Чтение онлайн

Летом 1937 года Япония приступила к вооруженному захвату Китая. 7 июля подразделения 5-й смешанной бригады генерала Кавабэ напали на китайский гарнизон, расположенный в 12 километрах юго-западнее Бэйпина. Личный состав гарнизона оказал врагу героическое сопротивление. Спровоцированный японцами инцидент послужил поводом для начала очередного этапа войны в Китае, войны более широкого масштаба.

Итоги боев показали, что, несмотря на слабое техническое оснащение армий Китая и отсутствие у него военно-морского флота, японцы не смогли осуществить задуманную ими идею «одноактной войны». Правящим кругам Японии приходилось считаться и с возрастающим недовольством собственного народа, и с антивоенными настроениями в армии. Огромные экономические и внутриполитические трудности правительство Японии решило преодолеть путем «чрезвычайных мер»: установления полного военного контроля над экономикой, ликвидации всех демократических свобод и организаций, введения системы фашистского террора против трудящихся.

Кабинет Коноэ, который представлял реакционную военщину и монополистический капитал, намеревался разрядить внутриполитическую обстановку в стране развязыванием военных действий на советской границе. Согласно оперативному плану «Оцу» на первом этапе боевых действий против СССР предусматривался захват Уссурийска, Владивостока, Имана, а затем Хабаровска и Благовещенска. Одновременно намечалось вторжение в Монгольскую Народную Республику.

В марте 1938 года в Японии был принят закон о всеобщей мобилизации, который, как признал позднее, на Токийском процессе, бывший премьер-министр Японии Окада, служил целям подготовки к войне с СССР. Срок службы в Квантунской армии был продлен на год. Как грибы выросшие в Маньчжурии казармы могли принять 1,5 миллиона солдат, то есть около 70 дивизий; три четверти этих казарм были построены вблизи советских границ.

Готовясь к вооруженной агрессии в советском Приморье, японцы провоцировали бесчисленные пограничные инциденты. За три года (1936–1938) на границе СССР и захваченной японцами Маньчжурии было зафиксировано 231 нарушение, из них 35 крупных боевых столкновений. В советских территориальных водах участился хищнический лов рыбы. Если в 1936 году было задержано 21 японское судно, в 1937-м — 77, то в 1938-м японцы бросили на незаконный промысел 1500 судов под прикрытием военных кораблей (не менее двух дивизионов эсминцев, двух десятков разведывательно-дозорных шхун и несколько подводных лодок).

В январе 1937 года японцы захватили советское судно «Терек», потерпевшее аварию во время шторма. Его экипаж, арестованный по обвинению в самовольном заходе в японские территориальные воды якобы со шпионскими целями, был подвергнут допросам и пыткам. 20 февраля 1938 года был задержан пароход «Кузнецкстрой», который шел с коммерческим грузом. Такая же участь постигла советский «Рефрижератор № 1», катер «Отважный». Японцы выключили маяк на Камне Опасности в проливе Лаперуза, что привело к гибели парохода «Сучан». Неспокойно было на участках Турий Рог и у озера Ханка, Полтавского и Гродековского укрепленных районов, на реке Амур — в районе городов Благовещенск и Хабаровск.

19 июля 1938 года группа японских фашиствующих молодчиков совершила хулиганский налет на здание советского полпредства в Токио.

Словом, опасность войны с каждым днем нарастала. Для советского народа было ясно, что японские милитаристы не успокоятся. Ведь в то время не менее грозн

ая опасность нависла над нашей страной и с Запада, со стороны фашистской Германии, военный потенциал которой возрастал невиданными темпами. Более того, гитлеровцы уже приступили к практическому осуществлению своих агрессивных планов.

Австрия и Чехословакия стали первыми жертвами фашистской Германии в Европе. Гитлер не скрывал, что «ничто не удержит» его от нападения на Россию. Победа над нею, по его убеждению, откроет немцам «ворота к длительному господству над всем миром». Конечно же, такая позиция фюрера очень устраивала крупных промышленных и финансовых магнатов Германии, которые спали и видели конец социалистического строя в Советской России, стремились поработить ее народы, а главное — заполучить природные богатства Украины, Кавказа и Урала.

