Чтение онлайн

Капитан не желал заносить бумаги Префектору, для него это сулило тяжёлыми воспоминаниями о боях с Директорией и Республикой, однако долг и обязанности принуждали к этому, и капитан намеревался как можно быстрее избавиться от статистики. Его рота понесла самые тяжёлые потери, ибо попала в самое пекло боевых действий, угодила под самый сильный удар вражеского военного молота.

Однако высший офицер ждал Данте, который вспомнил о статусе и положении своего командира. Каждые пятьсот человек подчиняются непосредственно Префектору который находится под властью Консула. Они — военные аналитики и полководцы, на поле боя бесстрашно направляющие войска к победе, а во время мира неусыпно следящие за порядком и состоянием военных лагерей и частей, передающие ресурсы от Министерств и Церкви прямиком на складские помещения и курирующие экономическую жизнь Ордена.

— Подъезжаем! — крикнул водитель и Данте вернулся к реальности, резко открыв глаза и оторвавшись от кресла, пощурившись от яркого солнца.

Они подъехали к самому концу плаца. Там над всей огромной асфальтовой площадкой возвышаются три этажа бетонных блоков, выстроенных в монументальное здание, которое своей серостью и суровостью оставляет неизгладимый след в душе одним своим видом. Машина остановилась и Данте открыл скрипучую дверь вступая подошвой туфли на асфальт. На улице стало значительно теплее, но при виде такой постройки дух скребёт голодный холодок. На капитана «взирают» чёрные «глаза» трёхэтажки — небольшие окна, расположенные в ровные ряды и отталкивающие тёмной пустотой. Вокруг постройки видно пару автомобилей, только приплюснутых и с крышей, и ничего более, лишь стелется асфальтовая пустыня на многие метры далеко.

«Эх, какой же тут мог быть аэропорт», — сыронизировал Данте, вспоминая, что раньше здесь хотели построить гавань для военных судов, но после добровольного вхождения Великого Коринфа, Новой Спарты и Эллады в состав Рейха, это стало не нужно.

Капитан посмотрел вперёд и увидел единственный вход, который ведёт внутрь постройки, встроенный тридцатью бетонными ступенями, его венчает чугунная массивная дверь под стражей двух воинов с автоматами. Тогда сделал шаг навстречу зданию и посмотрел наверх, заворожено взглянув на два трепещущих флага, где он видел, как на ткани развиваются двуглавые орлы.

Минуя пост охраны, и пройдя через КПП, где моментально проверили его документы, Данте оказался на перепутье. Вправо и влево простираются два длинных прохладных коридора освещаемых их ярким утренним солнцем, лучи которого потоком проникают через окно. Где-то над головой слабо шумят работающие кондиционеры, несущие свежесть для этого места. Данте сделал первый шаг и шутил как под подошва остроносой туфли зашуршала о махровый багровый ковёр цвета кровавого заката, который устлал длинное помещение от края до края.

— А где кабинет Консула!? — вопросил Данте и мгновенно ему, через микрофоны в один голос, будто отовсюду донесся ответ:

— Вам нужно направо. Самый крайний кабинет.

Данте быстро развернулся и зашагал в сторону, которую ему указали. Минуя, быстрым шагом, множество обычных деревянных дверец, за которыми кипит непрекращающаяся военно-бюрократическая работа. Всюду Данте видит плакаты и баннеры, листовки, штандарты и знамёна, на которых капитан мельком читает идеологические наставления, цитаты церковных отцов и военно-политические установки. Всё сводится к тому, что согласно словам, написанными иерархами власти, всякий военный должен чтить Господа и Его святых, свято уважать наставления властей и любить государство и Канцлера.

«Люди далёкого прошлого бы посмеялись над нами, если бы увидели это», — сказал сам себе Данте. Они, ревнители либеральных свобод, не поняли бы намерения Канцлера по радению над моралью, не смогли бы оценить его трудов по созданию Рейха. Они, истинные почитатели свободы во всём, не смогли бы понять устройство империи, заклеймили бы её и оплотом тоталитаризма и диктатуры, где попираются всевозможные права. Однако не ему судить об этом, ибо по их вине мир превратился воплощение ада на Земле. А император, применяя нужны инструменты, на камнях веры и послушания создал новое государство, которое подняло бы людей из его звериной сущности, и слово человек звучало бы гордо.

Отпустив размышление о людях прошлого, Данте приближается к нужной двери, шурша брюками в тихом коридоре. Тут же он метнул взгляд зеленых очей на золотого гордого орла с широко раскрытыми крыльями, но его внимание привлекли не перья, а два топора зажатый в лапах. Тут же он перевел свой взгляд на зелёную поверхность, которая покрыла дверь и увидел, что под птицей, под самым ее хвостом красуется надпись отлиты золотыми буквами, которая стала девизом ордена. «Пусть ярость ведёт нас к победе!». Быстро пробежавшись по строчкам Данте коснулся костяшками кулака двери и ту же секунду раздался глухой звук. Незамедлительно последовал ответ:

— Проходите!

Данте прошел в кабинет. Рабочее помещение Консула, несмотря на положение этого человека, было ничем не примечательным, ибо это не хоромы имперских администраторов и не обнесенные золотом места работы и молитвы верховный церковных отцов. Это нечто среднее между роскошью имперские иерархов и нищетой «монахов» из культа государства, которые настолько к фанатично любят государство, что отдают для него всё до последней монетке в знак искренней благодарности Рейха, за то, что власть вывела их из глубочайшего кризиса.

Капитан вернулся по сторонам, но смог разглядеть лишь единственная рабочее место, представленное большим рабочим столом на котором стоит компьютер. На крышке разброс раскидано немного документов. Пространство отягощает большой сейф, выкрашенный цвета вороного крыла. Также рядом есть небольшое кресло, за которым устроился человек среднего роста. У него очень странная одежда — на нём тёмно-серая жилетка поверх светло-голубой рубашки, шелковые брюки уходят под высокие черные кожаные сапоги. Данте смотрелся в лицо этого человека и её увидел, что мужчина на него так же посмотрел.

— Так-так-так! Я хочу представить тебе моего гостя, — из-за стола поднялся мужчина в чёрном пальто и показал правой рукой на того, кто в кресле, и Данте на фоне окна приметил на указательном пальце золотое кольцо-печатку, — это Мастер-защитник Фемистокл.

Данте протянул руку для пожатия и увидел крупные широкие черты лица, естественно угловатые губы, которые немного сжались от напряжения, а всё лицо мужчины окаймляли тёмные волнистые волосы и борода.

— Вы Мастер-защитник… только из пекла войны за Крит к нам пожаловали?

— Совершенно верно вы подметили, молодой человек, — напряжение с губ перешло в слабую улыбку, оттеняющую хитростью. — Я там был, с магометанами и израильтянами воевал во славу Империи.

— Вы звали меня, господин Консул Вальтер Вилль? — капитан хладно посмотрел на командира. — Я вас зачем-то понадобился?

— Да Данте, — Консул присел за старое кресло, обтянутое алой тканью. — До меня вчера дошёл твой рапорт об увольнении… ты действительно хочешь нас покинуть? Это так?

— Да, господин Консул. Для меня война окончена, — с уверенностью отчеканил парень. — Теперь у вас будет новый первый капитан роты «Тени».