Чтение онлайн

— А это не так?

Джералд усмехнулся и покачал головой.

— Нет, конечно. Но твоя бабушка не соглашалась подписывать договор с компанией об аренде до тех пор, пока Эрвин не дал ей роль в фильме. Он был уверен, что она обречена на провал, но полагал, что всегда сумеет вырезать сцены с ее участием. Сейчас для нее сочиняют дополнительные сцены.

Кэрол опустила голову.

— Стыдно признаться, но я думала примерно то же самое. Только Хосе верил в нее.

— Ты ошибаешься. Тэда сама верит в себя достаточно, чтобы вложить все свои силы в эту роль. Я восхищаюсь ею.

Если он действительно так восхищается Тэдой, удивленно подумала Кэрол, почему он пришел в такое бешенство, когда узнал о ее отъезде в Лас-Вегас с его отцом? Нужно наконец это выяснить.

— Они с Келвином прекрасно провели время в Лас-Вегасе, — сказала она. — Я стараюсь примириться с тем фактом, что моя бабушка не только вдова дедушки Лайла, но и по-прежнему очень привлекательная женщина. Почему бы ей не развлечься в компании с мужчиной, который ей нравится?

— Ради Бога, если только этот мужчина не мой отец.

— Но почему? Ты можешь мне это объяснить?

Джералд нахмурился.

— От него лучше держаться подальше.

— Нельзя ли узнать подробности? В чем тут дело?

— Тэда не глупа, наверняка она уже успела догадаться. Я подозреваю, что именно поэтому она вернулась обратно без него.

— Но она ведет себя так, словно бы все прошло замечательно. Она похожа на… на школьницу, у которой впервые в жизни появился приятель.

— Только похожа. Но ты ведь уже имела возможность убедиться, что Тэда прекрасная актриса.

Кэрол в упор взглянула на него.

— Думаю, что ты не прав. Она выглядит по-настоящему счастливой.

— Но для ее же безопасности лучше будет полагать, что я прав. Когда Келвин вернется, я все выясню. Тогда ты увидишь. А поскольку до завтра ничего не произойдет, давай пока оставим старших в покое.

Кэрол поняла, что он не собирается больше говорить об этом, и решила подыграть ему, сама сменив тему:

— Зейно не выпускали из конюшни два дня, так что сейчас его будет трудно удержать.

Джералд улыбнулся.

— Думаешь, я не справлюсь с этим чертовым гнедым?

— Просто дружеское предупреждение.

Они вывели из кораля Сомбриту и гнедого. Джералд тихонько разговаривал с Зейно, пока седлал его, потом дал ему что-то съесть.

— Лучше не давай ему сахара, — предупредила Кэрол.

— Я похож на человека, который кормит лошадей сахаром?

— Ты похож на человека, от которого всего можно ожидать.

— Ты путаешь меня с Хоакином Мурьетой. Я просто скромный выпускник актерского колледжа, который честно пытается зарабатывать свои фунты… или доллары, как на этот раз.

— Скромный! Держу пари, что до самых кончиков ногтей на пальцах ног в тебе нет ни капли скромности.

— Я не собираюсь демонстрировать пальцы ног кому бы то ни было, хотя для тебя буду рад сделать исключение. — Улыбка, сопровождающая эти слова, придавала им почти непристойный смысл. — Я готов даже раздеться полностью. В научно-исследовательских целях, разумеется.

Кэрол вдруг представила себе Джералда, осуществившего это намерение. По ее телу пробежала дрожь возбуждения, когда она вообразила, как опускает руки на обнаженные плечи Джералда и перебирает кончиками пальцев темные волосы на его груди. А потом…

Она слишком поздно заметила его насмешливый взгляд. Покраснев, она постаралась придать своему лицу безразличное выражение и занялась упряжью Сомбриты. Когда работа была закончена, Кэрол легко вскочила в седло.

— Ну что, поехали? — спросила она, когда Джералд в свою очередь оседлал Зейно.

Он торжественно склонил голову.

— Я последую за вами куда угодно, прекрасная леди.

Кэрол улыбнулась, но невольно подумала о том, как часто он очаровывает других женщин с помощью этих слов. В конце концов, то, что он сказал ей по поводу Тэды, можно отнести и к нему: игра — его профессия. Но играл он сейчас или нет, все равно его слова доставили ей удовольствие. Ей хотелось верить ему.

— На что ты хотел бы взглянуть в первую очередь? — спросила она. Взгляд Джералда оценивающе скользнул по ней, и она поспешно добавила: — Я имею в виду, на ранчо. Апельсиновые рощи? Пастбища?

— Я рассчитываю на экскурсию по полной программе. Мне не хотелось бы что-нибудь пропустить, включая нематоды и ветряки.

Кэрол с трудом верилось, что Джералда до такой степени привлекает «Харт-вей». Скорее всего, он заскучает еще на полпути, сказала она себе, поворачивая Сомбриту в сторону ближайшей рощи.

— А ветряки автоматизированные? — спросил он, когда они проезжали вдоль стоящих ровными рядами деревьев. Апельсины, еще зеленые в это время года, висели среди глянцевых листьев.

Кэрол посмотрела на механизмы, напоминающие ветряные мельницы, которые через равные интервалы возвышались над деревьями.

— Они имеют температурный контроль и могут быть приведены в действие путем понижения температуры. Но ими можно управлять и вручную. Ветряные потоки, которые они создают, предотвращают образование кристалликов инея, замедляющих созревание фруктов. А вообще цитрусовые деревья могут без всякого ущерба выдерживать достаточно низкую температуру, до двадцати восьми градусов по Фаренгейту. — Кэрол говорила с возрастающим энтузиазмом. — Ветряки гораздо лучше, проще и безопаснее для окружающей среды, чем дымовые трубы. Раньше нам приходилось их использовать.

— Да, Хосе мне говорил, что помнит огромные завесы грязного дыма, которые заволакивали небо над «Харт-вей» во время заморозков. Тогда повсюду стояли эти дымовые трубы. Они отравляли всю округу, — сказал Джералд и, помолчав, добавил: — Наверное, когда ветряки включаются все разом, они гудят, как самолеты начала века, которые долго разогревались, перед тем как оторваться от земли?

Кэрол покачала головой.

— Нет, у них звук более мягкий. Когда я была маленькой, я засыпала под шелест их крыльев. У меня было такое чувство, что они защищают меня и всех остальных в «Харт-вей», а не только апельсиновые деревья.

— Это ранчо много значит для тебя, не так ли?

— Я одна из клана Хартов. Это вся моя жизнь.

Джералд кивнул, но Кэрол сомневалась, что он до конца понял ее. Она хотела сказать, что до такой степени сроднилась с этой землей, что ощущала бы себя неполноценной, оказавшись где-нибудь еще. Но, слава Богу, он не смеется над ее привязанностью к ранчо, как это делали ее подруги в колледже. И Дэвис. Почти машинально она направила Сомбриту к своему любимому месту — самому высокому холму во всей округе. До сих пор она никого туда не приводила, никогда не стояла на вершине ни с кем, кроме своего отца. Он говорил ей, что этот холм очень любил и дедушка Лайл.