Пацан. Воин. Маг. Сражайся или умри!
Шрифт:
— Юль, завяжи мне, пожалуйста, купальник, — попросила Лена. — Потуже.
Юля подошла и подтянула купальник. У Лены стали заметно выделяться, выпирая из-под ткани, соски. Юля весело рассмеялась и побежала к реке. Лена бросилась за ней. Через мгновение к ним присоединилась и Оля.
Минут десять плескаясь, визжа и брызгаясь, девочки дарили свои юные тела равнодушной воде реки, а не жадным взглядам парней, а потом вернулись на берег, чтобы передохнуть и позагорать. Легли на расстеленные полотенца.
— Не боишься, что загар некрасивый будет? — Спросила Лена у Юли.
— Нет, я не очень люблю загорать…
— А я просто обожаю! И место здесь такое хорошее, хотя и стрёмное, — с этими словами она приподнялась на локтях и попросила Юлю развязать ей купальник.
И Ленка осталась в одних трусиках, на краткий миг опять показав парням свою крепкую белую грудь с коричневыми сосками. Она улеглась на живот и вытянула руки вдоль тела, чуть согнув их в локтях. Андрон завистливо цыкнул зубом. На него тут же зашикали.
Вот, видимо умотавшись в край, на берег вышла и Оленька, и Димка просто обомлел! Маячка и плавочки сильно намокли от воды и теперь просвечивали! Он увидел грудь Оленьки (а не такая она уж она и маленькая!), потом опустил взгляд ниже и увидел прилипшие к телу плавки. Через них просвечивал черный треугольник, доказательство теоремы Пифагора между прекрасных и стройных бедер. Оленька легла рядом с Леной и сказала, что у той будет красивый ровный загар и лямочек от купальника не будет видно.
Легкий теплый ветерок, шаловливо пробегая по обнаженной коже девчонок, легко перебрасывал их слова на другой берег к застывшим в кустах парням.
— Да уж, — усмехнулась Юля.
— А что? — возмутилась Оля. — Загорелое тело, это красиво! Знаешь, как мальчики смотреть будут в школе! Особенно Саша! Да и ты бы сняла верх, пока есть такая возможность!
— Ну, у меня же под ним ничего нет! — возмутилась Юля.
— И что? Кто твою красоту здесь увидит? Никого же! Или ты нас стесняешься? Загорай, пока солнце есть!
— Нет, не стесняюсь… — сказала Юлька и сняла с себя верх купальника.
Сашка шумно задышал. Его пихнули в бок с двух сторон. Теперь Сашка запыхтел. Возмущенно.
Димка вдоволь насмотрелся на острую и упругую грудь Юли. С розовыми сосками. Две розочки, которые задорно покачиваются в такт любым движениям девушки.
— Оль! А ты про какого Сашку сейчас говорила? — Спросила Юлька, укладывая свою роскошь на расстеленное полотенце.
— Я?! Про Струева, конечно! Одноклассник мой. А ты про кого подумала?! — Юля сделала вид, что вопроса не услышала. Зато Лена все-все услышала и прокомментировала в свойственной ей манере.
— А она — на сынка директорского подумала! Одного из тех трех дебилов, Оль, что сегодня с нами на раздевание забивались. Да, Юлёк? Да! Так я и знала! Ты бы лучше на Андрона внимание обратила! Вот где, настоящий мужик! Перец! Или на того же Димку! В нем чувствуется настоящая мужественность и зрелость! А-ха-ха-ха-ха…
Парни краснели по очереди, словно передавали румянец по эстафете. Все, шепотом и по очереди, комментировали услышанное в свой адрес. Сашка сказал стерва! Андрон, что Ленка — дура епанутая, а Димка смолчал, но обиженно и возмущенно запыхтел сквозь сцепленные зубы. Юлька согласилась с мнением Андрона, но была более политкорректна, ограничившись одним словом дура.
Девочки некоторое время лежали молча, расслабленно и удовлетворенно, впитывая солнечное тепло. А у Дтмки все тело уже затекло от долгого лежания в одной позе. Время от времени девчонки вяло шутили друг над другом или вяло пересмеивались.
Зрелище трех обнаженных девиц, изображающих из себя утомленных котиков на закате, быстро приелось. Хотелось движухи и новых картинок. Любая ягодка во рту слаще ягодки на дереве. У пацанов во рту скопилась тугая и вязкая слюна, жаждущая клубники во взбитых сливках. Или малины в кленовом сиропе. А время текло медленно и было похоже на вскрытую жестяную банку с повидлом.
— Ну, что, девчонки? Пойдем еще искупаемся да вернемся. Как раз к ужину успеем.
Девочки переглянулись между собой и решили, что еще раз искупаться в реке — это отличная мысль, вообще-то. И стали подниматься с лежаков.
— Эх! Как же тут хорошо… — потянувшись всем телом, проговорила Юлька. — Даже уходить не хочется!
— Сашка тебе не достанется, — усмехнулась Лена, — он загорелых любит, а ты белая, как снег!
— А ты откуда знаешь? — обиделась Юля.
— Светка сказала, — спокойно прокомментировала свое заявление Лена. — Она, вроде, с ним дружила сперва. Бабник этот твой Сашка!
— Какое вам дело до этого Сашки? — подала голос Оленька. — Раз его здесь нет, нам же лучше. Смотрите, как солнышко светит хорошо! Пошли купаться!
— Пойдем, — согласилась Лена.
Она поднялась и зашагала к воде, за ней пошла Оленька, правда плавки уже совсем высохли, но все же… И такое зрелище заслуживало самого пристального внимания.
— Ты идешь, Юль? — спросила Оля.
Димке самому было интересно, пойдет ли Юля и оденет ли она свой купальник.
— Ага. Сейчас. Иду.
Юля перевернулась на спину, и Димка наконец-то смог по достоинству оценить ее грудь! Высокая, спелая, как две половинки апельсина с торчащими в стороны чуть распустившимися бутонами роз. Она села на одеяле, потом потянулась и встала, поправляя плавки. Точь-в-точь, как это делала недавно Оля, засунув пальцы под резинку и, круговыми движениями расправляя их на своем теле. От такой процедуры трусики немного съехали вниз, открыв белую полоску светлого тела, но Юля быстро поправила их и помчалась к реке.
Нега тиф и зум
Пока девочки купались, парни неотрывно наблюдали за ними.
— Ну вы чо, где ваши смарты, все интересное пропустим, надо фоткать, плохо видно же! И видео снимем! — прошипел Сашка.
— Ёбаааа, мой же на зарядке, я его Морталом посадил в ноль! — взвыл Андрон.
Димка повернулся к Сашке:
— Мой тоже на зарядке, доставай свой, Санек! У тебя камера хорошая?
— Опупенная у меня камера! Офигеешь, 20 мегапикселей, — ответил Сашка как-то язвительно и не пошевелился.