Чтение онлайн

– Почему ты угрожал ему? Недолгое молчание.

– Это может показаться странным, но он угрожал мне, а я в ответ пригрозил ему. Вот и все. Обычное дело, когда двое парней говорят, что они сделают друг с другом, если...

– Если - что? Почему он угрожал тебе? Рой Амберс покачал головой.

– Сейчас начнется самое дурное. Этим летом я жил в общине к северу по долине Напа. Дерек тоже там был. Я просто хотел испытать себя, как бы вам сказать, посмотреть, что это такое. В их дела я сильно не влезал, в отличие от Дерека. Ну, короче, я сбежал. Конечно, я мог бы там жить, пока учусь,это не так далеко, но я вернулся в город. Примерно через неделю ко мне пришел Дерек и заявил, будто руководству общины не понравилось, что я ушел. Он сказал: они боятся, что я проговорюсь, и велели передать мне, чтобы я поостерегся. Вот после этого я ему и ответил...

– То есть тогда ты сказал, что убьешь его?

– Да, верно!

– Значит, угроза его была вполне серьезной, он не шутил насчет того, что тебя могут убить.

Рой Амберс рассмеялся коротким смехом. Они поговорили еще немного, и Кэм решил, что в общем-то он уже получил все необходимые ему сведения.

– Хорошо. Они сказали тебе, чтобы ты не проговорился. О чем нужно было молчать?

– О том, чем занимается община. Это своего рода тайное общество. Понимаете, о чем я говорю?

Кэм понимал. У мафии точно такой же принцип. Они называют это омертой клятвой молчания.

– Значит, ты считаешь своим долгом не нарушать данную тобой клятву молчания. Или еще что-то? Ты боишься ее нарушить?

– И то и другое, я полагаю.

– Мы уже договорились: никаких "полагаю".

– И то и другое,- повторил Рой.

– Хорошо. Так почему Дерек тебе угрожал?

– Это как раз то, о чем я поклялся не говорить. Кэм вспомнил, что Дженни что-то рассказывала об этом.

– Это касается колдовства? Дьявольских заклинаний? Никакого ответа. Кэм сделал еще одну попытку:

– Дженни рассказывала, что этот Дерек тоже ушел из этой секты. Ты не знаешь, почему?

– Нет, не знаю. Но не думаю, что он ушел добровольно.

Кэм усмехнулся про себя: парень проглотил слово "секта" и даже не отреагировал. Отлично.

– Почему ты так думаешь?

– Видите ли, он был их частью. Он по характеру был из таких, что обычно подчиняются кому-то...

– Так его выгнали?

– Может быть.

– Почему?

– Я точно не знаю.

– Подумай, за что он мог получить под зад?

– Вероятно, он нарушил какое-нибудь правило. Он был довольно труслив.

– А правила требуют, чтобы члены общества были храбрыми?

Выражение лица Роя стало таким, будто он попал в западню.

– Некоторые... так считают. Новая попытка:

– Хорошо. Я хотел бы получить от тебя ответ на следующий вопрос: где ты был в ту ночь, когда, по заявлению полиции, исчез Уильямс?

Рой взглянул прямо в глаза Кэму.

– Извините, я не могу ответить.

– Не можешь или не хочешь? Неужели ты не понимаешь, как это важно?

– Не могу и не хочу. Я понимаю, мистер Санчес, что это важно.

Похоже, он отдавал себе отчет в своих словах.

– Что-нибудь еще ты можешь мне рассказать? Что-нибудь, что могло бы тебе помочь? Рой Амберс покачал головой.

– Ну, ладно. Тогда все. Только еще одно. После того как я уйду, сюда придет полицейский и передаст тебе мою просьбу: я попрошу у них разрешения забрать одну из твоих вещей, которые у них находятся. Разреши ему.

– А что вы хотите взять и почему? Глаза Кэма сузились.

– Этого я еще не знаю. А почему - так это секрет, приятель. Игра в молчанку должна быть обоюдной.

– Не очень много - призналась Ктара.- Дверь была закрыта, трудно читать чужие мысли через камень и сталь.

Кэм кивнул головой. Они ждали возвращения дежурного сержанта из камеры.

– Я понимаю,- сказал он, имея в виду и сегодняшний случай и то, что возможности Ктары читать мысли ограничивала также и металлическая пластина, прикрывающая лобную часть профессора Хармона.

– Можно было бы сделать гораздо проще. Никто не заметил бы черной кошки, которая тихо сидит в углу.

Кэм представил себе Ктару в образе кошки, которую бесцеременно выбрасывают из полицейского участка.

– Вы совсем не так все представляете,- прочла Ктара его мысли.- Со мной можно что-то сделать, только если я этого захочу.

– Однако вы почти ничего не узнали.

– Да, но я почувствовала большую волну вины. Я думаю, это связано с той самой ночью, о которой вы его спрашивали.

– Так вы думаете, это он сделал - убил того парня? Ктара улыбнулась:

– Кто может знать?..

– Я могу. Он не делал этого!

– Дженни! - удивился Кэм.- Сейчас тебе надлежало бы быть...

– Я сама знаю, где мне надлежит быть. Я не могу больше болтаться без дела. Он сказал что-нибудь?

– Ничего, о чем можно было бы рассказать.

– А что вы делаете сейчас?

– А сейчас,- начал было Кэм, но в этот момент вернулся дежурный полицейский. Он замолчал и принялся исследовать содержимое мешка, которое перед этим высыпал на стол. Бумажник, мелочь, ремень и медный медальон с необычайно сложной резьбой, висящий на ремешке из сыромятной кожи. Кэм посмотрел на Ктару. Она кивнула головой.- Это,- показал он сержанту на медальон.

Полицейский начал укладывать в мешок вещи Роя, а Дженни протянула руку к медальону. Громадная ручища Кэма схватила ее запястье до того, как она дотронулась до медальона. Глаза Дженни расширились.

– В чем дело?

– Я бы не хотел, чтобы ты дотрагивалась до него.

Он снова взглянул на Ктару, которая медленно и грациозно подошла и встала между Кэмом и Дженни. Она взяла медальон за шнурок и осторожно положила его в складки своего длинного черного плаща. Одного взгляда на Дженни было достаточно, чтобы понять, какой лишней и ненужной она себя почувствовала.

– Я бы могла рассказать вам об этом медальоне,- сказала она.- Рой говорил, что это копия древнеперсид-ского знака, который посвящен Ахуре Мазда, богу Света. Я только не понимаю, как он может помочь вам в деле Роя.

– В таком случае я посоветовал бы тебе пожаловаться дяде, если эти добрые джентльмены разрешат нам обоим воспользоваться их телефоном,- ответил Кэм.

Дежурный сержант кивнул в знак согласия и показал на дверь направо от себя.

– Скажите ей это сами, сэр,- проговорил Кэм в телефонную трубку,- а то я не имею на нее никакого влияния.