Чтение онлайн

– Три два в твою пользу, робокоп! – крикнул Витёк, вытирая о второго своего убитого здесь зомби мачете и наблюдая, как Михаил вытаскивает изо рта своего третьего умерщвлённого зомби окровавленную арматуру.

– Ничо, в магазине сравняемся! – пообещал Редькин и запел какой-то набор слов из суржика русского языка и иврита: «Он в верливкотовом клифте и фендиперстовый на вид…».

Однако магазин – не улица, свет закончился на пороге частью разбитой витрины, дальше – магазинные стеллажи, уходящие в таинственную злобную тьму помещения. Редькин замолк, под ногами захрустели стекольные осколки и пачки чего-то выпавшего со стеллажей.

– Урр!

Раздавшийся рёв и последовавший за ним стук заставил вздрогнуть мужиков.

– Откуда это? – спросил Лапшунов, вертя головой.

– Сюда!

Фархад, двигавшийся вдоль правой от входа стены, позвал к себе. Показал на дверь туалета подошедшему первым Бетке. Дверь, сделанная из древесных панелей, вздрагивала от ударов. Кто-то очень сердитый и рычащий колотил изнутри по ней. Саныч поднял карабин.

– Дверь открывается внутрь, нужно толкнуть её, – сказал он.

– Ты мне предлагаешь это сделать? – поинтересовался Фархад.

Бетке ответить не успел, Михаил остановил их обоих:

– Пусть сидит. Ему не выбраться. По крайней мере, не при нас.

Фархад с удовольствием отошёл подальше, а Саныч нехотя опустил карабин, прокомментировал:

– Не повезло кому-то: пошёл на горшок и превратился в зомби.

Грохот вздрогнувшего и сдвинувшегося с места стеллажа привлёк к себе внимание. С полок падали, подскакивая по полу, пластиковые бутылки с напитками, вслед за ними, борясь, свалились два тела в одинаковых тёмно-синих зимних куртках. Собравшиеся вокруг вахтовики не сразу поняли, где кто, пока Инженер не оседлал мертвяка сверху и не начал с яростью бить его по страшной морде. Михаил рывком стащил Варламова, замахнулся арматурой, но Редькин опередил, развалив мёртвую голову своим мачете.

– С одного удара научился убивать! – похвастался.

– Ты нормально? – спросил тяжело дышащего Инженера Михаил. Тот кивнул и разрядился бранью:

– Надо было сразу в цистерны полезть бензин смотреть, нахрена я сюда попёрся?

Фархад, возившийся у прилавка, зазвенел связкой ключей, привлекая к себе внимание:

– Я нашёл от люков, которые цистерны закрывают, не надо замки сбивать. Держи!

Ключи полетели к Варламову.

– Значит, до нас никто не заправлялся, – сделал вывод Лапшунов. Витёк с Редькиным тут же его обсмеяли:

– Капитан Очевидность! Мертвяков они не заметили типа?

– Шабаш! – рявкнул Бетке. – Собираем то, что найдём полезного. Из канистр выливаем, на фиг, «незамерзайку», заливаем бензин. Оставьте только тем, кто за нами поедет, люди к нам хорошо отнеслись.

Почти час в общем провозились на заправке. Бетке смотрел на часы, качал головой. Инженер, заметив беспокойство Саныча, захлопнув люк, подошёл к нему:

– Нам километров двести осталось максимум. Сейчас два часа, до шести точно доедем.

Расселись в машину, Варламов снова был за рулём.

– Точно поменяться не хочешь? – спросил Бетке.

– Со мной точно успеем. С твоей немецкой педантичностью до ночи будем ползти, а Мякинину танк только и водить.

Саныч указал глазами на платок, обмотанный вокруг костяшек Олега:

– Что с рукой?

– Разбил об рыло этого… как его… язык, блин, слово «зомби» не поворачивается сказать.

