Чтение онлайн

Пёс снова заскулил и тихо тявкнул. Принцесса хихикнула.

— Конечно я помню твои старания. Феи разбросали пыльцу по небу, чтобы получилось моё имя. А королева Морин испекла мой любимый яблочный пирог, только ты не сказал ей, что стащил эти яблоки из сада Рапскуллио, — она протянула руку и рассеянно потрепала Фрампа по голове. — А помнишь, как я приготовила тебе печенье на день рождения, но они все сгорели у меня в печи, и ты всё равно съел их до последней крошки, потому что не хотел меня расстраивать?

Он подобрался к ней поближе, остановившись у изголовья, и лизнул принцессу в щёку. Она густо покраснела.

— Ты всегда был добр ко мне, Фрамп, — прошептала Серафима. — И почему я прежде не замечала этого, до твоего исчезновения?

Фрамп тихо заскулил, и она покачала головой.

— Мне неважно, как ты выглядишь. И так было всегда, ты же знаешь. Ведь это ты оставлял тапочки у моей кровати, и готовил мне завтрак, и убирался в моём шкафу, и стирал мои вещи. Ты пёс. Ну и что же? Благодаря тебе я чувствую себя принцессой, как и хотела.

Наверное, мне не следовало подслушивать, но я, не удержавшись, улыбнулась. Они походили на нас с Оливером, когда он по-прежнему был заперт на страницах сказки, и я часами болтала с ним, лёжа на кровати. Любой бы другой подумал, что это было похоже на разговор со стеной, но мы знали лучше.

Я заснула под стук хвоста Фрампа по кровати, под звук истинного счастья.

???

Едва только забрезжили лучи рассвета, как я проснулась от оглушительного сопрано.

— Здравствуй, здравствуй, новый день… Разгоняй скорее тень… Пусть все птички прилетят… Ведь они уже не спят!

Я с трудом разлепила глаза и увидела, что Серафима танцует — в прямом смысле слова — по комнате.

— Это ещё что такое? Полседьмого утра. Воскресенье.

— О, доброе утро, служанка. Я просто приветствовала новый день! — она порхнула к окну и прижала ладони к стеклу. — Какое чудесное утро!

Я закрыла ухо подушкой.

— Ещё ночь на дворе. Иди спать, Серафима. Повторим то же самое через четыре часа.

— Ты неправа. Леди встаёт вместе с солнцем…

Серафима присела за мой стол, заставляя свой голос то подниматься до самых высот, то опускаться на самые глубины. Кажется, это самые раздражающие звуки на свете.

— Что. Ты. Творишь? — прорычала я.

— Если я не разомнусь, то как я, по-твоему, буду петь весь день?

— Я не хочу, чтобы ты пела весь день! — завопила я.

Фрамп заворчал в ответ на мои вопли, а Серафима кивнула.

— Знаю. От неё действительно слишком много шума.

— От меня слишком много шума, — повторила я.

Она приподняла водопад своих светлых волос и рассыпала их по плечам.

— Мне бы хотелось косу, уложенную в пучок. Можешь даже вплести цветы.

Я выбралась из мешка и взялась за её волосы.

— Сойдёт и конский хвост, — ответила я.

— Это абсолютно недопустимо, — заявила Серафима. — Я скажу Оливеру, что от тебя толку, как от конюха. Если бы ты работала на конюшне, было бы больше пользы.

Ну хватит. Я было потянулась к Серафиме, намереваясь хорошенько вздуть лентяйку, но Фрамп схватил меня сзади за футболку и оттащил назад.

Серафима распахнула окно и высунулась почти наполовину наружу.

— Здравствуй, здравствуй, новый день…

Я захлопнула створку.

— Нет! Может, ты и выросла в башне, но у нас, крестьян, есть соседи, — я вздохнула. — Давай-ка лучше тебя оденем.

Фрамп забеспокоился. Переглянувшись с Серафимой, я схватила пса за ошейник и вытолкала его наружу в коридор. Потом открыла ящики комода и выудила оттуда бюстгальтер и нижнее бельё.

— Примерь, — предложила я.

Серафима пару секунд разглядывала меня, а потом взяла предложенное, пристроив лифчик у себя на голове наподобие шляпки и закрепив под подбородком.

— Не так, — я отняла у неё предмет женского гардероба и приложила к своей футболке, демонстрируя, как его нужно носить. — Снимай платье и надевай их на них.

Сделав, что ей было велено, Серафима с улыбкой повернулась. Нет, не подойдёт…

Я вздохнула.

— Ну конечно он тебе мал.

Я порылась ещё в комоде и нашла широченную толстовку, прибережённую до лучших времён.

— Надевай вместо него. И не забывай скрещивать руки на груди.

После я позвонила Оливеру по скайпу в надежде, что гудки на компьютере разбудят его. Вскоре на экране появилось его лицо, заспанное, с всклокоченными волосами.

— Ты чего не спишь? — спросил он.

— Потому что наша Мисс Проснись-и-Пой — ранняя пташка. Если придёшь, то приготовлю тебе завтрак.

Внезапно Серафима наклонилась к моему ноутбуку, уперев в экран ладони.

— Оливер! — ахнула она. — Почему ты такой плоский?!

— Поторопись, — заметила я принцу. — Ладно?

Поначалу Серафима отказывалась выходить из комнаты, не веря, что женщины в этом мире могут носить леггинсы. Мне удалось заманить её вниз с помощью обещаний вкусно подкрепиться. В семь утра на столе уже дымился завтрак из омлета, оладушек, бекона и каши. Всё это было уничтожено принцессой. Она точно какая-то бездонная.

В кухню вошла моя мама в своей воскресной одежде — фланелевой рубашке и пижамных штанах.

— Ты сегодня рано, — удивлённо заметила она. Её взгляд упал на Серафиму. — Я думала, что к тебе заглянет Джулс.

— Эм, да нет, ты что, не помнишь? Я же тебе говорила о Серафиме, — солгала я. — Она приехала по обмену и поживёт у нас пару дней. Мы обсуждали это на прошлой неделе, когда ты наводила красоту перед свиданием с Грегом. Господи, да ты меня совсем не слышишь!

— Ну… конечно же я помню, — ответила мама. — Я просто забыла, что приезд был запланирован на эту неделю. — она улыбнулась Серафиме, произнося каждое слово медленно и громко: — Откуда… ты… приехала… милая?

— Она из Исландии, мам, и хорошо слышит.