Чтение онлайн

Но Макс, казалось, вовсе не скучал по Эйми. Фактически они не виделись весь день, потому что в качестве своего эмиссара он использовал Дорин.

— Он хочет знать, что едят обезьяны, — сообщила Дорин при своем первом появлении из Страны Тайн, как Эйми прозвала его комнату сразу же посте того, как Макс велел Дорин никого в нее не пускать, даже свою мать.

— Откуда мне знать? — бросила через плечо Эйми. — Я всего лишь его мать.

— Растительную пищу. Они травоядные, — сказал Джейсон. — Траву трилистник.

Дорин пошла обратно в комнату, но почти сразу же снова вышла оттуда.

— Он просит картинки с изображением того, что едят обезьяны.

Едва Эйми отрыла рот, чтобы что-то сказать, ее опередил Джейсон:

— Позволь мне. — Он подошел к книжным полкам и вернулся обратно с несколькими книгами про обезьян. Одна из книг была японской.

Дорин унесла книги в комнату, но и на этот раз вскоре появилась снова, держа в руках одну из книг.

— Он говорит, что хочет много других таких книг, как эта. Я не знаю, что он имеет в виду, потому что мне они все кажутся одинаковыми.

— Японское искусство, — заметил Джейсон, вновь исчезнув между полок, и вернулся с целой охапкой книг.

— Чудной ребенок, — сказала Дорин, забирая их.

В четыре часа появилась Милдред с тремя корзинами, полными еды, и объявила, что забирает Эйми на «ленч».

— Время ленча давно прошло, — ответила Эйми, изучая оттенок краски на морде одной из лошадей, которых она пыталась изобразить.

— Ты что-нибудь ела? — спросила Милдред. Эйми не ответила, и тогда Милдред взяла ее за руку и потянул к входной двери.

— Но я…

— Одни мужчины. Они не будут работать, если есть еда, таким образом, у нас есть тридцать семь минут, чтобы поесть одним.

— Но Макс…

— Похоже, что он влюбился в Дорин, как я вижу.

Лицо Эйми исказилось гримасой.

— Долго вы следите за нами?

Милдред не отвечала, пока они не уселись в кабинке кофейного магазина, расположенного через дорогу от библиотеки, где перед ними поставили напитки.

— Я здесь всего несколько минут, но Лайза Холдинг была в библиотеке раньше, чтобы сдать какую-то книгу по аномальной психологии… Вообще-то она занимается с сыном банкира, но приносит горячую еду Рафаэлю и пришла к нему. Она-то и рассказала своей кузине, которая передала моей парикмахерше, а та сообщила мне о…

— ..обо всем, что происходит, — закончила за нее Эйми.

— Вот именно. Нам до смерти хочется знать, что происходит между тобой и Джейсоном.

— Ровным счетом ничего, действительно ничего. Все мужчины здесь так воспылали к Дорин, что вся работа останавливается всякий раз, когда она входит или выходит. Даже мой собственный сын… — Эйми помолчала, чтобы перевести дыхание.

— Ревность, — кивнув, заметила Милдред. — Мне знакомом это чувство.

— Я не ревнива. Может быть, вам всем пора перестать это говорить?

— Джейсон говорил тебе, что ты ревнива? Эйми отпила кока-колы, ничего не ответив свекрови.

— Когда Билли был ребенком, мы никогда не разлучались в первый год его жизни; потом моя сестра однажды после обеда взяла его к себе, а вечером Билли не дал мне уложить его спать. — Когда Эйми опять ничего не ответила, Милдред спросила:

— Как дела у вас Джейсоном? Он еще не сделал предложение?

Эйми ничего не сказала, опустив взгляд на только что поставленный перед нею «клубный» сандвич.

— Я знаю, для вас это просто игра, но я не хочу повторять ошибку, которую допустила в прошлый раз.

— Ты не хочешь поговорить со мной? — мягко спросила Милдред. — Я — хорошая слушательница.

— Я хочу как следует узнать Джейсона. Хочу проводить с ним время. Когда я вышла замуж в первый раз, я совершила большую ошибку и не хочу ее повторять.

Она смотрела на Милдред умоляющими глазами. Ей хотелось с кем-то поговорить, но она слишком хорошо знала, что эта женщина была матерью Билли.

— Я не хочу думать о том, на что будет похожа моя жизнь, если я по-прежнему буду считаться женой Билли. И немногое из того, что мне известно о Джейсоне, это то, что он хороший лжец. Он лгал мне, говоря, что он гей, лгал о том, почему хотел остановиться у меня, и о том, почему ему нужен дом. Фактически все, что я знала о нем, было ложью. — Эйми перевела дыхание. — И вот теперь мне говорят, что он искал меня два года, но что он в действительности знает обо мне, о моем сыне? И что он за человек на самом деле? Может он выкинуть какую-нибудь шутку, вроде той, которую он однажды уже сыграл? Милдред улыбнулась Эйми и сказала:

— При таких деньгах, как у Джейсона, кого волнует его чувство юмора?

— Меня. Меня и вашего внука.

— Ты женщина, которой трудно угодить.

— Нет, просто я хочу на этот раз поступить правильно. На этот раз я должна думать о мужчине, который будет хорошим отцом моему сыну. Я не хочу, чтобы Макс привязался к человеку, который его покинет, если что-то не заладится.

— Ты повзрослела, правда? — улыбнулась Милдред.

— Может быть. За последние два года я, как мне кажется, сумела понять, кто я такая и на что способна. Если понадобится, я сама смогу позаботиться и о себе, и о своем сыне. Фактически могу сделать нашу с ним жизнь вполне сносной. И горжусь и счастлива тем, что осознала это.

Милдред дотронулась до руки Эйми.

— Я рада, что ты не гонишься за мужчиной из-за его денег. Так расскажи мне о Джейсоне и Дорин. Расскажи мне все.

Было уже почти шесть часов, когда Эйми вернулась в библиотеку, где ее встретил разъяренный Джейсон.

— Ты каждый день будешь тратить на ленч два часа?

— Если мне так захочется, — глазом не моргнув ответила Эйми.

— Она разговаривала по телефону со своим любимым женихом, — заявила Милдред. — Любовь требует времени. Я думаю, что ему удастся навестить ее на следующей неделе.

Джейсон еще более помрачнел.

— Впредь, пожалуйста, занимайся личной жизнью в свободное от работы время. А теперь не приступить ли нам к работе?

Эйми взглянула на свекровь, не зная, то ли принять за шутку ее слова, то ли рассердиться на нее.

Милдред, казалось, не чувствовала двусмысленности ситуации.

— Не беспокойся, — сказала она, — ты еще скажешь мне спасибо. — С этими словами она повернулась и ушла из библиотеки.

Эйми снова взялась за работу и работала вплоть до великолепного обеда, который принес Чарльз.