Чтение онлайн

Я тут же заперла дверь, отошла на пару шагов, рассматривая ее, словно Граф мог через нее просочиться. Успокоившись, что ничего подобного не случилось, я подошла к кровати, погладила покрывало и села. В голове был сумбур. «Комната королевы!» пронеслись в памяти его слова. «Ты достойна стать королевой»! – также легла на нее фраза, прозвучавшая в моей голове во время трапезы. Что это все значило? Имеет ли это какой-либо смысл? И что это было, когда я словно выпала из реальности. Я тяжело вздохнула, встала и пошла в ванную комнату. Здесь тоже все было по-королевски. Огромная ванная, шкафчик, повисшая между ними раковина с двумя отделениями для банных принадлежностей. Напротив располагался такой же белоснежный унитаз. Стены, как это ни странно, были белыми, но я не смогла разобрать материал. Я открыла шкафчик и нашла там махровое полотенце. Можно было принимать ванну. Настроив температуру, я разделась и опустилась в горячую воду, которая успела покрыть две трети глубокой ванной. Тепло постепенно обволакивало мое тело по мере заполнения ванны. Я заставляла себя расслабиться, но мозг не хотел повиноваться. «Я сам выбрал для вас комнату» – пронеслось в моем воспаленном мозгу. Но когда он мог это сделать? Все время он просидел за столом. Девушками повелевал издалека, не приближаясь к ним и ничего не шепча на ухо. Я не слышала, чтобы он распорядился насчет выбора комнаты для меня. И почему такое особое отношение ко мне? Понимаю, если бы он уделял особое внимание маме, которая чуть в рот ему не заглядывала, когда он говорил. Но я, взбунтовавшаяся против него, зачем ему сдалась? Почему он показывает свое расположение ко мне? Или он не любит получать негатив к своей персоне и старается поменять мнение о нем в лучшую сторону или… я даже не знаю, что еще можно подумать или просто не хочу допускать иные мысли! Вода набралась до необходимой мне отметки, и я выключила кран. По ванне расходился пар. Зеркало совсем запотело. Я чувствовала, как сон начинает одолевать меня. Тогда я решила вылезать.

Глава 7. Загадка Дрэкула

Ночь прошла без происшествий. Мне даже снились приятные сновидения. Так что проснулась я в хорошем расположении духа. Меня даже посетили мысли, что я зря так напустилась на добродушного хозяина. Я встала, умылась и стала изучать комнату. Шкаф был необычно большой. Я открыла одно из отделений, там на вешалках висело три платья. Вынув их, я подошла к зеркалу и начала прикладывать по одному, любуясь отражением. Одно было белое, легкое, нежное, словно крылья ангела. Второе – кроваво красное. Настолько сильные оно вызывало ассоциации, что я тут же отбросила его на кровать. Третье – черное, без рукавов, оно шло по фигуре, имело глубокий вертикальный вырез на ноге. Но все они были далеки от моего стиля– унисекс. Я повесила их на место и открыла следующее отделение. Здесь были полки. На них лежали две пары черных брюк и три кофты. Одна, как футболка, с коротким рукавом, вторая – с небольшим шлейфом, третья – теплый свитер-стрейч.

– Вот это бы меня устроило, хотя все черное, мрачное, в духе Графа, особого желания одевать его у меня вещь не вызывает. Интересно, кому это все принадлежало? – спросила я сама у себя. Сама же ответила, что не имею понятия и, сложив все, принялась открывать еще одно, последнее отделение. Наверное, оно больше всего меня удивило – полки, полные книг. Я стала рассматривать их. Все они были на моем языке. Довольно странно. – Нужно спросить о них у Графа.

Я завершила осмотр шкафа, застелила кровать и решила, что на сегодня открытий достаточно. Выйдя в коридор, он мне уже не показался настолько мрачным, как вчера вечером, я пошла в сторону гостиной. Но тут, откуда ни возьмись, передо мной материализовался слуга Дрэкула. Я вздрогнула. А он лишь смиренно опустил голову.

– Что-нибудь желаете, госпожа?

– Нет, спасибо!

Он поклонился и пропустил меня, приглашая пройти по коридору в сторону лестницы жестом вытянутой руки. Я кивнула и двинулась вперед. И что хозяин делает со своими слугами, что они ведут себя так подобострастно? Я вышла на лестницу и увидела, что внизу меня дожидается Граф.

– Вы рано, госпожа!

– Пожалуйста, не называйте меня так. Мне это не нравится, – сказала я, спускаясь вниз.

Он неожиданно быстро оказался рядом со мной, преодолев ступени, казалось, в два прыжка.

– Как прикажете вас называть?

Он подал мне руку. Я замялась, но не решилась отказать. Все же он подготовил хорошую комнату. Не нужно напоследок оставлять о себе плохое впечатление, а я надеялась, что наше общение закончится именно сегодня.

– Алена, называйте меня Алена!

Я снова столкнулась с его глазами. Сейчас их чернота была особенно заметна, когда свет прорывался из щелей занавешенных окон. Да и он находился в непривычной ко мне близости. Чернота тут же сменилась другим цветом, не менее страшным. В черных зрачках снова разгорелось неясно откуда взявшееся пламя, но я, на этот раз, никак на подобный фокус не отреагировала. Меня заставляла держать себя в руках мысль о нашей скорой разлуке. Он лукаво улыбнулся.

