Чтение онлайн

– Нет… - ухмыльнулся тот

– Нет?
– удивился Майкл, молниеносным движение он дернул за кольцо, хлестанула кровь.
– Нет?

Новобранец завопил от дикой боли и грязноватыми руками попытался зажать рану.

Капрал ударил не задумываясь, сначала мягко в переносицу, потом резко по гортани… тело затихло и, булькнув словно задыхаясь, осело на земляной пол.

– Кому еще не мешает?
– вкрадчиво поинтересовался капрал, все поспешно начали снимать украшения.
– В войсках куда вы прибыли ничего не должно отличать вас от вашего товарища, вы это он, он это вы… вместе вы солдаты.

Сначала безликие под номерами и буквенными обозначениями, ибо не заслужили уважения ничем кроме своей гражданской спеси…

Потом, познав соль войны, вы станете настоящей Гвардией. Не мешками с говном, которые сейчас вы есть, а солдатами Императора!

Честно говоря, сам Майкл не ожидал от себя такого потока красноречия, слова вырвались сами…

Злые, надменные и в то же время такие справедливые.

Капрал склонился над раненным уренгойцем и вытащил из верхнего кармашка бронежилета небольшой коробок.

Раскрыв его, он вытащил маленькую ампулу, наполненную белым порошком.

– Препарат SI-12-N, попросту “синька”, останавливает кровотечение от порезов, яда большинства змей и прочей дряни.
– Майкл на секунду показал его раздевающимся новобранцам.

И следующим движением разломил ампулу и растер порошок под носом раненного.

– Действие мгновенное.

После этих слов раненный резко сел и непонимающее взглянул на капрала.

– Встать в строй, - подтолкнул его капрал

Пошатываясь, уренгоец наконец поднялся и присоединился к голым землякам.

Эткинс осмотрел солдат и усмехнулся.

– Бронежилет в грабки и на выход!

– ???

– На улицу, страшилы!!!

Мирослав Реньярд, высокий, скуластый, с низко посаженными глазами и кривым носом, командир 23-его РШБ, восседал на башне “Леман Расса” с самым безразличным видом.

Капитан курил, искоса бросая злой взгляд на голые стайки новобранцев, которых гнали в баню.

Конечно, он был недоволен присланным пополнением.

От батальона, некогда насчитывающего шесть рот, осталось не более двухсот человек, из которых в ближайшее время предстояло сформировать что-то новое.

Все эти выжившие были ветеранами, белой костью Нового Курска, элитой, прошедшей конфликты с темными эльдар на Принципии и Новом Курске… которую теперь разбавляли так называемые дети оружия, или попросту говоря, призывники с Уренгоя.

Из имеющегося людского материала самими худшими солдатами были уренгойцы, не все конечно, но в большинстве своем.

В начале службы они представляли собой скорее нестройную банду разбойников, и только лишь путем физического насилия и внушения истинных доктрин верования Императору устои Уренгоя медленно разрушались и отсеивались.

Но все-таки за всей недисциплинированностью, общим бардаком, существующим в подразделениях укомплектованных уроженцами Уренгоя, существовал один большой плюс.

С планет, таких как Уренгой, Лазарев, Новый Курск, набирались люди способные и, самое главное, умеющие обращаться с любым видом стрелкового оружия.

В Лазареве это было ежедневной необходимостью, племена северных дикарей, кочевники Заполярья и разнообразные создания природы этой планеты часто тревожили Имперских поселенцев своими набегами.

Оружие было нормой и на Новом Курске, планете, по сути, самой первой принимающей удары многочисленных эльдарских пиратов, всевозможных отщепенцев и еретиков всех мастей.

Именно там, в конце 38-го тысячелетия, начали формировать первые мобильные РШБ, впоследствии ставшие символом этой планеты.

В Уренгое все немного обстояло по-другому.

Если на первых двух планетах граждане Империума, по сути, сражались с внешними врагами (кочевники и дикари за редким исключением отказывались принять присягу верности Вседержащему Богу и вели непрекращающиеся мелкие сепаратистские войны, кои предыдущий лорд-экспедитор называл не иначе как вредительскими операциями), то на Уренгое граждане Империума оттачивали инстинкты убийц друг на друге.

И делали это в совершенстве.

Банды и мафиозные кланы воевали за жизненное пространство, воевали друг с другом, воевали с Арбитрами, находились глупцы, которые воевали даже с армией.

Их усмиряли, подчас вырезая целыми кварталами, вспышки насилия на некоторое время тлели, но стоило сделать Администратуму ошибку, сделать один неверный шаг и насквозь прогнившее общество Уренгоя, словно матка гигантского чудовища, рожало банды в безмерном количестве.

И все повторялось вновь…

– Сэр, первое отделение по вашему приказанию построено, - сквозь мутную пленку размышлений послышался голос, капитан бы узнал его из тысячи, он помнил почти всех своих солдат как детей, особенно того, кто остался в живых после первых кровавых боев, после бесконечных поражений и первых побед.

Это был голос Майкла Эткинса, одного из тех немногих счастливчиков.

Капитан повернулся и увидел что у напротив танка по команде “Смирно” застыли семь бойцов в совершенно новой полевой черно-зеленой с серыми вкраплениями форме, с нашивками 23-его батальона на правом плече и Имперским орлом на левом.

Около танка стоял капрал, как всегда не по уставу растянутыми тесемками шлема, с неизменным цепным топором за спиной и хэллганом в левой руке.

Реньярд медленно сполз с танка и, по пути пожав руку Майклу, подошел к строю.

– Эти красавцы тоже с Уренгоя?
– недовольно спросил капитан, прищурившись.

– Так точно, татуировки пока не сведены.

– Хм, к черту, сами сведут… ты их обрил, помыл?

– Да, сэр, пришлось, правда, использовать штык-нож Ожмански.

– Как это?
– удивился капитан

– У некоторых в косичках металлические прутки запрятаны, что-то вроде символа их банд. Чейз предложил одного из них обрить с помощью ножа.

– Хорошо, что не воспользовался своим топором, - ухмыльнулся командир.
– М-да, странная публика.