Чтение онлайн

Андронник перестал вести пальбу, всматриваясь в то, как зазвенели три пулемётных гнезда, а к ним добавились две автопушки, превратив звучание оружия в сумасшедшее крещендо войны. Ополчение остановилось, когда его первые ряды умылись кровью и устлали собой разбитые плиты, их сердца дрогнули и тридцать оставшихся человек бросились наутёк.

Большое расстояние от врага до лоялистов устлано множеством тел — будь то сторонников Рейха или же его противниками. Андронник всмотрелся через прицел и увидел, что враг перегруппывавае5тся для ещё одного удара. Там, за каменной изгородью и забором, повстанцы развернули свою линию, усеяв её оружиями поддержки — тяжёлыми станковыми пулемётами и СВЧ-пушками ближнего действия.

— Андронник! — неожиданно зашипел передатчик в ухе киберария. — Андронник!

— Да, господин капитан. Андронник на связи.

— Мы готовы зайти врагу в правый фланг, нам удалось обойти их линию. Только необходимо, чтобы вы приковали их внимание к себе!

— Майор, — обратился по другому каналу тут же Андронник. — Необходимо прикрытие ваших орудий. Подавите позиции СВЧ-пушек и пулемётов.

— Есть.

Андронник швырнул вперёд баллоны, наполненные дымовой завесой и собрав в кулак десяток «гвардейцев» из ордена пошёл вперёд. Союзный огонь сосредоточил огонь не на пехоте врага, а на его орудиях и по всей линией десять устройств, похожих на громадные фонари зазвенели сначала, а потом взорвались.

Сначала киберарий ворвался в дым, объявшись невидимостью, а затем с его ладоней отправились в полёт три осколочный гранаты, им вдогонку две светозвуковые. Послышались чьи-то вопили и стоны и киберарий вместе с лоялистами выпрыгнул из дыма, открыв беспорядочный огонь из винтовок. Только на них готова была переключиться вся оборона, как справа от Андронника зазвенели оглушительные выстрелы тяжёлых орудий, грохот пушки напугал мятежников, и они узрели страшное зрелище — большой танк тёмно-багрового цвета выкатился с параллельной дороге в окружении бойцов в разношёрстной технологичной броне. Его пушка одним залпом забрала жизни трёх бунтовщиков, автоматы бойцов, его окружавших растерзали пространство пламенными трассёрами, выбивающими дух из ополченцев. Серебряные Гоплиты — жалкий их остаток попытался отступить влево, сформировав клочок обороны, но Андронник направил огонь «гвардейцев» на них, и враги стали падать один за другим на мокро-грязный асфальт. Немногочисленные солдаты Военных Сил Коринфа, в бело-бежевой форме, попытались организованно отойти, но общее бегство ополченцев и страх, вызванный смертью «гоплитов» коснулся холодной рукой и их сердец.

Андронник устало опустил винтовку, переступая через разбитую каменную изгородь, по периметру которой мятежники сложили укрытия, мешки с песком и прочий мусор для создания наступательного рубежа. Ему нет дела до того, как кого-то расстреливают в спины, он переводит взор на укрытия врагов. Несуразные, наспех сделанные, они стали могилами для множество «греков».

— Господин Андронник, мы взяли площадь под полный контроль, — доложил капитан сводного отряда.

Взгляд кибер-очей Андронника упал на мужчину и тех, кто его окружает. Он видит техно-броню с восточными мотивами, чёрные мантии «судей», прожжённые во многих местах и даже есть один «гоплит» в серебристом костюме. Всех их объединили знаки отличия и верности одновременно — чёрно-красные повязки на руках и латинские кресты у сердца, на пару с быстро накарябанными словами «Слава Рейху».

— Как же вы пережили предательство? Как всё случилось? — по-странному человечно прозвучал вопрос от киберария, который стал чувствовать, как его конечности передвигаются с заторможенность, как будто он устал.

— Да нас за месяц до того всей этой фигни стали отгораживать от «друзей», — вперёд выступил мужчина в техно-броне на которую ложится грязный саван чёрной ткани. — До этого большинство наших ходили в бары, сауны и… противно говорить — скрытые бордели.