– Я рад, что вы сегодня в хорошем расположении духа. Отдых пошел вам на пользу.

Я тяжело вздохнула и отвернулась от собеседника. Мы продолжили путь. Он держал мою ладонь в своей, согнутой в локте, покрытой черной тканью руке. Мою грудь сдавливало непонятное чувство тяжести. Но я продолжала медленно спускаться вниз. Этот путь мне казался вечным. Я взглянула на Дрэкула. Он горделивой неспешной поступью продвигался вперед. В его фигуре было нечто величественное, но одновременно еще ощущалось довольство сложившейся ситуацией. Казалось, что он рад моему сопровождению. Если бы он был моложе (думаю, ему было около 36 лет), и нас с ним связывали бы общие интересы, да и вообще, если бы мы встретились не накануне днем, то я бы подумала, что я для него не просто гостья, что у мужчины на меня совсем иные планы, чем приютить случайного путника. Он повернулся, и я резко убрала взгляд, вперив его прямо перед собой. Мы спустились с лестницы и повернули в сторону гостиной. Иногда мне казалось, что он не идет, а плывет рядом со мной. Мои фантазии порой сводили мой разум с ума. «Я явно перечитала ужастики» – подумала я. Мы зашли в зал. Здесь тоже все было занавешено, поэтому он щелкнул пальцами, чтобы включить люстру.

– Почему вы не откроете окна? Не экономите на электричестве? – пошутила я, когда он развернулся передо мной и заключил свое внимание на моем лице.

– Я могу позволить себе эту роскошь!

Он держался спокойно, без тени насмешки. Его глаза еще больше зажглись красным пламенем. Он взял мою руку в свою. Холодные пальцы водили по моей белой коже, хотя в сравнении с ним, она показалась довольно смуглой. На пальцах у него было много колец с огромными камнями, в том числе и на безымянных.

– Так у вас есть супруга? Я вижу обручальное кольцо, хоть и несколько нетрадиционного плана.

Он перевел взгляд с моей руки на лицо, изучая каждый его сантиметр. Мне было не по себе от такого неподдельного интереса.

– Супруга? Я мечтаю о нежной воспитанной девушке, что смогла бы разделить мою жизнь, наполнить ее смыслом, теплом. Я бы даровал ей все свои сокровища, осыпал бы ее подарками, любовался бы ею, как самым драгоценным из камней.

Я нервно сглотнула и не без труда вынула свою руку из его цепких лап. Он спокойно опустил руки вниз, но не сменил своего взгляда.

– А как же платья в шкафу? Они же кому-то принадлежали? Не могут ведь они висеть в ожидании чуда, – я тут же смутилась. Выражение было подобрано неуместно. Чудо – в понимании многих, феномен редкий, почти невозможный, поэтому выражение типа «надеяться на чудо» в отношении обретения им супруги могло быть воспринято как оскорбление. В какой-то мере неловкая фраза, вылетевшая по нелепой случайности из моих уст, свидетельствовала о моем негативном мнении в сторону Дрэкула, но мне не следовало высказывать его столь откровенно. – Простите, – поспешила исправиться я, – я немного неправильно выразилась. Просто такая смелая покупка… Вы ведь не знаете параметров вашей будущей супруги!

Я снова попыталась пошутить и вновь наткнулась на стену. На его лице ни один мускул не дрогнул. Он совершенно серьезно ответил на заданный вопрос:

– Отчего же не знаю? Вам бы оно было в пору.

Внутри все похолодело. Я судорожно обернулась на дверь и попыталась найти в ком-нибудь содействия, но там никого не было. «Где они, черт побери, пропадают» – выругалась я про себя.

– Скорей всего, они все еще заботятся о своем утреннем туалете, – ответил, подошедший с левого боку Дрэкул. Только вот вопрос не был задан. У меня возникло непонятное опасение, что он способен читать мои мысли. Но я его тут же отвергла. Этого не может никто из людей. Просто вопрос, прозвучавший в моем мозгу, был слишком очевиден.

– Да, думаю, вы правы.

Я подошла к окну и распахнула одну его половину. Внезапно, я услышала, как Дрэкул метнулся в сторону, одновременно закричав:

– Что вы делаете? Немедленно закройте! Закройте окно! Я здесь хозяин! Я распоряжаюсь всем! И никто иной!

Я обернулась на него. Мне стало не по себе. Вместо симпатичного благородного мужчины на меня смотрел монстр. Его брови сдвинулись, нос покрылся морщинами, а губы искосились в ужасной злобе. Мне показалось, что он вот-вот набросится на меня. Я тут же развернулась и задернула штору назад. Я вновь обернулась на Графа, тяжело глотая воздух от возникшего в душе страха. Как загнанная в угол добыча, я наблюдала за хищником, пусть передо мной снова стоял полный величия и красоты хозяин поместья. Я не выпускала из руки кончик занавески. Не знаю, каким образом, но мне казалось, что она спасет меня в случае опасности. Он шагнул ко мне, и я тут же плотнее прижалась к занавескам. Дрэкул отступил.