Чтение онлайн

— Да, Емельяненко крутой! — протянул Андрон уважительно. — А чего он вас не развязал?

Димка попытался улыбнуться, чтобы показать, что Сашка пошутил, но погасил лыбу. Андрон очень правильный вопрос задал. Вот Сашка начал шутить, пусть теперь и отбрехивается!

— А ему некогда было, — ответил Сашка сразу, без размышлений. — Торопился очень. Сказал, что надо местную Белоснежку от каких-то гномов-извращенцев спасти…

И видя отвисшую от удивления челюсть Андрона, не выдержал, засмеялся:

— Да это ты, Андрон, их всех положил, ты! На руки свои посмотри!

Парень взглянул и только сейчас заметил сбитые до крови костяшки на кулаках:

— Ну ни хрена ж себе!

— Ни хрена себе было, когда ты стрелу в воздухе поймал! — добавил Димка.

— Я?! Да ладно, хорош гнать! — не поверил Андрон.

— Это правда, друг. При этом, я думаю, ты был без сознания! В глухой несознанке.

— Ебаааа…

Тут друзья рассказали Андрону все о его подвигах, с подробностями. Но тот только мотал головой и ни во что не верил.

— Блин! Так это я щас, чё, крутой, как Сабзиро?

— Круче, брат!

Андрон подскочил, встал в стойку, резко махнул ногой, потерял равновесие и чуть не упал.

— Да вы гоните, пацаны, маваша гери, как не получался, так и не получается, колитесь, где Емельяненко? Врёте вы всё!

Димка с Сашкой переглянулись: куда исчез скользящий тенью меж врагов неуловимый ниндзя, наносивший сокрушительные удары? Перед ними снова был прежний Андрон: мосластый, нескладный и не очень сообразительный… Но — добрый.

— Слушайте, пацаны, а может, прикол в том, что Андрон без сознания был, а? — сказал Димка и сам загорелся свой идеей. — А давайте его снова по башке стукнем и проверим!

— Себя стукни, — возмутился Андрон. — И так кочан напополам.

— Слышь, парни, а мы эту грушу будем снимать? — спросил Сашка, указывая на висящего на ветке дерева человека.

— Надо снять, — сказал Димка. — Не по-людски как-то, человек всё-таки.

— А чего они его так замотали-то? — удивился Андрон. — И рот заткнули.

— Матерился, видать, крепко, — предположил Сашка. — У меня дядька есть, на флоте служил. Он как засосёт поллитра, так сразу начинает двойным морским загибом глотку драть. Батя ему частенько рот грозится кляпом заткнуть!

Втроем, помучившись, они сняли связанного с ветки, уронили, правда, но хорошо не головой, а плашмя. Размотали метров двадцать веревки с пленника.

Освобожденный с трудом сел, обвел друзей крохотными глазками из-под распухших от побоев век, выдернул изо рта грязную тряпку и заявил:

— Балабалмия кулкасдай булкан!

— О! Еще одни бормотун-непонятка! — сказал Сашка. — Эй, родной, ты по-человечески можешь разговаривать? Ду ю спик как-нибудь инглишь, а? Йя-Йя? Ферштейн?

Димка заметил, что снятый с ветки был в обуви, но его одежду не тронули разбойники — ни серый плащ (где-то он недавно такой видел?), ни рубашку серую с кучей кармашков. Смутная догадка зашевелилась в голове.

И спасенный тут же подтвердил её. Он похлопал по карманам рубахи и вытянул из одного пузырек с белыми шариками.

Парни переглянулись.

— Еще один наркоша, — усмехнулся Андрон. — Сейчас своими колесами закинется и начнет втирать, какой он великий волшебник Буль-Буль-Заде!

Человек бросил один шарик в рот, сморщился, а ему наверняка было больно морщить разбитое лицо, две слезинки, сбежавшие по фиолетовым щекам, это подтвердили.

А потом он сказал:

— Благодалю, что спасли меня от нечестивых лап вонючих лазбойников, хлаблые воины!

— Ты кто вообще, а? — спросил Сашка. — Как звать? С какого района? Кто по жизни?

Разыскивая свои кроссовки, он реквизировал у одного из лесных гопников дубинку — короткую, с небольшим утолщением на конце, которое придавало ей определенно сходство с бейсбольной битой. Дубинка ему понравилась настолько, что он не выпускал её из рук. Она же, вероятно, и слова для беседы начала подсказывать. Как и любая волшебная палочка.

— Меня зовут Великий Маг Шмульгель Неподлажаемый!

Парни заржали в голос, распугав всех птиц, которые начали было возвращаться к поляне после битвы разбойниками.

— Андрон, ты как всегда прав, — выдавил Сашка, утирая слезы. — Тут вокруг одни наркоши и маги, мать их…

— Это не налкотики! — заверещал великий маг. — Это лингвопилюли, выпьете — и станете понимать язык всех людей и лазных нелюдей!

— Ты там язык на дереве прикусил, как там тебя? Шмульге?

— Шмульгель я, говолю же!

— Шмульгер, что ли? — переспросил Сашка.

Тот в ответ часто закивал и добавил:

— А шепелявостью меня наказала Богиня, вот! Это божественное плоклятие, никак не лечится! — сказал он это явно с гордостью.

— И чем тут гордиться? — подумал Димка.

— Погоди, и людей, и не людей, говоришь, можно понимать? Хочу попробовать! Угости! — протянул ладонь Сашка, в другой руке у него по-прежнему была дубинка.

Попробуй откажи такому в просьбе. Маг вздохнул и откупорил пузырек.

— Эй, а ты не боишься, что тебя тоже вштырит, как этого Шмуля, будешь потом ходить и орать: Я — Великий Маг Сашок Великолепный! В темноте Светящийся! — заржал Андрон.

— Это не налкотики! И я не Шмуль! — замотал головой волшебник. — Абсолютно точно! Это очень дологая магическая субстанция, один шалик — два, нет, четыле золотых стоит!

— О, дорогая штука, значит — хорошая, — рассудил Андрон, — беру две. Но ты помнишь, нам скидка сто процентов, как тем, кто тебя с дерева снял!

— Ну как, парни, закинемся колесиком? — с улыбкой спросил Сашка. — Не знаю, как вас, а меня лично бесит, что местные, — он кивнул в сторону валявшихся на траве разбойников, — матерят меня на каждом шагу, а я не знаю, что им ответить, не понимаю ни бельмеса!