— И никто из ваших не проинформировал высшее командование?

— И у нас такое было, — сказал мужчина, в броне, которая стала синтезом «восточного духа» и современных технологий. — Мы писали, только казалось, что офицерам не было до этого дела. Понимаешь, год они бегали по девкам и зависали не понять где, а такое ощущение, что Консулам даже нет дела. Только сейчас понятно, что они поддержали этот мерзкий бунт.

— Хорошо, а что было за месяц?

— Нас стали гонять по экзаменам и тестам. Словно отсеивали… а затем собрали всех из орденов на какие-то «учения». Мы только потом поняли, что нас просто собрали, чтобы убить вместе, а не выискивать по частям и мочить, как крыс, — ответил «Судья».

— Как вы выбрались?

— В тот день нас хотели взять и перебить, но мы устранили охранение и разошлись, растеклись с условием собраться в том месте, где есть лоялисты. Благо мы близко были к Коринфу. Тут мы и решили принести возмездие бунтовщикам… вместе с вами.

— Хорошо, — отстранённо произнёс Андронник и перекинув винтовку осмотрелся; среди людей он увидел девушку в чёрных одеждах, на которой бронежилет и широкая повязка белого цвета с алым крестом, а под боком у неё кобура с энерго-револьвером, у которого вместо патрон батарейки; она ходила и искала, кому можно оказать помощь, но таких не было, ни единого писка раненного или умирающего. Либо живые и на ногах, либо «почившие в Бозе».

Андронник тяжело зашевелил ногами, переступая через тела, остатки укреплений и куски разбросанного асфальта, подходя к даме, чувствуя как энергия покидает его тело. Двухметровый воин возвышается над худенькой девушкой, чьи недлинные волосы треплет слабый ветер, а на щеках осела чёрная сажа и пыль.

— Вы же Сериль, — донеслись с металлическим бренчанием слова Андронника. — Вы супруга Данте Валерона?

— Да, — девушка удивлённо, но без страха подняла светло-голубые глаза и заглянула туда, где радужка черна и бездонна, сияет небесным светом неонов.

— Зачем вы вышли в место, где вероятность вашей смерти составл… — Андронник от усталости отбросил сложные фразы. — Вы в опасности, почему вы не с дочерью, когда ей так необходимы? Госпожа Сериль, не подвергайте себя опасности, ваш муж с ума сойдёт, если с вами что-нибудь станет.

Сериль орустила глаза, повинно и понимающе. Да, она знает, что нехорошо сделала, оставив дочь в детском блоке одну, что вышла на поле боя, но ей хочется быть нужной. Мужчины взялись за оружие, встали на защиту родного края от вопящей хулением на здравый мир орды, а она?

— Я просто хотела быть нужной… хотела лечить раненных и спасать жизни на поле боя. Пойми, я просто хочу хоть чем-то помочь вам. Мой муж наверняка где-то сражается с повстанцами, а я отсиживаюсь?

— Да, — отчеканил Андронник и произнёс то, что в его памяти пронеслось фрагментами памяти. — На моих глазах была расстреляна женщина-санитар, такая же как ты, — стальными пальцами киберарий коснулся креста Сериль, — такая же молодая и безобидная. Но мятежники не знают жалости, ибо их ведёт безумие. Сериль, одумайся, у тебя дочь и муж, который сойдёт с ума.

— Да… но так я хоть что-то могу сделать для Рейха, для дома, для дочери, чтобы она была мною горда.

— Понимаю, — Андронник хотел сделать шаг в сторону, но металлическая нога подвела — сил не хватило, и она подломилась, заставив киборга упасть на ладони, заставив его прохрипеть. — Зараза, батареи… энергия заканчивается.

— Подожди, — Сериль обратилась к сумке на поясе и в её руках оказалось прямоугольно начищенное до зеркального блеска устройство, которое она аккуратно вложила в ладонь киборга, чувствуя холод его ладони. — Держи, я это нашла перед уходом в штабе. Думала её использовать для зарядки связного устройства, если сядет, но тебе она нужнее.