Пабы, церкви, дождь
Шрифт:
Логан усмехнулся. Он явно задел за живое Миллера.
— Итак… — Миллер засунул в рот последний кусок круассана и отряхнул крошки с пальцев. — Ты расскажешь, как на самом деле разыскал мальчишку, или нет?
— Да никогда! Меня уже навестила служба собственной безопасности и очень серьезно пытала, кто это слил тебе информацию о том, что мы нашли тело Дэвида Рида. И обещали подвесить меня за задницу, если я буду кому-нибудь разглашать информацию без официального разрешения.
— То есть как ты вчера сделал? — невинно спросил Миллер.
Логан просто взглянул на него.
— О'кей, о'кей, — сказал репортер, сметая со стола крошки. — Намек понял. Услуга за услугу, хорошо?
— И еще ты мне скажешь, кто твой информатор.
Миллер покачал головой:
— Нет, этого никогда не случится. И ты это знаешь. — Он спрятал молоко и масло в холодильник. — А как вы распорядились информацией, которую я сообщил тебе в ресторане?
— Э-э… Мы по ней работаем. — Логан солгал. Это тот чертов труп в морском порту! Без коленных чашечек! После того как инспектор Инш измордовал его за то, что он разговаривал с прессой без разрешения, он больше не спрашивал его о том, как идет расследование. Инш все время был занят или в плохом настроении.
— Ладно, иди тогда, поговори со своим инспектором, а я расскажу тебе, что я знаю о последнем месте нахождения Джорджа Стефенсона. Ну что, честно? — Он достал из бумажника свежеотпечатанную визитную карточку и положил ее на стол. — Можешь звонить мне до половины третьего. Как на самом деле герой полицейский разыскал пропавшего мальчика — эта тема завтра еще будет оставаться горячей. А послезавтра можно уже не беспокоиться. Звони, если что-нибудь узнаешь.
16
Снова ложиться спать было уже поздно, поэтому Логан принял душ и не спеша пошел в управление. Улица напоминала лист стекла: муниципальный совет, как всегда, проделал значительную работу, так что улицы и тротуары не были посыпаны песком. Хорошо хоть дождь прекратился. Облака над головой приобретали серовато-фиолетовый оттенок, и до восхода солнца оставалось еще примерно два часа.
Когда он подошел к зданию штаб-квартиры, не встретил у входа ни одного работника прессы и телевидения — армия СМИ снялась с якоря, оставив после себя кучу смятых сигаретных окурков, валявшихся в сточной канаве, как замороженные черви.
Логан вошел в вестибюль и направился к лифту, на полпути услышал, как Большой Гари дружелюбно прокричал:
— Доброе утро, Лазарь!
— Доброе утро, Гари, — отозвался Логан, которому совсем не хотелось снова обмениваться дружескими любезностями.
— Иди сюда, — позвал его Гари, после того как убедился, что его никто не слышит. — Представляешь, инспектор Стил трахнула очередную чужую жену. Опять!
Логан остановился, хотя ему этого не хотелось.
— И чья она на этот раз?
— Энди Томпсона, из бухгалтерии.
Логан покачал головой:
— Ух ты. Это слишком круто.
Большой Гари удивленно вскинул брови:
— Ты так думаешь? И мне всегда хотелось с ней позабавиться.
Начинавший лысеть мужчина с густыми усами выглянул из-за зеркальной перегородки, которая отделяла зону приема посетителей от небольшой комнатки для персонала, и внимательно посмотрел на Логана.
— Сержант, — сказал не очень приветливо Эрик, или просто Эрик Шоу, который был второй половинкой Большого Гари, — зайди сюда на минуту, пожалуйста.
Заинтригованный Логан пошел за ним в комнатку, отгороженную зеркальным стеклом. Она служила складом для ящиков с файлами, компьютеров и картонных коробок с разным барахлом, которые были составлены вдоль стен; остальное пространство занимал громадный деревянный офисный стол для переговоров, заставленный поддонами для бумаги и заваленный папками. У Логана появилось чувство, что должно случиться что-то неприятное.
— В чем дело, Эрик? — спросил он, устраиваясь, как инспектор Инш, на краю стола.
— Данкан Николсон, — сказал дежурный сержант, сложив руки на груди. — Вот в чем дело.
Логан непонимающе пожал плечами, и Эрик с шумным вздохом произнес:
— Ты сказал, чтобы два полисмена доставили его на допрос?..
Логан покачал головой.
— Это он нашел мертвого ребенка около реки!
— А… этот!
— Да, этот. Он сидит в «обезьяннике» с утра понедельника. — Эрик взглянул на часы. — Сорок три часа! Или предъявляй ему обвинение, или выпускай!
Логан закрыл глаза и тихо выругался. Об этом задержанном он совсем забыл.
— Сорок три часа? — повторил он. И прибавил: — Мы имеем право только на шесть!
— Сорок три часа.
Эрик снова скрестил руки на груди и дал Логану время покипеть на медленном огне. День начинался с большой проблемы.
— Я выпустил его в понедельник вечером, — наконец сказал Эрик, когда решил, что Логан уже достаточно настрадался. — Мы и не могли держать его дольше. Мы и так его передержали дольше, чем было нужно.
— В понедельник? — переспросил Логан. — Это было два дня назад!.. А что же вы мне не позвонили?
— Мы звонили! Раз десять. Это ты телефон отключил. И прошлой ночью еще раз звонили. Уж если ты людей сюда тягаешь, так ты с ними и занимайся. И нечего оставлять их здесь, чтобы мы за тебя все расхлебывали. Мы не твои папа с мамой!
Логан мысленно выругался еще раз. Он выключил мобильник, когда присутствовал на вскрытии маленькой девочки.
— Прости, Эрик, — сказал он вслух.
Дежурный сержант кивнул:
— Ладно, хорошо. Я проследил, чтобы в дежурной книге не было ненужных записей. И если кто спросит — ничего не случилось. Его сюда вызвали, немного продержали и отпустили. Только не делай так больше, хорошо?
— Спасибо, Эрик, — сказал Логан.
И зашагал по коридору в кабинет, который вчера экспроприировал, по пути взял стаканчик кофе. Здание начинало оживать, первыми запели птицы. Логан закрыл за собой дверь, уселся в кресло за рабочим столом и окинул взглядом прикрепленную к стене карту.
Данкан Николсон. Совсем забыл, что оставил его в камере, подумал Логан. Он начал медленно склоняться, пока лоб не коснулся стопки отчетов.
— Черт, — пробормотал он в пачку бумаги. — Черт, черт, черт…