.

– Доброе утро, пап!

– Василис, это не папа, это Аврора, – послышался в трубке голос невесты моего отца.