Чтение онлайн

— Нет, милый, это ты перегнул. Я, конечно, в тебя верю, но Астру зову на помощь. Только в душ схожу, — я лукаво взглянула на своего спящего мужчину. — Ополоснусь, а то с тобой это менее всего походит на купание.

Хмыкнув, направила коляску в каюту. Настроение улучшилось. Пропало это подавляющее чувство глубокого отчаяния и обреченности. Даже узнав, что чуть не умерла в медкапсуле — не сникла. Настолько была уверена в своем Нуме. Вот только он врач, а то, что требуется от него сейчас, к медицине имеет небольшое отношение. Здесь нужно большое количество рук, держащих в руках планшеты и обзванивающих все незаконные клиники.

Выдохнув, подъехала к шкафу и открыла его. Две нижние полки оказались забиты сваленными свертками. Вещи мои сюда все же принесли. Вот только надевать что-либо из всего этого совсем не хотелось. Потянувшись, я вытащила ношеную рубашку Нума и прижала к груди. От нее шел едва уловимый мужской аромат. Не пот, а именно запах. Такой родной и любимый.

Прихватив чистые трусики, я направилась в душ...

...Вода тугими струями омывала тело. Включив подачу мыла, медленно водила пушистой мочалкой по плечам. Пена густой шапкой стекала на пол. Кожа скрипела. Но мысли были совсем далеко отсюда. Я, наверное, впервые строила настоящие планы на будущее. Нехотя и осторожно. Но они красиво событиями выстраивались в длинную цепочку.

Мне было легко и хорошо.

Поясница слабо ныла. Так еле ощутимо. Я поймала себя на мысли, что, несмотря на такую серьезную угрозу, вполне сносно себя чувствую. Лучше, чем за последние десять лет, так точно. И даже пальчиками на стопах шевелить не так сложно. Встать на ноги, конечно, не решилась — опасно. Не удержусь и так приложусь с высоты своего роста, что сотрясение лечить будем. Но все же... муж уже сотворил для меня чудо — жизнь без постоянной сильной боли дорогого стоит.

Выключив воду, взяла полотенце и обтерла лицо.

Я любила воду и готова была по десять раз на дню здесь мокнуть. Замотав волосы, потянулась за нижним бельем, отложенным на полочке. Над головой что-то заскреблось. Странно так.

Уставившись на потолок, нашла взглядом решетку воздуховода и поморщилась. Звук повторился. Что-то он отдаленно мне напоминал.

— Астра продувает систему, — успокоила я сама себя.

Продев через ноги трусики, с трудом натянула их, неуклюже приподнимаясь над лавкой и придерживая свой вес одной рукой. Выдохнув, расправила рубашку. Длинная. И рукава придется подгибать. Накинув её на плечи, застегнула две средние пуговички и оставила пока так.

И снова над головой зашумело.

Создавалось впечатление, что кто-то носится. При этом шипели установки продува. Фильтры явно чистили, но...

Я поморщилась, внимательно присматриваясь к решетке. Что-то там мелькнуло. Полетела мелкими хлопьями пыль. Она парила, плавно кружась.

Писк.

Царапанье коготками.

— Нум! — прокричала я

Но вспомнив, что муж спит, потянулась за коляской. Подтащила её и попробовала быстро пересесть. Колеса поехали. Вовремя сообразив, что не поставила тормоз, наклонилась.

И снова визги и возня над головой.

— Нум! — прокричала я громче и попыталась перебраться на кресло.

Неуклюже, да и пусть... Лишь бы быстрее отсюда выкатиться. Загудела система. В воздуховодах и вовсе паника началась.

Визги... Пыль...

Решетка заскрипела и вывалилась на пол, а вместе с ней и клубок крыс... или как их... корабельных шурхов.

Но мне было не до терминов. Я завизжала, да так, что оглушила себя. Коляска накренилась, я уцепилась за лавочку душевой и в итоге оказалась на белом кафеле пола.

Рядом на расстоянии вытянутой руки бесновались крысы. Как я визжала, испуганная до одури. Они пищали ещё громче меня.

Вдруг что-то полыхнуло. Один раз, второй, третий. Запахло палёным волосом, и всё стихло. Даже я рот закрыла и беспомощно уставилась на злого мужа с бластером в руках. Он выглядел таким грозным и заспанным. Подняв голову, прищурился, разглядывая открытый воздуховод.

— Нум, — мой голос дрожал. — Унеси меня отсюда. С детства крыс боюсь. А эти ещё и мохнатые.

Я беспомощно протянула к нему руки, брезгливо поглядывая на обгоревшие трупики.

— Сейчас.

Положив бластер на ближайшую полку, муж подошел ко мне и, отодвинув кресло, присел рядом.

— Сильно испугалась? — в его глазах застыла тревога.

— Шутишь? Это же крысы! Чуть дух не испустила. Я так понимаю, продувка системы, да?

— Да, — он кивнул. — И вовремя неподчиненная решетка, на которую я уже месяца два смотрю. Там крепление справа отлетело. Прости меня, любимая, — потянувшись, он сжал меня и поднял на руки. — Вроде всё предусмотрел, а такое вышло.

— Опять в медкапсулу? — простонала я.

— Нет, в постельку. Там уже всё установлено. Прости меня за это. Я заснул.

— И правильно сделал, — обняв его, я положила голову на его плечо. — Хочу в нашу постель. И чтобы ты рядом лежал. И никаких крыс...

— Всё будет, малыш, сейчас всё будет.

Глава 48

Нум быстро вышел из санзоны и плотно закрыл за собой дверь. В каюте все еще сохранялся гадкий запах паленой шкуры. Поморщившись, я и вовсе уткнулась носом в плечо мужа.

Сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

— Ненавижу крыс, — все же шепнула, не в силах унять омерзение. — Это самый большой мой ночной страх. В первое время, когда ноги заживали, я боялась засыпать. Со мной в комнате жила Астра. Но ее невозможно было разбудить. Хоть половником в кастрюлю у уха бей. Вот она сопела на противоположной койке, а я... — облизнув губы, выпустила воздух из легких и снова глубоко вдохнула. — А я лежала и прислушивалась к тому, что делается в трубах воздуховода. Решетки там были достаточно крупные, чтобы пролезла крыса. Понимаешь, Нум... Астра могла бы сбежать в случае нападения... А я нет. И я...

— Лиля, — повернув голову, Нум сильнее прижал меня к себе и коснулся губами волос.

— Нет, ты не понимаешь, — мой голос охрип. — Это самый большой страх — быть беспомощной перед опасностью. Знать, что не способен дать отпор. Что не сможешь сбежать или уползти. Я до сих пор не люблю темноту. Мне страшно вслушиваться в нее.

— Не нужно ничего бояться, любимая... Я всегда приду на помощь и перестреляю всех крыс в считаные секунды.

Остановившись у кровати, он бережно уложил меня на мягкий матрас и навис сверху.