Агрессивные планы Гитлера устраивали также и империалистов США, Англии, Франции, Италии. Рассчитывая на ликвидацию завоеваний Октября в нашей стране руками фашистов, они надеялись одновременно отвести угрозу со стороны Германии от собственных колониальных владений, приостановить наступление немецких монополий на мировом капиталистическом рынке. Именно поэтому правители крупнейших буржуазных стран умышленно подталкивали Германию и Японию к войне против СССР.

Советский Союз со своей стороны твердо и неуклонно проводил политику мира, последовательно боролся за мир и коллективную безопасность, за создание единого фронта миролюбивых держав и оказывал поддержку народам, ставшим жертвами агрессии и боровшимся за независимость своей родины. Перед лицом военной угрозы наша страна продолжала уделять большое внимание и укреплению своей обороноспособности.

Советский Дальний Восток в то время развивался бурно. В уссурийских дебрях, на берегах Амура, на самых дальних наших морских островах звучали задорные комсомольские песни, перестук топоров и звон пил. Край обновлялся, развивался и молодел. На Дальнем Востоке строилась десятки крупных промышленных предприятий, росли новые города и поселки. Вся страна говорила и пела о Комсомольске-на-Амуре, городе, первый кирпич в основание которого заложил легендарный В. К. Блюхер. Тысячи молодых энтузиастов ехали к берегам великого Тихого океана осваивать новые земли.

Партия и правительство делали все возможное для того, чтобы надежно укрепить оборону Дальнего Востока. Оживленно развивалась сеть автомобильных и железных дорог. В 1932 году был создан Тихоокеанский флот, постоянно росла боевая готовность Особой Краснознаменной Дальневосточной армии.

Немало сил и таланта для усиления боевой мощи ОКДВА приложил Маршал Советского Союза В. К. Блюхер. Он требовал от подчиненных в совершенстве овладевать техникой, которой на основе индустриализации оснащалась армия, эффективного применения боевых машин в условиях сложных форм боя.

Как полководец ленинской школы, он считал, однако, что при всем громадном значении техники судьбу обороны будут решать люди. ОКДВА была предназначена не для захватов, а защищала власть трудового народа, его интересы. Сам выходец из крестьян, маршал горячо любил бойцов, знал пути к их сердцам, знал, что каждый из них, как и он сам, не пощадит ни крови, ни жизни для блага социалистической Отчизны.

В. К. Блюхер понимал, что над Дальним Востоком нависла угроза военной агрессии. «Наблюдая военные мероприятия японского империализма, — говорил он на XVII съезде партии, — мы не могли и не можем остаться к ним безучастными… Мы крепко, на замок запираем наши границы… Воевать мы не хотим, но если нас заставят, вынудят, то Особая Краснознаменная Дальневосточная Красная армия — от красноармейца до командарма, как беззаветно преданные солдаты революции — под непосредственным руководством Центрального Комитета партии ответит таким ударом, от которого затрещат, а кое-где и рухнут устои капитализма».

Командующий ОКДВА на расширенном заседании Хабаровского крайисполкома 5 марта 1936 года отмечал, что «непрерывное военное строительство в захваченной у Китая японскими империалистами Маньчжурии заставляет советский народ быть особенно бдительным, особенно зорким». «Ради чего японские империалисты тратят огромные средства. в Маньчжурии?» — спрашивал полководец и отвечал: «Совершенно очевидно, что по ту сторону, наших границ идет интенсивная подготовка плацдарма. для нападения на Советский Союз». «Быть в полной боевой готовности!» — призывал, исходя из грозной обстановки, командарм личный состав ОКДВА и настойчиво обучал войска тому, что требовал современный бой. Он проводил одно за другим тактические учения войск, делая из, их опыта необходимые выводы. Особенно большое внимание уделял боевой учебе танкистов, которые в случае войны должны были играть важную роль.