ДжиПиЭс ещё работала. С восторгом пролетели границу полярного круга, в будке топали и реготали. Замётов больше не было, как и ничего живого. Лишь раз перебежал дорогу северный заяц, да вдалеке серыми точками прошёл олений отряд. Несколько раз проехали мимо зимовок: заснеженные домики без каких либо признаков присутствия человека, с нечищеными подходами ко входам, с бахромой сосулек на обтаявших крышах.

Ехали довольно быстро и к началу шестого, ещё до сумерек, показалась Усть-Уса. Дорога почти за километр до посёлка оказалась на удивление до асфальта вычищенная от снега и такая довела прямо до огромных ворот, снятых с большого гаража для грузовиков и приваренных на столбы. От столбов гротескно разбегался забор, точнее баррикада из железных листов, деревянных щитов, брёвен, старой мебели и просто металлолома. Видимо, весь посёлок было трудно охватить, да и защищать такой тяжелее, поэтому жители огородили чуть больше трети поселения, превратив её в цитадель.

Машина урчала не выключенным двигателем, вахтовики ненарочно выстроились перед капотом, оглядывая посёлок.

– Да это же долбанная крепость! – восхитился Фархад.

– Посигнальте кто-нибудь, уснули там они что ли? – распорядился Саныч.

Но сигналить не пришлось, простонала на ржавых петлях скрытая в воротах калитка, вышли из неё два бородатых мужика в тёплых камуфляжных куртках с ружьями в руках, стволы были направлены в сторону. Вахтовики были бородаты не меньше, брился только Мякинин и Витёк, когда-то познавший вшей и теперь регулярно голивший голову и лицо, впрочем, оба они обросли за сутки щетиной, да Доктор коротко остригал бороду.

– Здорово, бродяги! А неплохо вы тут устроились! – развязано весело поздоровался Редькин.

– И вам не хворать. Кто вы и откуда такие? – поинтересовался тот, что справа.

– Из Нарьян-Мара едем домой на материк, – хмуро ответил Бетке, ему сейчас меньше всего хотелось отвечать на вопросы.

– Тогда вам лучше сегодня и переправиться, – сказал тот, что слева, – лёд уже стреляет просто смерть! Завтра можете не успеть.

Было ясно, что жители крепости не были настроены на долгий разговор и поболтать «за жизнь» с ними не удастся. Саныч ничего не ответил, продолжая мрачно смотреть на мужиков, вахтовики, тоже не проронили ни слова, переглядываясь и посмотрев в сторону реки Лыжи, как будто можно там было что-то увидеть, тем более, что до неё было ещё километров пять.

– А чего, мост так и не построили? – проявил осведомлённость Витёк.

– Деньги у властей закончились на половине моста, – ответил «левый».

– И чего, за ночь, хочешь сказать, что-то изменится? Ледоход начнётся? – не унимался Михайлов.

Вахтовики, заразившись тяжёлым настроением Саныча, переминались с ноги на ногу, всем стало понятно, что им особенно здесь не рады. Время было дорого, и Бетке решил поставить точку в разговоре:

– Вы, я думаю, довольны, что моста нет. Лёд сойдёт, понтоны наладить некому, вы ограждены и от чужаков и от оживших мертвецов. И я так понимаю, что ночлега вы нам не дадите?

Наверху стены клацнул затвор: ствол, поставленный на треногу, будто принюхиваясь, повёлся из стороны в сторону аккурат вдоль выстроенных вахтовиков. «Коротковат для ПКМ», – подумал Мякинин. Скорее всего АКМ или вообще «сайгу» поставили на сошки для того, чтобы напугать пришельцев, но проверять теорию смысла не было. Зато щёлкнувший затвор придал уверенность камуфлированным мужикам.

– Не обижайтесь, ребята, – почти миролюбиво произнёс «правый», – но мы только у себя порядок навели. Очень боимся заражения, семьи здесь всё же. Там за рекой Прокопьич живёт, отказался к нам переходить, через это у нас его отшельником зовут. Не знаем, что с ним, но у него остановиться можете. А лучше совет: езжайте дальше. Вас много, можете и ночью ехать. Только не останавливайтесь. Если не мертвецы, то волки совсем обнаглели, а с оружием у вас, гляжу, не очень.