Чтение онлайн

– Показатели нестабильны, есть воспалительный процесс, – поправив накинутый наспех халат, машинально произнесла я.

– Но… это удивительно. Это чудо, каких никогда не бывало.

– Значит, я-чудо? – ехидно проурчал он.

– Я не это имею в виду. То, что произошло с тобой… это чудо, – поставила нахала на место.

– Удивительно что? Что я не сдох? Я же просто упал.

– Так умер мой брат, – выдавила из себя. Он сразу замолчал, осознавая всю серьёзность. – Да, не героическая смерть, – улыбнулась я.

– Какая бы она не была – это всё равно одно… забвение… конец жизни и за ней ничего нет.

– Скажи… – Вдруг повернулась к нему. – Что помнишь? Что видел?

– Ничего. Там нет ничего, только пустота. Забудь про весь бред, который тебе говорят и про который ты слышала. Ничего нет. – Его голос низок, отстранён. Он будто пытается найти что-то в чертогах своей памяти, но не может ухватиться за нить.

– Когда я умру… – запнулась, стараясь подобрать слова. – Ничего не будет по ту сторону?

– Мои мысли метались, я тонул в какой-то жиже, понимая, что скоро скончаюсь, но тут ты вытащила меня, – он звучно хмыкнул, потирая переносицу, помялся с ноги на ногу и вновь встал в позу Наполеона. – И вот я здесь.

Мужчина описывает всё так просто и легко, что ему нельзя не поверить.

– Подойди ко мне, – властно произнёс он. – Пожалуйста.

Без доли сомнений поднялась и направилась к нему. Сознание в тумане. Это будто наваждение. Мышцы не слушаются меня. Его строгий бас управляет мной, хочется делать всё, что он мне прикажет.

Парень протянул руку, желая нащупать меня. Его немного грубоватые пальцы коснулись моей ладони. Кирилл взял её и чуть притянул. Я вздрогнула. Его вторая легла на мою талию, он сжал её. Подтянув к себе, Подопытный стиснул меня в своих объятия. Я опешила. Огонь прошёл по моим венам, а по телу растеклась дрожь.

– Что ты творишь? Обещал ведь…

– Ты вкусно пахнешь, – перебил он. – Я узнаю этот запах из тысячи похожих. Странно, правда? – процедил, зарывшись носом в мои пшеничные волосы. – Прости, что навязчив. Просто, после тьмы… После почти полного беспамятства, я уловил и почувствовал тебя. – Я ощутила себя виноватой. Ведь он пробыл один в кромешном мраке всё это время. И только я оказалась рядом. – Ты даже не представляешь, как это. Я чуть не сошёл с ума. И когда услышал тебя… – неожиданно он осёкся. – Тебе не понять. Извини, я отстану от тебя, честно. Как только приду в нормальное состояние.

– Тебе легче рядом со мной? Это какая-то форма привязанности? – анализирую я.

"После смерти он привязался к первому, кто был рядом? Как цыплёнок, который считает мамой того, кого сразу увидел?"

– Я постараюсь больше так не поступать.

Незнакомец отпустил меня, но я не отошла. Я прижимаюсь к его массивной груди, слыша отчётливые постукивания.

– Сердце бьётся… – прошептала, до сих пор не восстановившись от шока.

Подняв взгляд, посмотрела на Кирилла. Его глаза прикрыты повязкой. Плотная тёмная небритость, чуть пухловатые вишнёвые губы, острые скулы. Этот мужчина может похвастаться своей обаятельностью и красотой. Кажется, он прекрасно о ней знает и хорошо ей пользуется.

Хам настойчиво скользнул по моим запястьям, плечам, ключицам, шее. Обхватил мою голову, поглаживая грубоватыми пальцами раскрасневшиеся щёки.

–Твои болотно-голубые сейчас внимательно смотрят на меня, да?

– Да.

– И как я выгляжу? Я помылся, почистил зубы и привёл себя в порядок, между прочим.

– Будто это имеет значение, – расплылась в улыбке, которая затронула глаза.

– Для меня важна каждая мелочь. Понимаешь? Любая. Даже для тебя незначительная.

Отчего-то он стал мил, не настырен, вежлив.

– Ты прекрасен для того, кто только недавно чуть не загремел в ящик.

По моей щеке покатилась одинокая слеза, уста чуть приоткрылись. Парень дрогнул, когда ощутил на своей коже влагу.

Он наклонился ко мне так близко, что я почувствовала его горячее дыхание на себе.

– Да что это со мной? Я очнулся несколько часов назад, но чувствую себя живее, чем когда-либо. – Всё его тело напряглось, он снова грубо выругался. – Я же не скончался? Я жив? Ты настоящая? Скажи, что ты не галлюцинация! – настаивает он.

– Я… реальна… – прошептала, пока один за другим поток слёз касается его пальцев.

– Тогда почему плачешь?

– Ты ещё можешь умереть, – выдавила из себя.

Мужчина звучно сглотнул.

– Спасибо за честность.

Его губы еле заметно обожгли мои.

"Что происходит?" – Вопросы вереницей крутятся. – "Он не реален. Может, это я умерла. Он точно не обычный человек, но тогда кто?".

Уста ласково накрыли мои без доли похоти и желания. Будто бы в благодарность за спасение. Он сделал это так, будто я самый родной человек и другого уже не будет. Я уловила пряный аромат сандала и корицы. Тая в этих крепких объятиях, неосознанно сжала мятую футболку на нём.

Приоткрыв рот, он углубил свой поцелуй, сдавив мою голову в своих руках ещё сильнее. Незнакомец скользит по мне. Но теперь он прежний. Снова настойчивый, наглый, напористый. Из его гортани послышалось рычание. Он прижимает меня к себе всё ближе, заставляя терять рассудок.

– Я же просила тебя. Не надо… – произнесла, еле дыша, чуть оторвавшись от него. Душа переворачивается, по коже проходят электрические разряды, горло перекрыло.

Стиснув его лапы, убрала их и отошла. Кирилл печально улыбнулся.

– Хочу лечь, – прохрипел он.

Мы дошли до кровати. Он сел, облокотился на спинку и замер, будто думая о чём-то.

Выйдя из спальни, завернула на кухню и закрыла за собой дверь. Свет загорелся. Я подошла к плите и включила её, после достала продукты из холодильника.

Тело колотит. Делаю всё на каком-то автомате. Мысли путаются, а сознание туманится. Хочется вопить, но я не могу. Лишь беззвучное мычание вырывается из моих лёгких.

– Какое странное чувство… – Взяв из больничного халата пачку сигарет, вытащила оттуда одну и зажала губами. В комнате раздалось чирканье зажигалки и через секунду её заволок смог. – И что делать с этим хамом? – Яд проникает в бронхи. Я мечтала об этой смертоносной дозе целый день.

Через некоторое время, затушив окурок, собрала овощи, желая приготовить вкусный ужин. Но мысли вереницей путают меня.

С детства я всегда была одна. Родители умерли. На тот момент мне было всего пять лет. Я осталась с братом. Тогда я стала исследовать человеческое тело. Коля всегда поддерживал мои начинания, хоть и детские, глупые. Но когда и он покинул нас, для меня всё потеряло смысл, и я впала в тяжелую депрессию, из которой меня вытащил мой приёмный отец. Только Алес, мой отчим, придал мне уверенности и убедил, что надо продолжать работу. Он предоставил мне для этого должное образование. Дал мне возможность заниматься исследованиями, добиваясь успеха на своём пути. Под всё это он выделил отдельное крыло и в подчинение всего троих человек. Этот мужчина будет верить в меня всегда.