Падай, я ловлю
Шрифт:
– И кто может подтвердить? – хитро сощуривается Зотов.
– Да все, кто придет завтра с фингалом похмелиться, – фыркаю пренебрежительно.
– Спрошу. Дальше.
– Дальше пришла Валентина, убираться. Мужики стулья подбили какие смогли и свалили, Ден, охранник, заставил. А я помогла все убрать. А потом, – замолкаю и морщусь. – Устала я. Руки поднять не могу, спать хочется невыносимо. Легла на заднее сиденье, хотела немного подремать. Ключ забыла вытащить. Нет, вру. Мне это даже в голову не пришло, я же в машине сама. Окно приоткрыла и отключилась. А проснулась уже от гонки с применением огнестрельного.
– Опиши водилу, – басит здоровяк.
«Сволочь ты», – посылаю ему ласковый взгляд.
– Широкоплечий мужик в капюшоне. Матерился громко, велел пригнуться, что я и сделала. Когда он вышел, позвонила Кристине, попросила о помощи.
– Почему не брату? Мент же, – удивляется Зотов.
– Я не ищу проблем. И хочу получить расчет.
– Это вряд ли, – сообщает здоровяк. – Подъем.
– Сам отвезу, – поднимается вместо меня Даня и тянет за собой за руку.
Если бы у меня был выбор, с кем бы я предпочла поехать? С козлом, испоганившим мне и без того непростую жизнь, или с верзилой, который, не исключено, отправит в последний путь? Ведь я ясно дала понять ему, что узнала.
Глава 4
– Прям как в лучшие годы, – гогочет Зотов. – Приходит Туманов и грубой мужской силой утаскивает с вечеринки самую красивую девочку.
– Именно, – нагло хмыкает здоровяк и, наклонившись, перекидывает меня через плечо. Взвизгиваю и зажмуриваюсь, обхватывая его обеими руками как получается.
Никак, вообще-то. Он огромный! И твердый, как камень! Прямо на отбитый живот давит своей мускулатурой!
– Она высоты боится, – проговаривает Даня отрешенно.
– Разберусь, – отбивает Туманов сухо и тащит меня, судя по всему, к входной двери.
– Обувь, – пищу ему в спину.
– Не понадобится, – сообщает странное.
Пока осмысляю, мы проходим в лифт. Двери закрываются, он тянет меня за ноги вниз, но пола достичь не дает, подхватывая на руки как невесту. Одна моя рука остается на его шее, а вторая безвольно лежит на животе.
– Опиши водилу, – ехидничаю и обиженно надуваю губы. – Так за что ты там извинялся?
– За это. И за то, что еще предстоит.
– О чем ты? – бормочу, тараща на него глаза.
– Не здесь, – прерывает разговор, даже не взглянув на меня.
Выходит из лифта, консьерж видит нас и со всех ног бросается к двери, так ловко открывая ее перед нами, что Туманов даже шага не сбавляет.
– Классная тачка, – поглаживаю торпеду его внедорожника, когда он, усадив меня на переднее пассажирское сиденье, занимает водительское место. – Но моя лучше, да?
– Сама виновата, – заявляет нагло. – Спать в незапертой машине с ключами в замке зажигания? Еще бы вывеску на крышу поставила.
– Ну ты и… – ошалело покачиваю головой, так и не сумев подобрать достойных этого примата эпитетов.
– Родион, – представляется, повернувшись и пронзив меня взглядом. – Туманов Родион Сергеевич. Твой будущий муж.
– Что? – глупо прыскаю, тараща на него глаза.
– Муж, – повторяет скупо и кивает на ремень. – Пристегнись.
– Сначала объясни, что за бред ты несешь, – встаю в позу, а этот мерзавец резко трогается с места и сразу же дает по тормозам. – Свинья, – морщусь от боли в простреленном плече и отбитом животе, но пристегиваюсь.
– Я не вижу другого способа сохранить тебе жизнь. Зотов тебе не поверил. Борисов и того меньше. И, раз уж я втянул тебя, мне и расхлебывать.
– Забудь, – бросаю дерзко. – Ни за что не выйду за такого, как ты!
– Никогда бы не взял в жены такую, как ты, – отвечает взаимностью. – Хотя, откажись. Это будет твой выбор и моя совесть будет чиста и спокойна.
– С чего бы твоей совести вообще на мой счет переживать? – бурчу, терзаемая сомнениями. – И естественно, я отказываюсь.
– Вот и славно. А теперь заглохни, мне нужно подумать.
«Козел», – награждаю его мысленно и отворачиваюсь к окну.
Мутит там что-то, а мне мучайся. Я правду рассказала, почти всю, с какой стати кому-то на меня сезон охоты устраивать? Сижу, размышляю и тут до меня доходит.
– Ты просто опасаешься, что я кому-нибудь расскажу, что там был ты, – ехидно сообщаю результат умозаключений.
– Расскажешь – убьют обоих.
– А меня-то с чего?! – взвизгиваю нервно.
Туманов морщится от моего вопля негодования, но поясняет спокойно:
– С того, что никто не поверит, что мы не заодно.
– Почему это? – вскидываю подбородок. – Даня точно поверит!
– Даня не поверит первым, – хмыкает. – Ты вполне подходишь под портрет мстительной стервы.
– И в чем же заключается моя месть? – кривляюсь, но разговор, вопреки здравому смыслу, кажется интересным.
– Переспать с другом, по меньшей мере.
– Я скажу, что ничего не было!
– А я – что было.
– С какой стати?! – снова выхожу из себя и вдруг замечаю, что он пытается не засмеяться, пряча улыбку под бородой.
– Не одному же мне помирать, – бросает на меня игривый взгляд, а я растерянно хлопаю ресницами.
– Ты чудовище, – заявляю убежденно.
– Я чуткий и терпеливый. И совершенно неважно, что мы оба скажем. У этих двоих собственное мнение. И один из них проворачивает то, что мне категорически не нравится, а значит, поспешит избавиться, не особенно вдаваясь в детали.
– Чем?
– Не вникай.
– Ты втянул меня в какое-то болото и даже палки не кинешь? – возмущаюсь, не особенно задумываясь над формулировкой.
– Могу. Если попросишь, – ухмыляется Туманов и только в этот момент до меня доходит, о какой палке он.
Отворачиваюсь к окну, пряча свое покрасневшее от негодования, обиды и стыда лицо.
– А жениться на бывшей друга – это нормально?
– Не такие уж мы и друзья.
Поворачиваюсь, бросая на него недовольный взгляд.
– Ты нарочно меня путаешь.
– Верно. Чтобы ты даже не думала совать свой хорошенький носик туда, где по нему получишь.
– Это я-то сую?! Я вообще спала! Ну ты и…